Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Деревенское фэнтэзи. Жизнь Колдуна. Книга вторая. Повесть в рассказах

РАССКАЗ ДЕВЯТЫЙ. ПИАНИНО Рассказ восьмой. Бермудский треугольник https://dzen.ru/a/aaq9tNamUBjE4w5M Рассказ первый. НЛО https://dzen.ru/a/aap5ZqJVGngj8OVO — Филипыч, ядрёна-матрёна! — раздавался в утренней тишине надсадный голос дядьки Мишани. — Скока ты, итить тебя за ногу, дрыхнуть будешь?
Тимофей открыл один глаз и покосился на часы. Было без десяти шесть.
— Твою мать! — заскулил Колдун и натянул на голову подушку.
— И-пыч-мать-ипыч-на…, — слышалось сквозь толщу. Вблизи кровати зашлёпали босые ноги и в плечо Тимофея вцепилась ручка супруги:
— Тимоша! К тебе клиент, ты не слышишь? — хриплый спросонья голос Аксиньи был вполне ехидным. Колдун сел на кровати:
— Вы чего меня извести вздумали?! — рявкнул он, но жена, прыснув, прикрыла ему рот ладонью:
— Тише! Филипушку разбудишь! — однако, было поздно. Из зала донеслось приглушённое сопение и потом могучий рёв оголодавшего за ночь существа.
— Вот так вот! — вернул ехидство Тимофей. — Не будешь дрыхнуть пока я надрываюсь для семейства! — и

РАССКАЗ ДЕВЯТЫЙ. ПИАНИНО

Рассказ восьмой. Бермудский треугольник https://dzen.ru/a/aaq9tNamUBjE4w5M

Рассказ первый. НЛО https://dzen.ru/a/aap5ZqJVGngj8OVO

— Филипыч, ядрёна-матрёна! — раздавался в утренней тишине надсадный голос дядьки Мишани. — Скока ты, итить тебя за ногу, дрыхнуть будешь?
Тимофей открыл один глаз и покосился на часы. Было без десяти шесть.
— Твою мать! — заскулил Колдун и натянул на голову подушку.
— И-пыч-мать-ипыч-на…, — слышалось сквозь толщу. Вблизи кровати зашлёпали босые ноги и в плечо Тимофея вцепилась ручка супруги:
— Тимоша! К тебе клиент, ты не слышишь? — хриплый спросонья голос Аксиньи был вполне ехидным. Колдун сел на кровати:
— Вы чего меня извести вздумали?! — рявкнул он, но жена, прыснув, прикрыла ему рот ладонью:
— Тише! Филипушку разбудишь! — однако, было поздно. Из зала донеслось приглушённое сопение и потом могучий рёв оголодавшего за ночь существа.
— Вот так вот! — вернул ехидство Тимофей. — Не будешь дрыхнуть пока я надрываюсь для семейства! — и, чмокнув жену в щёку, довольный собой, взялся натягивать штаны.
Дядька Мишаня был бодр, весел и без кобылы, то бишь пешком.
— А ты чего это пешедралом, дядь Мишань? — протянул Колдун, открыв, наконец, калитку.
— Собирайся, Филипыч! — приказным тоном распорядился посетитель. — Помощь твоя нужна, итить тебя в пень!
— Это кому же? — поинтересовался Филипыч. — Не ты же захворал — вона блажишь, как резаный.
— Да не в хвори дело-то, мать твою через забор, я пианину нашёл, где задаром отдают! А ты, ёка-рный бабай, поможешь мне её домой отвезть!
— Это с какой же стати я соберусь помогать? — выкатил глаза Тимофей.
— Ой, да ладно тебе, Филипыч, так тебя растак! У тебя ж сердца добрая — всё одно согласисся! А я тебе, тудыт-растудыт, за это ведро смородинного варенья притащу, чтобы, итить по бездороге, всему твоему семейству хватило!
Колдун ошарашенно выслушал монолог и решился вякнуть:
— А на хр-ена тебе пианино? Ты чего с ним делать-то будешь? И куда мне ведро варенья? — добавил он.
— Ну ты, Филипыч, те-е-емный, идрит-мадрит! — протянул гость. — У меня баба-то уже салфетку связала и вазочку купила, мы ету пианину в избу, мать её за ногу, поставим и будет прям ристократия! А, кого тебе, лапоть деревенский, объяснять! — загыгыкал Мишаня, вспомнив про свадебную песню Маньки*. Тимофей поморщился и, прикинув, сказал:
— Так она же, пианина твоя, в мой вездеход не влезет!
— Не писай кипятком, тыть-растыть, Филипыч! Я договорился — мы сперва за прицепом к мому другу заедем, а после уж и за пианиной. Я и грузчиков, растак их в морду, позвал — утре, говорю, ждите коло подъезда.
— Коло подъезда? — подозрительно прищурился Тимофей. — Это что — многоэтажка? И сколько там этажей?
— Да их там до япо-ны матери! — приуныл Мишаня. — А пианина на восьмом!
Колдун представил, насколько это веселье затянется и безапелляционно заявил, что поедет только пожрамши. Дядька Мишаня спорить не стал, тем более, что Тимофей и его позвал к столу.
Выезжали в восьмом часу, до города добрались к десяти, ещё пока забрали прицеп, к дому подъехали во второй половине одиннадцатого.
У подъезда на лавочке сидели грузчики. Колдун, увидев их, серьёзно засомневался, что те способны будут погрузить куда-нибудь хотя бы своё бренное тело. Эти чижики были явно без определённого места жительства, но, самое главное, они были изрядно навеселе.
— Это, что ли, твои работники? — кивнул на них Тимофей Мишане.
— Ага, мать их перемать! — весело согласился тот. — Я их за два пузыря нанял, — и принялся выбираться из «Чероки». Не закрывая дверь, он сунулся обратно в салон:
— А ты, Филипыч, пока подгони автомобилю к дверям, чтоб потом время не терять!
— Не, дружок! — покачал головой Колдун. — Ты с этими приятелями свою пианину в окно в подъезде отправишь, а мне — крышу ремонтировать или ещё хлеще — чужой прицеп. Ничего, подождёшь потом.
— Ну, как знаешь! — цвыркнул слюной на асфальт Мишаня и, вместе со своими «орлами», скрылся в парадном.
Тимофей долго маялся от скуки. Наконец, решив, что можно уже открыть и подпереть двери, замкнул машину и, не спеша, побульдозерил ко входу. Внутри его ожидала пустота и тишина. Тимофей недоуменно поприслушивался, а потом решительно направился вверх по ступенькам. Навстречу, чуть не плача, бежал дядька Мишаня:
— Филипыч, твою ты за ногу, чего делать-то?! Эти мне — дай опохмелиться, дай опохмелиться! Уже второй пузырь открыли — и не с места!
Тимофей рыкнул:
— А чего ты сразу-то не пришёл? — и заторопился наверх. Там, на площадке, постелив на музыкальный инструмент газетку, работнички стояли кружком и уже с трудом.
— Вы, вашу мать! — повысил голос Колдун. — Работать собираетесь или только водку жрать сюда пришли?
— А че ты так разговариваешь? — взъерепенился, по-видимому, главный. Тимофей вытянул руку и щёлкнул пальцами. Бутылка и стаканы хлобыстнулись на пол вместе с газетой. Мужики начали стремительно трезветь и, вдобавок ко всему, на их лицах отразился неимоверный ужас. Они шарахнулись от вновь прибывшего, по-бабьи завизжали и кинулись вниз по лестнице. Колдун проводил их злобным прищуром и поманил к себе притихшего Мишаню:
«Клади доски на ступени!» — тот мелко закивал и суетливо взялся за дело. Тимофей сосредоточился и пианино, заскрипев по бетонному полу, медленно двинулось к лестнице. Когда оно аккуратно опустилось одним краем на доски, задрав другой кверху, Мишаня бросился вперёд и стал плечом подпирать приобретение снизу.
— Мишаня! — позвал Тимофей. — Ты чего там делаешь?
— Дак, итить тебя в бок, а если оно покатится?
— Если оно покатится… — хмыкнул Колдун, — …от тебя только мокрое место останется в лучшем случае!
Но хозяин музыки не сдавался. Через один пролёт он высказал супер-идею:
— А ты бы его в окно и потихоньку опустил на землю-то, а, Филипыч?
— Мишаня, ты сначала головой-то думай, чего несёшь! — ругнулся Тимофей. — Хочешь шоу устроить на весь район? Тебе-то поф-иг, ты по-жизни клоун, а мне такие карнавалы не нужны!
— Да ладно тебе, Колдун, — смущённо пробурчал «клоун». — Я ить так.
Понемногу они спустились до четвертого этажа. На площадке дядька Мишаня сполз по стенке своей собственности и закашлялся. Тимофей подождал, потом спросил:
— Мишаня! Ты там живой?
Из-за пианинного бока мелькнула рука, а потом раздался голос:
— Я сижу не охаю, мне теперь все…
— Цыц! — перебил его Колдун. — Последние зубы угробишь такими песнями!
— Да и конь с ними! — прохрипел Мишаня и затих. Спустя пять минут он поднялся и кивнул, — давай!
Когда они подобрались к выходу, Тимофей приказал «подельнику» удерживать дверь и глядеть в оба, чтобы не было случайных свидетелей. Пианино послушно ползло вперёд и, выбравшись на улицу, аккуратно остановилось у лавочки. Колдун прошёл к «Чероки» и подогнал прицеп вплотную к инструменту. Потом приказал Мишане делать вид, что тот поднимает «музыку» за свой край, открыл борт, взял за свой и, охая и пыхча, они затолкали покупку в прицеп и привязали.
Отряхнув руки, Тимофей уже хотел садиться за руль, когда услышал из окна женское придыхание:
«Вот это мужики, я понимаю! Когда его привезли — восемь человек разгружали, а эти вдвоём! Эй, красавчик, а ты номерок не дашь?».
Тимофей, не оборачиваясь, сплюнул, сел в авто, дождался пока Мишаня заберётся рядом и вырулил из двора.
За водворением пианино в избу пришла следить вся деревня. Здесь, однако, можно было не таиться и Колдун переместил инструмент в двадцати сантиметрах от земли, правда, повозившись при разворотах в избе. Когда всё установили на место и Мишанина баба, Ирина постелила салфетку и поставила вазочку, Тимофей под хор благодарностей, отправился домой, пообещав прицеп отогнать завтра.
Когда на следующий день он взялся открывать ворота, чтобы ехать в город с прицепом, то на лавочке обнаружил пластмассовое ведро с крышкой. Открыв его он почувствовал сильный смородиновый дух и, чуть наклонив, увидел густую волну прошедшую по поверхности варенья.
«Ну, дядька Мишаня, дождёшься ты у меня на орехи!» — ругнулся Колдун и потащил заработок в избу.


*О знакомстве Тимофея с Манькой можно узнать в книге «Жизнь Колдуна. Книга первая» рассказы «Невеста» и «Свадьба». https://dzen.ru/a/aUZ_TyuLdAnFcqel и https://dzen.ru/a/aZBzEovb3xaWQSM2

Рассказ десятый. Сумасшедшая на ПМЖ. Ссылка начнет работать с 14 мая (дата публикации новой главы) https://dzen.ru/a/aarfQaun_xnMWhUU

Яна Чингизова-Позднякова - читай онлайн, покупай книги автора в электронном или печатном виде на Ridero