О реальности психических явлений
Однажды Психея спросила Зевса:
- Что есть реальность?
Зевс долго думал, стоит ли объяснять девчонке основы мироздания, но потом всё-таки решил снизойти:
- Реальность – это то, что существует действительно…
И после этого долго, с чувством гордости за самого себя, осознающего всё сущее, объяснял и сопоставлял факты…
- Но тогда моя фантазия об иных, несуществующих богах и их иных отношениях - то же реальность? – прервала его Психея.
Вопрос застал Зевса врасплох. Ответив «да», он тем самым допускал существование мысли о возможности иного мироустройства и, соответственно, изменения отношения Психеи к отцу богов. Дав же отрицательный ответ, он прямо подтвердил бы, что существует бесконечное количество миров и соответствующих богов, что также не доставило бы ему удовольствия.
На помощь ему пришла сама Психея:
- Ты можешь не отвечать на мой вопрос, – сказала она миролюбиво, – твоё молчание лучше всяких слов доказало, что мои чувства существуют действительно.
О пользе и вреде рефлексивного мышления
Однажды Зевс поймал жирного кролика и, глядя ему в глаза, спросил самого себя:
- Способна ли ты мыслить, невинная зверушка?
Недолго думая, кролик ответил:
- Во-первых, я уже не молод, о чём ты можешь судить по моему изрядному весу, и, стало быть, не могу оставаться невинным!
- Во-вторых, задавая вопрос о моей разумности, ты допускаешь возможность этого. И, значит, опять ошибаешься, так как вопрос при таком допущении нужно адресовать мне, а не себе!
- И, наконец, в-третьих, отражением разума являются действия личности, в том числе при изменении обстоятельств. Если бы ты действительно хотел узнать, разумен ли я, то не надо было задавать никаких вопросов, достаточно было понаблюдать за моими поступками. А уж я бы, в свою очередь, не висел бы кулем, пока ты меня держишь за уши…
И тут кролик энергично задёргал лапами и заорал на весь лес:
- Отпусти! Больно же!!!
Растерявшись, Зевс разжал пальцы, и кролик, шлёпнувшись на землю, резво отскочил в сторону.
- На твоём месте я задал бы себе другой вопрос, – продолжало окончательно распоясавшееся животное, – Могу ли мыслить я, невинный…
Закончить фразу он не успел. По лужайке стал распространяться ароматный запах хорошо прожаренного, жирного и вкусного кролика.
Эффективная коммуникация
Нежась на берегу ласкового Эгейского моря, Зевс провёл пальцем по обнажённой спине лежавшей рядом с ним Психеи и подумал:
- Хорошо, что она не может читать мои мысли.
Психея приподняла голову, бросила на Зевса долгий взгляд и сказала:
- Хорошо, что я не могу читать твои мысли.
После этого она накинула на себя край сброшенной туники и опустила голову.
- Хорошо, что я не могу читать её мысли, – подумал Зевс и загрустил.
- Хорошо, что он не может читать мои мысли, – расстроилась Психея и закрыла глаза.
- Нехорошо, что я сначала делаю, а потом думаю, что делаю, – подумал Купидон, улепётывая во всю мощь своих крыльев.
О субъектности и объектности
- Кто я? – спросил себя Зевс, – Часть этого мира или его создатель?
- Лучший способ поиска истины – эксперимент! – решил он и оглянулся вокруг. Ищущий взгляд упал на пчелу, трудолюбиво собирающую нектар с цветка.
- Отлично! Если пчела укусит меня – я часть мира, если нет – я его создатель, не могу же я желать зла самому себе, – и с этими словами Зевс ловким движением поймал пчелу.
- Вот тебе и раз! – подумала пчела.
- Вот тебе и раз! – подумал Зевс, ожесточённо потирая укушенное место.
О третьем законе Ньютона
Было забавно, что боги не отвергали общения с ней. Дочь смертного, обычная шестнадцатилетняя девчонка, могла болтать с ними часами, играть. Они были добры к ней. И казалось, ничем не отличались от родителей и сестёр.
Ей нравилось заплетать косички в бороде отца богов. Слушать болтовню Купидона. Удивляться умению Афродиты подчёркивать каким-нибудь пустяком своё преимущество. Подсмеиваться вместе с другими над неуклюжестью Гефеста. Жизнь была милой игрой, наполненной ежеминутно рождавшимися эмоциями.
- Почему ты не боишься их? – Удивлялись сёстры. – Они же всемогущи и поэтому творят, что хотят.
- Да. Они всемогущи и поэтому добры, – отвечала Психея.
- Говорят, что Зевс убил свою мать! – Шептала старшая.
- Вряд ли это правда. Он очень смешной.
- Но он может метать молнии! – Восклицала средняя.
- Должен же кто-то поддерживать порядок.
Лишь много дней спустя Психея поняла причину беспокойства сестёр. Они видели мир иначе. И он отвечал им взаимностью.
О структуре реальности
Психея прижалась к Зевсу, прикрыла веки и спросила его:
- Скажи, о Зевс. Когда я закрываю глаза, меняется ли что-нибудь в мире?
Зевс повернул к ней свой благородный лик. Он долго смотрел на бесконечно красивое юное лицо Психеи, потом вспомнил о заданном ему вопросе и ответил:
- Мир не зависит от того, видишь ли ты его или нет. Он существует не в глазах прекрасной Психеи. И тем более не по её воле. Есть более могучая сила, создающая и управляющая всем. Ты знаешь, о ком я говорю…
- Да нет, дурачок, – перебила его Психея, – когда я смыкаю веки, в мире появляется закрывшая глаза Психея. Совсем другая…
О внешнем управлении мыследеятельностью
Гефест колол дрова и вспотел. Наблюдавший за ним Зевс решил дать ему совет.
- Ты бог или не бог? Найди более простой способ решения проблемы!
Гефест хлопнул себя ладонью по лбу.
- Точно! Как это я раньше не подумал? Ты же можешь метать молнии…
О самоизменении мышления
Гефест колол дрова и вспотел. Распрямив спину, он сделал глубокий вздох и, потирая больное колено, осмотрелся…
В соседнем саду Зевс метнул очередную молнию, взял чашу с нектаром и отпил из неё. Полено разлетелось на щепки. Мальчишка Купидон, восторженно наблюдающий за происходящим, бросился их собирать и укладывать вдоль ограды. Пахло грозой.
Гефест ещё раз тяжело вздохнул и взялся за топор.
О субъективизации мышления
- Посмотри, малыш, как она прекрасна, – обращаясь скорее к самому себе, чем Купидону, сказал Зевс.
- Ну… – с сомнением покачал головой Купидон, – Не хочу тебя расстраивать, но мишень из неё никудышная. Худая, гибкая, длинные волосы скрывают контуры тела, вечно крутится около тебя. Сплошное недоразумение.
- Другое дело ты, то есть Вы, – поправился Купидон, – Широкая и массивная грудь, стать, степенность…
И Зевс с интересом уставился на собеседника.
Поток неуправляемого сознания
- Не понимаю, что они в ней нашли? – вопрошала Афродита, наблюдая, как на пляже Купидон и Психея засыпали горячим песком явно довольного Зевса.
- Кто вообще притащил её сюда? Почему она так обращается с Великим? И куда смотрит Гера?
Сзади к ней подошёл Аполлон. Он обнял её за талию и, глядя на резвившуюся троицу, цокнул языком.
- Ещё один, – раздражённо подумала богиня красоты.
- Хоть бы ты призвал его к порядку, – уже вслух произнесла она.
- Зачем? – удивился образец мужской красоты. – Она всё равно не займёт твоё место.
И божественная парочка переглянулась.