Татьяна Вирта, дочь переделкинского писателя Николая Вирты, в своих мемуарах часто обращалась к семейным преданиям. Одно из самых ярких связано с ее теткой — Тамарой Борисовной Лапиной. В послевоенном Ленинграде Лапина занимала весомую должность: возглавляла плановый департамент Ленинградского отделения «Художественной литературы».
Татьяна Николаевна вспоминала рассказы тетки о том, с какой чудовищной легкостью решалась судьба целых библиотек советской классики. Панферов, Софронов, Кочетов, Грибачев — их многотомники издавались гигантскими тиражами из идеологических соображений, но оказывались совершенно никому не нужны. Магазины ломились от книг, и перед издательством встал вопрос об их утилизации. О том, как проходил этот процесс, автор узнала из прямого разговора с родственницей:
«Приходилось собрания сочинений советских классиков вывозить и отдавать в «замочку»
– Что такое «замочка», тетя Тамара? – спрашиваю ее.
– Как что такое? Такой большой чан с кипящей водой – собрание сочинений – туда – бултых! – и они снова перерабатываются на бумагу».
Это лаконичное «бултых!», произнесенное человеком, отвечавшим за выполнение плана очень впечатляюще иллюстрировало абсурдность идеологической машины: тонны «нужной» литературы отправлялись в кипяток, чтобы спустя некоторое время снова вернуться на прилавки — уже в виде таких же невостребованных томов.
Такой вот круговорот бумаги в природе.
Тексты дублируются из основного канала https://t.me/gidgidgidOlga