«Имен нет, кликухи одни. Наколки, ты не понимаешь, где там лицо, потому что он весь разрисованный. И манера пения одинаковая — жуют слова».
Иосиф Пригожин не стал рассыпаться в дипломатии. Он просто сказал то, что уже давно висит в воздухе, но вслух произносить было не принято. А зачем молчать, если терпеть уже невозможно?
Продюсер, муж Валерии, человек, который варится в этом котле десятилетиями, вышел из себя. И его можно понять. Потому что сегодняшняя эстрада — это не про музыку. Это про картинку, про хайп, про то, как быстрее срубить денег и свалить в закат, пока не перестали узнавать на улице.
Имен нет, одни псевдонимы
Вот вы можете сходу назвать фамилию Клавы Коки? А Инстасамки? А Вали Карнавал? Я — нет. Потому что за этими псевдонимами ничего нет. Ни биографии, ни лица, ни человеческой истории. Есть раскрученный бренд, который завтра может сменить название, если упадут просмотры.
Раньше артисты были как открытая книга. Алла Пугачева — понятно, откуда и зачем. Валерий Леонтьев — человек-загадка, но имя собственное, не псевдоним для тиктока. А сейчас? Придумал себе «Mia Boyka» — и уже звезда. А кто за этим стоит? Неважно. Главное — кликабельно.
И вот сидишь такой вечером, включаешь чарты, и думаешь: это музыка или просто набор звуков, под которые удобно чистить ленту в соцсети? Пригожин бьет в самое больное: дикция. Вернее, её отсутствие.
Жуют слова — и в этом вся песня
Новые исполнители не поют — они «жуют». Слова слипаются в кашу, разобрать невозможно, но это и не нужно. Потому что смысла там часто нет. Просто набор фраз, которые должны залететь в тикток. Там важно не что сказано, а как легло на бит.
Сергей Соседов, который в этом вопросе вообще не знает пощады, назвал такие попытки «отборным трэшем» и «засором ушей». Жестко? Да. Но кто скажет, что он не прав? Когда ты включаешь песню и через минуту не можешь вспомнить ни одной строчки, — это не музыка. Это шум.
Юрий Лоза (какой бы он чудак бы не был) добавил масла в огонь: некоторым вообще надо запретить выходить на сцену. Особенно тем, кто открывает рот под фонограмму. «Исполнитель должен петь «а»-капелла, без тюнинга», — напомнил Лоза прописную истину, которую новое поколение благополучно забыло. Но самое интересное началось, когда разговор зашел о блогерах.
Блогеры vs артисты: кто кого
Пригожин сформулировал это с убийственной точностью: «Если вы мастер эпистолярного жанра или вокала и идете в блогеры — это понятно. А если вы неуч и глупое существо, хотите просто заработать денег, пукнув в картинку, — это проблема».
А ведь правду рубит. Блогерство стало индульгенцией на бездарность. Набрал миллион подписчиков — и уже можно петь? А зачем учиться, если и так схавают? Продюсеры сами признаются: им проще взять медийное лицо с аудиторией, чем искать голосистого парня из музыкального училища в подземном переходе (кстати, там реально таланты прозябают), которого никто не знает.
Но вот парадокс. Филипп Киркоров записывает фит с Мари Краймбрери и не может нахвалиться: «Потрясающий продюсер, потрясающее шоу». Лепс хулиганит с Shaman. Лариса Долина, которая еще недавно поливала Валю Карнавал, зовет её на дуэт. Лев Лещенко поет с рэпером и говорит, что ему было комфортно.
Так в чем разница? Почему одних мэтры готовы принять, а других — нет? Ответ прост: отношение к делу.
Почему старики всё чаще поют с молодыми
Краймбрери, Shaman, даже Карнавал (если отбросить предубеждения) — они как бы работают. Пишут, репетируют, ищут свой звук, экспериментируют, выходят на сцену с живыми музыкантами (не факт, лично не ходил). У них есть характер, есть лицо, есть желание расти. И мэтры (хотя кто их мэтрами то назначал?) это видят. Им не жалко спеть с теми, кто уважает профессию.
А те, про кого Пригожин говорит «кликухи одни», — они просто мелькают. Как мыльные пузыри: красиво переливаются, но лопаются при первом дуновении ветра. Они не строят карьеру — они хайпуют. И когда хайп схлынет, от них не останется ничего. Даже имени.
Время покажет, кто останется
Лев Лещенко в интервью обмолвился важной фразой: «Нужно создавать не проходящее, а то, что останется на долгие годы».
Вот в чем суть. Эстрада — это про то, что останется после тебя. Аллу Пугачеву помнят потому, что она пела не про «пукнуть в картинку», а про человеческие чувства. Леонтьева — потому что он был явлением, а не просто лицом на обложке.
А что останется от поколения «кликух»? Несколько миллионов просмотров в архивах TikTok? Или, может быть, пара строчек в новостях о том, как очередная звездочка попала в скандал?
Время рассудит. Оно всегда рассуждает безжалостно.
Пригожин прав
Дело даже не в возрасте, не в консерватизме и не в ностальгии по старым временам. Дело в том, что музыка перестала быть искусством. Она стала конвейером. Штамповка лиц, штамповка песен, штамповка псевдонимов. А когда за штамповкой нет души, зритель это чувствует. И зритель устает.
Молодые артисты, которые готовы пахать, учиться, вкладываться в профессию, — они пробьются. Shaman, Мари Краймбрери, даже некоторые блогеры, переросшие самих себя, доказывают: можно быть новым и при этом качественным (хотя про качество лучше было промолчать). А те, кто прячется за кликухами и наколками, останутся за бортом. И это не ворчание. Это закон рынка.
Вот вы как думаете, через десять лет кто-нибудь вспомнит имена сегодняшних тикток-звезд — или мы будем гуглить и спрашивать у ИИ: «А кто это вообще такой был»?
Не пропустите на канале: