Почему у одних родителей вырастают совершенно разные дети? Один серьезный и собранный, второй — душа компании и дипломат, третий — вечный авантюрист, которому море по колено. Родители разводят руками: условия были одинаковые, любовь одна, а люди получились разные. Но психологи давно знают ответ. Дело не в генах и не в капризах судьбы. Дело в порядке рождения. То самое место, которое ребенок занимает в семейной системе — первый, второй, третий или единственный — тихо, но жестко формирует его характер, стратегии поведения и даже выбор профессии.
Еще в начале прошлого века Альфред Адлер, отец индивидуальной психологии, заметил закономерность: старшие, средние и младшие дети в разных семьях, культурах и странах демонстрируют удивительно похожие черты. Позиция в семье задает ребенку базовое отношение к миру: безопасен ли он, нужно ли завоевывать любовь, можно ли доверять людям. И эти установки остаются с человеком на всю жизнь, если он их не осознает.
Первенцы — это маленькие взрослые, на которых мир держится. Они первыми проходят через эксперимент родительского воспитания, когда каждое достижение под лупой, каждая ошибка — драма. А потом приходит следующий ребенок, и эксклюзивная любовь внезапно перестает быть эксклюзивной. Чтобы вернуть свое место под солнцем, первенец выбирает единственно возможную стратегию: быть лучшим, правильным, ответственным. Отсюда их перфекционизм, любовь к порядку, лидерские замашки и болезненная реакция на критику. Они не могут расслабиться, потому что внутри сидит страх: если я перестану стараться, меня снова разлюбят. Среди директоров, политиков и начальников старших детей большинство. Им платят за ответственность, но они же платят за нее тревожностью и неумением отдыхать, пишет психолог.
Средние дети рождаются в ситуацию, где их место уже занято. Сверху давит старший, который лучше, быстрее, успешнее. Снизу подпирает младший, который получает львиную долю родительской заботы просто по факту своего появления. Средний ребенок с пеленок учится лавировать. Чтобы быть замеченным, он вынужден искать обходные пути, развивать не те качества, что у конкурентов, а свои, уникальные. Из них вырастают прирожденные дипломаты, психологи, переговорщики. Они умеют слушать, слышать, находить компромиссы и чувствовать чужую боль. Но внутри у многих сидит комплекс вечно второго, который толкает на амбициозные цели и делает падение особенно болезненным.
Младшие дети — главные баловни судьбы. К их появлению родители уже натренированы на старших, тревожность снижена, строгость израсходована. Их меньше контролируют, больше балуют и почти не нагружают ответственностью. Они вырастают открытыми, обаятельными, творческими и слегка авантюрными. Умение нравиться и располагать к себе заложено в них с пеленок. Среди актеров, художников и представителей свободных профессий младших детей непропорционально много. Но есть и обратная сторона: за ними часто закрепляется роль вечного малыша. Кто-то принимает эту роль и остается инфантильным до седых волос. А кто-то, наоборот, с удвоенной энергией доказывает миру, что он не просто младшенький, а вполне самостоятельная личность, выбирая рискованные профессии и экстремальные хобби.
Единственные дети — это гремучая смесь старшего и младшего в одном флаконе. Как первенцы, они рано взрослеют, живут в мире взрослых стандартов и стремятся к высоким достижениям. Как младшие, они привыкают быть центром вселенной и с трудом переносят ситуацию, где внимание нужно делить с кем-то еще. Отсюда их высокий интеллект, развитая речь и честолюбие, но и эгоцентризм, неумение проигрывать и проблемы в командной работе.
Порядок рождения — не приговор, а сценарий. Его можно осознать, переписать и выйти за рамки роли, навязанной в детстве. Но сначала нужно понять, откуда растут ноги у привычных реакций, страхов и амбиций. Мы не обязаны навсегда оставаться ответственным старшим, вечно догоняющим средним или беззаботным младшим. У каждого есть шанс написать свою историю, пишет источник.
Ранее мы писали: Если планируете жить комфортно до 90: запомните 5 простых привычек для долгой и счастливой жизни и Одна фраза, которую никогда не говорят люди со здоровой психикой: мнение Михаила Лабковского
Читайте также: