В первые два столетия своего существования молодое Русское государство было связано крайне непростыми отношениями с Византией. С одной стороны, Русь поддерживала тесные торговые и культурные контакты с греками. После церковного раскола 1054 г. связи двух православных держав, отказавшихся от литургических контактов Римом, стали еще прочнее. С другой стороны, период с X в. по начало XII в. стал для обоих государств временем непрерывных конфликтов, переходивших в ожесточенные войны. Разногласия возникали из-за территории близ нижнего течения Дуная, а также Приазовье и Причерноморье. Часто бывало и так, что русские князья не были заинтересованы в земельных приобретениях, однако способствовали укреплению у власти в Византии тех лиц, которых считали наиболее выгодными для себя. Войны Руси и Империи Ромеев происходили с завидной регулярностью - один раз в поколение. Каждая новая генерация русских князей считала своим непреложным долгом провести войну с Византией. В целом, эти походы нельзя назвать удачными. Если не принимать во внимание полулегендарное нашествие Олега на Константинополь, то однозначного успеха удалось добиться лишь князю Владимиру Святославичу в Корсуне. Последняя русско-византийская война произошла в годы правления его правнука Владимира Мономаха в 1116-1123 гг. О ней я и хотел бы поговорить сегодня*.
Предыстория конфликта
Для того, чтобы понять, зачем вообще Владимиру Мономаху нужно было идти войной на Византию, следует разобраться в некоторых особенностях династических и межгосударственных отношений той эпохи. Прежде всего, следует заметить, что после победоносного похода Владимира Святославича на Корсунь между Русью и Империей Ромеев установились если и не союзнические, то, по крайней мере, партнерские отношения. На службе у императора находился русский воинский корпус. К тому же, уже в первой четверти XI в. на Афоне появляется русский монастырь. Лишь к 40-м гг. XI в. отношения снова ухудшились. В 1043 г. неудачный поход на Византию совершил новгородский князь Владимир Ярославич. Однако уже через три года был отношения были восстановлены, а союз был скреплен династическим браком между сыном Ярослава Мудрого Всеволодом и дочерью императора Константина Мономаха. Имя этой женщины не известно. Однако от брака с ней у Всеволода родился сын, приходившийся, таким образом, родственником византийскому правящему дому. Собственно, это и был Владимир Мономах.
Отношения Руси и Византии во второй половине XI в. были, в целом, стабильными, хотя и не простыми. Доверия между двумя государствами не существовало. Показательно в этом отношении выглядит история тмутараканского князя Ростислава Владимировича. Укрепление его позиций в Приазовье беспокоило жителей Херсонеса Таврического. Чтобы избавиться от предполагаемой угрозы в его лице, греки подослали к нему своего катепана (полководца), который отравил князя. Основными точками столкновений интересов Руси и Византии, как и в X в., были Крым и земли нижнего течения Дуная. Впрочем, конфликты носили локальный характер. Влиять на смену власти, сажая на престол лояльных лиц, ни Киев, ни Константинополь не могли.
Подготовка похода
Такой порядок вещей сохранялся до вокняжения в Киеве упомянутого Владимира Мономаха, которые ставил перед собой более серьезные задачи. Сам он особых прав на византийских престол не имел и захватывать власть в Царьграде не собирался. Однако его дочь Мария была замужем за человеком, выдававшим себя за сына убитого в 1087 г. печенегами византийского полководца Льва Диогена. Последний действительно принадлежал к дому византийских императоров. Проблема заключалась в том, что Лев Диоген погиб совсем молодым человеком, и детей у него не было. Проще говоря, зять Владимира Мономаха был самозванцем. Сложно предположить, что многоопытный киевский князь действительно ему поверил. Однако Владимир все же решил использовать ситуацию в своих интересах и, если и не возвести зятя на византийский престол, то по крайней мере, создать зависимое от Киева государство на Дунае, которое и возглавил бы "Леон Девгеньевич" (так называли этого авантюриста на Руси).
Надо сказать, что поход вовсе не был спонтанным и необдуманным решением. Ему предшествовала тщательная подготовка, в том числе и идеологическая. В частности, на кануне войны активно ведутся работы по составлению нового летописного свода, в котором были бы показаны давние глубокие связи Руси и Византии в том числе на династическом уровне. Речь идет о знаменитой Повести временных лет. Существуют различные мнения относительно времени ее создания и редактирования. По крайней мере, наиболее обоснованной является версия о написании дошедшего до нас текста между 1113 г. и 1116 г., т.е. как раз в период между вокняжением Владимира в Киеве и началом похода. По сравнению с предшествующим летописным сводом, частично отразившимся в составе Новгородской I летописи, в Повесть временных лет были вставлены помимо прочего договоры Олега, Игоря и Святослава с Византией. Складывается впечатление, что шла подготовка не только к военному противостоянию, но и к возможным дипломатическим дискуссиям. Если это действительно так, то совершенно ясно, что Мономах продумывал свои действия заранее, просчитывая ситуацию на несколько ходов вперед.
Ход войны
Наши сведения о ходе военных действий довольно малочисленны. Не пишут об этом ни Анна Комнина, подробно рассказывающая о мятеже Лже-Диогена на
Балканах, ни Иоанн Киннам, сведения же русских летописей лапидарны и отрывочны. Из них мы узнаем, что "Леону Девгеньевичу" в начале похода сопутствовала удача. Он захватил несколько дунайских городов и сделал Доростол своей резиденцией. Однако вскоре к нему были подосланы двое наемных убийц, которые со своей задачей справились. Впрочем, его гибель не остановила войну. Мономах продолжал боевые действия в пользу своего внука Василько Леоновича. Однако успеха эти военные мероприятия не имели. Войскам Алексея I Комнина удалось выдавить русские рати из Подунавья. Возможно, уже в этот момент греки вернули себе контроль над Доростолом. Мономах направил против них своего сына князя Вячеслава и воеводу Фому Ратиборчича. Однако даже эта поддержка не дала никакого результата. Города на Дунае удержать не удалось. Казалось бы, дунайская война Мономаха должна была подорвать доверие Руси и Византии друг к другу. Однако этого не произошло. Русско-византийские отношения были
урегулированы, о чем свидетельствует брак внучки Мономаха с
кем-то их представителей рода Комнинов (1123 г.) (подробнее о ходе боевых действий см.: Степаненко В.П. «Города на Дунае» в контексте русско-византийских отношений X–XII в. // Русь и Византия. Место стран византийского круга во взаимоотношениях востока и запада. Тезисы докладов XVIII Всероссийской научной сессии византинистов. М., 2008. С. 129—133).
Византийский поход Владимира Мономаха и легенда о Мономахове венце
На первый взгляд, может показаться, что военный поход завершился для Руси безуспешно. И действительно, по военной линии Владимир Мономах потерпел поражение. Он явно недооценил способность империи мобилизовать свои ресурсы, а также умение сочетать силу оружия и интриг. Ослабленная нашествиями мусульман, лишившаяся к XII в. значительной части своих территорий, Византия все еще могла дать отпор противнику. Однако в долгосрочной перспективе ситуация была не столь плачевной. В конце концов, обе державы исчерпали все свои противоречия, и в последующий период конфликтов между ними не происходило. Кроме того, там где не достигло результатов русское оружие, там сумела добиться успехов русская общественно-политическая мысль. События 1116-1123 гг. легли в основу легенды о походе Владимира Мономаха на Византию, отразившейся в составе Послания Спиридона-Саввы, Сказания о князьях Владимирских и других историко-публицистических текстов XVI в. Согласно этой легенде Владимир Мономах, став киевским князем, памятуя о походах своих предков князей Олега и Святослава, возложивших на греков тяжелейшую дань, решил последовать их примеру. Тогда в Царьграде, согласно легенде, правил Константин Мономах, который воевал с латинянами и персами. Чтобы задобрить Владимира, он направил ему свой крест, а также царский венец, называя русского князя "боговенчанным царем". С тех пор владимирские князья якобы венчались тем царским венцом, который прислал им Константин Мономах (подробнее см.: Дмитриева Р.П. Сказание о князьях Владимирских. М.; Л., 1955).
Разумеется, легенда остается всего лишь легендой. Достоверна в ней лишь историческая основа, конкретные же факты были существенно искажены. Совершенно очевидно, что Константин Мономах не мог выдать своему внуку никакого венца, поскольку к моменту этого похода его уже давно не было в живых. Тем не менее, именно эта легенда легла в основу государственной доктрины русского государства в XVI в., когда московские великие князья обосновывали свою преемственность по отношению к византийским императорам, а также право титуловаться царями и выступать главными защитниками православной веры. Таким образом, поход Владимира Мономаха, хотя и был неудачным сам по себе, все же стал той основой, вокруг которой была выстроена идеология Великого Княжества Московского в период становления русского самодержавия.
*Текст носит просветительский характер и не является самостоятельным исследованием сюжета о византийских войнах Мономаха.
