Найти в Дзене

Протоиерей Андрей Ткачев: «кухонное рабство - это счастье для женщины»

Оказывается, чтобы почувствовать себя по-настоящему свободной и независимой женщиной, не нужно записываться на курсы личностного роста или требовать повышения зарплаты - достаточно просто дождаться Великого поста. Согласно свежим откровениям протоиерея Ткачёва, именно в этот период воцерковлённая дама может наконец-то сбросить кандалы «кухонного рабства» и выдохнуть, ведь варить бесконечные щи своим «мужикам и девчонкам» в прежних объёмах уже не требуется. Впрочем, радоваться этой мимолётной свободе стоит с осторожностью: священнослужитель спешит напомнить, что само по себе стояние у плиты - это не повинность, а самое что ни на есть подлинное счастье. А если какая-то заблудшая душа этого до сих пор не осознала, то она, по многозначительному замечанию отца Андрея (сопровождавшемуся многозначительным постукиванием по голове и столу), человек крайне бедный и, судя по всему, интеллектуально обделённый. Взгляд протоиерея на женскую судьбу вообще пропитан своеобразным историческим оптимизмом

Оказывается, чтобы почувствовать себя по-настоящему свободной и независимой женщиной, не нужно записываться на курсы личностного роста или требовать повышения зарплаты - достаточно просто дождаться Великого поста.

Согласно свежим откровениям протоиерея Ткачёва, именно в этот период воцерковлённая дама может наконец-то сбросить кандалы «кухонного рабства» и выдохнуть, ведь варить бесконечные щи своим «мужикам и девчонкам» в прежних объёмах уже не требуется.

Коллаж автора
Коллаж автора

Впрочем, радоваться этой мимолётной свободе стоит с осторожностью: священнослужитель спешит напомнить, что само по себе стояние у плиты - это не повинность, а самое что ни на есть подлинное счастье.

А если какая-то заблудшая душа этого до сих пор не осознала, то она, по многозначительному замечанию отца Андрея (сопровождавшемуся многозначительным постукиванием по голове и столу), человек крайне бедный и, судя по всему, интеллектуально обделённый.

Взгляд протоиерея на женскую судьбу вообще пропитан своеобразным историческим оптимизмом.

Он с лёгкостью разоблачает коварные ловушки советской власти, которая в своё время пообещала вызволить женщину из-под гнёта кастрюль, но вместо этого цинично «пульнула» её в космос, посадила за трактор или, в лучшем случае, вручила кайло для укладки асфальта.

На фоне таких карьерных перспектив кухонный плен начинает играть новыми, почти райскими красками.

В общем, формула у Андрея Ткачева простая: счастье - это когда женщина должна стоять у плиты, а свобода - это когда пост разрешает от неё отойти.

«Ну и всё остальное, и женское счастье, как бы, и эмансипация - это всё брехня. Это мы, мы уже выползли из страшной брехни. Почему мы такие все калеки? Почему нам нужно объяснять самые элементарные вещи? Потому что мы прожили через страшную эпоху брехни, когда нам обещали всё, а дали как бы, значит, то, что дали».