Опять бессонная ночь. Сколько раз зарекался не смотреть телевизор перед сном, но рука сама тянется к пульту. Смотришь на эти кадры из Чечни, из Ингушетии, и внутри всё клокочет. Больно видеть, как история ходит по кругу: один дурак войну начал, другой технику в город без прикрытия загнал, а расплачивается за всё «солдат Ванька». Он утрется, кулаки сожмет и пойдет разгребать то, что наверху наворотили. Ему ведь не привыкать.
На фронте у нас, в 235-й стрелковой дивизии, даже поговорка была: «Дурак хуже немца». С немцем-то всё ясно — он враг, ты знаешь, чего от него ждать. А дурак… дурак непредсказуем. Он любое дело загубит, превратит войну в цирк, а для кого-то этот цирк закончится могилой и пулей под сердцем. При этом самого дурака, как назло, часто проносит.
Герой «финской» из тылового запаса
Помню, в сорок четвертом под Витебском у нас ротного убило. Прислали замену из запасного полка. Мужик лет сорока пяти, лейтенант. Звали его Федоткин. Видно было сразу — «тыловая крыса», которую за какие-то грехи лишили брони и пнули на передовую. Сидел он там, в тылу, ряшку отъедал, а тут на нашу голову свалился, окаянный.
Федоткин в методах современной войны не смыслил ровным счетом ничего. Зато самомнение у него было — до небес. Вместо того чтобы прислушаться к обстрелянным бойцам, он начал строить из себя бывалого вояку. Выстроит роту и давай травить байки. То он в Гражданскую генерала Врангеля чуть на штык не посадил, то на Финской чудеса героизма проявлял.
Особенно мы «любили» его рассказ про языков. Федоткин бахвалился: «Что за разведка нынче пошла? Фрица испугались! Вот я в зимнюю кампанию лично троих финнов на себе приволок. Одного под дулом веду, второго по земле тащу, а третьего, связанного, на закорках несу!» Мы переглядываемся, смех сдерживаем. Спрашиваем: «А зачем троих-то сразу, товарищ лейтенант?» А он, не моргнув глазом: «Для верности! Один-то из троих точно что-то ценное знает». На вопрос о наградах смотрел на нас как на шкурников: мол, он за Родину воевал, а не за побрякушки.
А вам встречались в жизни такие «сказочники», которые пытаются скрыть свою некомпетентность или страх за громкими историями и напускной строгостью? Ведь на войне такая ложь стоит жизни не лжецу, а тем, кто рядом.
Цирк на передовой
Решил как-то Федоткин обучить нас азам рукопашного боя. Вышел перед строем, а по запаху слышно — принял спиртика для храбрости. Вызвал парня из второго взвода, детину высокого. Начал на нем приемы показывать, руки выкручивать. Солдату тому не больно было, скорее смешно — он бы этого лейтенанта как вошь прихлопнул. Но дисциплину держал, поддавался. А Федоткин разошелся, кричит: «Вы все хлюпики! Вот потому и воюем хреново! Я в Финскую в окоп прыгал: одного ножом, второго прикладом, третьего ремнем душил, четвертого — зубами!»
Пока мы в тылу стояли, эти номера ему прощали. Но через неделю пришел приказ: сменить части на передке. Наш «гроза финнов» сразу сник, лицом осунулся. Языком трепать — это не в атаку ходить.
На позициях нам повезло — участок был тихий. Немец сидел смирно, только ракеты по ночам пускал. Но Федоткин и тут умудрился отличиться. Принимая позиции, он даже не поинтересовался системой огня врага, не узнал ориентиры для артиллерии, не спросил, где проходы в минных полях. Ему было неинтересно. Он засел в блиндаже, выпросил у комбата патефон, пил спирт и слушал музыку, пока солдаты обустраивали быт под носом у врага.
Когда маски сбрасывает первый бой
Всё хорошее когда-нибудь заканчивается. Немец решил провести разведку боем — обычное дело. Ночью начался шум, затрещали автоматы, в небе повисли осветительные ракеты. Для нас, бывалых, это была рутина. Но для Федоткина настал настоящий «Сталинград».
Он вылетел из блиндажа как пробка. Пьяный, перепуганный, глаза по пять копеек. Орал дурным голосом: «Связь! Дайте штаб армии! У нас прорыв!» А связиста он сам накануне выгнал, чтобы тот не мешал ему культурно отдыхать под патефон. Увидел лейтенант трассеры над головой и совсем сбрендил. Бросился бежать в темноту. Но побежал не в тыл и не в окоп, а прямо на наше минное поле, о котором он, разумеется, ничего не знал.
Рвануло знатно. Ногу ему оторвало. Мы вытащили его только когда стрельба утихла, но до санбата он не дотянул. Знаете, я скажу честно: никто из нас не горевал. Смерть — это всегда страшно, но с таким ротным мы бы в первом же серьезном бою все полегли. Судьба его прибрала, избавив солдат от еще больших бед.
Ошибки, которые не прощает земля
Потом были следователи из особого отдела, расспросы... Но копать глубоко не стали. Видимо, и в штабе понимали, что за «фрукт» им достался.
Но Федоткин был не единственным. Были и те, кто панически боялся фронта. Помню одного типа, Жанабека. Он во время марша решил «откосить» — сунул ступню под колесо проезжающей «полуторки». Хотел в госпиталь, а попал под трибунал за членовредительство, да только суд не успел состояться. Начался авианалет, колонна рассыпалась, а Жанабек со своей раздробленной ногой далеко уползти не смог. Его немецкий истребитель прямо в упор и раскатал.
Вот такая она, изнанка войны. Там, где один проявляет величие духа, другой тонет в собственной глупости или трусости. Дуракам в армии не место, но они почему-то упорно туда лезут, надеясь на авось, на чины или на то, что «пронесет». Только война — это не цирк и не тыловая каптерка. Она чувствует фальшь и наказывает за неё самым жестоким образом.
Друзья, такие истории — это всегда горький урок. О том, как важно в любой ситуации оставаться профессионалом и, прежде всего, человеком. Ведь от решений одного «командира» зависят сотни жизней тех самых «Ваньков», которые молча тянут на себе всю тяжесть войны.
А в вашей семье сохранились подобные рассказы?
Может, деды вспоминали не только о героях, но и о таких вот нелепых, а порой и страшных случаях человеческой глупости на фронте?
Как относились солдаты к тем, кто пришел на войну «красоваться», а не воевать?
Товарищи! Теперь у нас есть закрытый канал в MAX.
Там публикуют короткие исторические заметки и фотографии, которые не подходят для формата больших статей на Дзене. Если вам интересна история и вы хотите видеть посты в своей ленте чаще — подписывайтесь. Буду рад видеть своих!