Когда Василий ушел, я поняла, что страшно устала за весь день. И я, вопреки сложившейся уже привычке, не помчалась к Анфисе, а осталась дома. И просто легла спать.
А вот утром решила навестить подругу. Тем более у меня был повод. Я же обещала ей помочь в ремонте на кухне, а мы его еще даже не начали. А я привыкла держать свое слово...
Хотя, возможно, на самом деле я просто хотела оттянуть следующий шаг в противостоянии с Кириллом. Я должна была найти адвоката и подать иск о розыске имущества нажитого в браке. Судебный процесс меня откровенно пугал. Я еще ни разу не сталкивалась с судами... Когда начались судебные взыскания по нашим долгам в клининге, я уже вышла из состава учредителей, и со всеми проблемами Лена разбиралась без меня.
- Привет, - Анфису я встретила у ворот. Она выглядела серьезной и куда-то спешила. А если принять во внимание, что на ней была надета не привычный мне старый пуховик с растрепавшейся и наполовину облезшей меховой опушкой по воротнику, а в очень приличную шубу из стриженной норки, то собиралась она явно не на ферму. Я улыбнулась, - Ты куда это?
- В город, - непривычно немногословная Анфиса, торопливо захлопнула калитку, - по делам. Вечером вернусь, приходи...
- Ты с Василием Петровичем?
- Нет, - мотнула Анфиса головой, - сама... На автобусе. Мне в адвокатскую контору надо...
Да, уж... На ловца, как говориться и зверь бежит. Было бы глупо игнорировать такие знаки судьбы. И я решилась:
- Можно с тобой? Мне тоже нужно найти адвоката, который будет заниматься нашим с Кириллом разводом...
Анфиса пожала плечами. Ей не особо понравилась моя идея, однако она и не была категорически против...
- Только автобус уже скоро... Успеешь?
- Мне только за документами забежать. Я мигом.
На автобус мы успели в последний момент. Все места уже были заняты, и нам с Анфисой в компании еще нескольких припозднившихся пришлось ехать стоя.
- Анфис, - едва мы залезли в автобус, гул стих, - так что там у Петровича-то? Говорят, земли отобрать хотят?
- Ты бы, Ир, лучше не лезла куда не просят, - хмуро ответила она, не глядя на озвучившую интересующих всех вопрос, молодую женщину. - Меньше знаешь, крепче спишь...
- Говорят, глава бывший говорит, что его заставили подписать бумаги обманом... Мол, Анька наша нарочно набилась к нему в любовницы и воспользовалась близкими отношениями с ним, мол они с Петровичем это все провернули?
Анфиса бросила на меня нечитаемый взгляд и повторила раздраженно:
- Сказала же, не лезьте куда не просят!
Но любопытство деревенских женщин, которых в автобусе оказалось большинство, было не унять.
- А я слышала, прокурор грозится на Петровича дело завести... За отказ от сотрудничества. Мол, либо главу сдай, все на него свали, либо сам в тюрьму пойдешь.
- Замолчите все! - гаркнула, не сдержавшись, Анфиса. - Как же вы достали! Вам бы только лясы поточить!
- А ты чего так нервничаешь? - округлила глаза женщина, которая начала неприятный разговор. - Правда глаза колет?
Анфиса громко, на весь автобус, выругалась с такой экспрессией, что ее выпад впечатлил всех и заставил пассажиров замолкнуть на какое-то время. Да и потом разговор зашел совсем на другую тему.
А я не перестала думать о том, что услышала. Если это было правдой, то многое становилось понятно: и вчерашняя поездка в город с Анфисой... Кому, как не бухгалтеру предоставлять бумаги по сделке: договора, акты, платежки и другие подтверждающие правомерность передачи земли в собственность? И тревожное состояние Василия вчера вечером... После таких «приятных» известий, любому человеку хочется поддержки и участия. Я ведь почувствовала, что ему это нужно. И эта поездка к адвокатам... Только не понятно, почему Анфиса едет одна? Разве Василию это не нужно?
- Анфиса, - я не выдержала тревожных дум и зашептала подруге на ухо, - а почему Петрович сам не поехал к адвокату?
- Потом расскажу, - выдохнула Анфиса так же тихо, оставляя меня в тревожном неведении, - а то ушей лишних много.
Я кивнула. Червячок в душе продолжал грызть, заставляя нервы топорщиться, словно наэлектризованный волоски на теле. Даже зуд они вызывали точно такой же.
Кое-как дотерпела до города. К счастью дорога занимала не так много времени. Минут сорок. На машине, конечно, быстрее, но и на автобусе вполне можно ездить в город по необходимости.
А когда вышли на последней перед автовокзалом остановке, я, проводив взглядом, отъезжающий автобус, первым делом задала мучивший меня вопрос:
- Так почему Петрович сам не поехал за адвокатом?
Анфиса снова бросила на меня быстрый взгляд. В котором теперь явно проглядывало чувство вины.
- Потому что прокурор прав. Документы глава подписал не глядя. Хотя, конечно, Анютка тут не при чем. Петрович просто дал взятку и накрыл поляну... И глава был пьян, когда подписывал.
- Но зачем?! - ахнула я. Сердце кольнуло. Я-то считала Василия честным и порядочным человеком! А не... таким вот...
- Затем, - поджала Анфиса губы. - Ты хотя бы представляешь, сколько времени занимает оформление документов? И никто землю просто так не дает, надо торги проводить, аукционы... А, чтобы их провести, надо за несколько месяцев всех уведомить. Разместить объявления, потом ждать, когда объявятся еще желающие выкупить землю. Подать заявку и еще какое-то время ждать, когда решение будет принято в твою пользу или в пользу твоего конкурента. И все это время ты ничего не можешь делать... Вот Петрович и решил заплатить за, скажем так, сокращение сроков.
- Но это же незаконно! - ахнула я.
- Это как посмотреть, - не согласилась со мной подруга. - По факту по документам все верно... Просто пришлось слегка подправить задним числом приказ о проведении торгов и добавить туда наши земли. И все прошло бы гладко, если бы какой-то крендель из участников торгов не вытащил старый приказ. Без наших земель.
Я была так ошеломлена, что молча переваривала полученную информацию. Анфиса продолжила:
- Да, нарушения были. Но очень незначительные. Тем более, кому, кроме Петровича, наша деревня нужна? Ежели бы нужна была, так не бросили бы нас на двадцать лет на произвол судьбы. Почитай с конца девяностых, как колхоз окончательно загнулся, никого не интересовало, как мы выживаем. Ни дорог, ни школы, ни фельдшерского пункта... Ничего. Все развалили и забросили. Дети с первого класса в интернате, в городе жили, без родителей. Как сироты какие. Мужики либо спивались, либо по вахтам мотались, на севера. Мой по полгода, бывало, дома не появлялся. Бабы все хозяйство на себе тянули. В одну лямку. Потому и скотину всю порешили... Разве же одна со всем управишься? Да мы, Вер, только при Петровиче жить начали. Ребятишки стали в деревне появляться. Молодежь в город сбегать перестала. А то раньше одни старухи и жили... Вот поэтом я и решила к адвокату поехать.
Она тяжело вздохнула...
- Пойдем... Чего уж на остановке-то стоять...
Мы и, правда, все это время так и простояли на пятачке чуть позади остановки, где нас высадил деревенский автобус. В городе было намного теплее, чем в деревне, снег на дорогах и тротуарах совсем растаял, а на газонах превратился в плотные грязно-серые кручи.
Ветер, пахнущий выхлопными газами, тоже казался не таким холодным, а редкая капель срывающаяся с крыши остановочного павильона, еще больше навевала ощущение начавшейся весны.
Я не стала спорить. Зашагала вслед за Анфисой. Почти бездумно, потому что в моей голове до сих пор не уложились известия, что Василий оказался совсем не таким идеальным... Но слова Анфисы все же протоптали тропинку к моему сердцу. А, возможно, я просто сама ухватилась за возможность оправдать мужчину, который мне нравился. Но кое-что мне все было совершенно не понятно:
- Анфиса, - в третий раз спросила я, - а почему Василий Петрович сам не поехал к адвокату?
- Дурак потому что, - буркнула Анфиса. - Идиот!
- Не понимаю...
- А что тут понимать?! Сказал, мол, сам виноват. Сам накосячил, сам и буду отвечать. Сказал, сваливать все на главу не станет, не порядочно это. Не по-мужски...
- И что теперь? - ахнула я, представив, как всегда, самое страшное...
- Откуда ж я знаю? - пожала плечами Анфиса. - Сейчас вот посоветуюсь с адвокатом... может подскажет, как от прокурорского наезда отвертеться...
- Прокурорского... - эхом повторила я. В моей голове начала формироваться идея. И я произнесла чуть веселее, - прокурор все затеял, говоришь...
- Ага, - кивнула Анфиса, сразу заметившая перемену в моем голосе. - Ты что-то знаешь? Вер?
- Что-то, - кивнула я. - Документы у тебя с собой?
- С собой, - выдохнула Анфиса, глядя на меня с надеждой.
На какой-то короткий миг мне стало не по себе. Я представила, что не справлюсь и обману ожидания подруги. Но я отбросила страхи. Получится или нет, а попробовать я должна. И не только потому, что Василий мне нравится, а потому что Анфиса права: двадцать лет всем было плевать на деревню и ее жителей. А сейчас, ко всему прочему, туда собирается переехать моя сестра с семьей и, возможно, моя дочь.
- Нам надо в прокуратуру, - тряхнула я головой, отгоняя панические мысли.
- Поехали, - кивнула Анфиса и зашагала к остановке на противоположной стороне улицы. Нам надо было вернуться на пару остановок назад.
Ехали мы молча... Я обдумывала, с чего начать и как добраться до главного прокурора города.
Когда-то давно, много-много лет назад моим первым клиентом по уборке был юный помощник арбитражного судьи — Стас. Он только что закончил институт и устроился на первую работу. Приехал Стас из соседнего городка, где его отец занимал пост прокурора. Не знаю, что за размолвка произошла у них, но тот категорически отказался помогать отпрыску. Поначалу парнишка попытался справиться со всем сам, но оказался совершенно не приспособлен к быту. Ему никогда не приходилось держать в руках ни тряпку, ни половник. А стиралку он, вообще, даже не видел ни разу.
Я как раз разместила объявление о поиске подработки в местной газете. Так мы и познакомились. Платить много он не мог, зарплата помощника судьи оставляет желать лучшего. Но мне было жалко парня, который по возрасту быть чуть старше меня, и при этом выглядел таким растерянным, когда дело касалось готовки, стирки и уборки, что я, помимо своих обязанностей, добровольно взяла на себя и все остальное, а он подкидывал мне деньжат по мере возможности.
Отношения у нас сложились вполне хорошие. Приятельские. Пару раз Стас даже делал намеки на гораздо более близкие отношения, но я тогда уже познакомилась с Кириллом.
Через несколько лет Стас получил хорошую должность, переехал в другую квартиру. А потом и в дом... Все это время я продолжала заниматься уборкой в его доме, а он, когда стал зарабатывать намного больше, никогда не скупился, оплачивая мою работу. И мы по-прежнему оставались хорошими знакомыми, уважавшими друг друга.
Когда мне пришлось уйти из клининга, я передала своего первого клиента Лене, хотя Стас, которого все уже называли Станиславом Алексеевичем, уговаривал меня не оставлять его и продолжить наше сотрудничество.
Сейчас Станислав Алексеевич занимал должность прокурора города. И я надеялась, что он подскажет мне, что можно сделать, чтобы защитить деревню и деревенских жителей. И Василия, конечно... Хотя об этом я старалась не думать. Чувствую, что он совсем не будет рад моей помощи. Мужчины не любят, когда женщины решают их проблемы. А уж тем более с помощью других мужчин.
Я надеялась, что когда попадем в прокуратуру, шепну секретарю, мол, передайте Станиславу Алексеевичу, что пришла его старая знакомая Вера Андреевна. И если он захочет со мной поговорить, то пропустит. А нет, так нет...
Но все оказалось совсем не так просто. Нас остановили прямо у входа. Потребовали паспорта и сообщить цель визита. Когда я сказала, что вопрос личный, посоветовали обращаться с личными вопросами в нерабочее время.
К счастью, Анфиса не растерялась, быстро продиктовала фамилии специалистов, которые занимались делом Василия Петровича, и сотрудник вынужден был пропустить нас.
- Уф, - выдохнула я, когда мы прошли внутрь, - я думала ничего не выйдет. Выгонят нас взашей...
- У меня доверенность. Так что меня бы точно пропустили. А вот тебе повезло, да... Вер, а к кому мы идем? С кем у тебя здесь, - кивнула она, обозревая пространство, - личные отношения? Ты же понимаешь, что с этим, - ткнула она пальцем в папку, - не каждому можно подойти?
Я кивнула. Я знала, приемная прокурора на третьем этаже... Однажды я уже была там, когда мы с Леной попали в неприятности с кражей вещей бригадой уборщиц.
Но чем ближе подходила, тем сильнее колотилось сердце. Может быть Станислав Алексеевич, вообще, про меня забыл.
Именно поэтому я ничего не сказала Анфисе, не хотела вселять в нее ложные надежды...
- Вер, - она потянула меня за рукав на пороге приемной, - ты куда? Думаешь, прокурор нас слушать будет?
- Я не знаю. - пожала я плечами и осторожно улыбнулась,- но я очень на это надеюсь.
Анфиса хихикнула:
- Ну, ты и наивная...
Да, наверное, так и есть. Я наивная дура...
- Станислав Алексеевич никого не принимает, - равнодушно заявил секретарь, не поворачивая голову от экрана компьютера, - приходите во вторник, приемные часы с шестнадцати до семнадцати...
- Угу, - буркнула Анфиса, - попадешь к нему в приемные часы, как же. Мы вчера пришли, тут народу, как на ярмарке. Простояли без толку... Пойдем, - потянула она меня.
Я отступила назад...
Приемная прокурора была похожа на тысячи других приемных: большой стол за которым сидел секретарь, парочка стульев для посетителей вдоль стенки и две двери напротив друг друга, ведущие в кабинет прокурора и его заместителя...
Монетка выпала из моего кармана и подкатилась к двери, на которой висела табличка с именем Станислава Алексеевича. Секретарь недовольно зыркнул на меня, но ничего не сказал, когда я сделала шаг в сторону, чтобы поднять монетку.
Ни он, ни Анфиса не ожидали, что я не стану подбирать упавшую денежку, а рвану ручку на себя и распахну дверь в кабинет прокурора:
- Станислав Алексеевич, можно?
Мужчина в синей форме. Сидевший за столом поднял голову и недовольно взглянул на меня. Увидел... И узнал.
- Вера? - удивленно спросил он, - Вера Андреевна? Вы?
- Я, - кивнула, - можно? Мне очень нужно с вами поговорить... Пожалуйста.
- Да, конечно, - Станислав Алексеевич махнул рукой, приглашая меня войти, - входите. Я вас слушаю....
Друзья, на Дзене можно прочитать и другие мои книги