В последнее время представители духовенства начали как-то «по-новому» подбирать слова. Так называемые «посланники Бога на земле», ранее не скупившиеся на весьма резкие и спорные суждения о «правильном» мироустройстве и месте женщины в нём, заметно поумерили свой пыл.
Те, чьи имена регулярно попадали в заголовки из-за радикальных взглядов на семейную иерархию - протоиереи Андрей Ткачев и Артемий Владимиров, иереи Павел Островский и Николай Бабкин, а также митрополит Иларион (Алфеев) - будто бы разом сменили (надолго ли?) тональность на более умеренную.
Складывается впечатление, что эта внезапная сдержанность продиктована не столько внутренним смирением, сколько прагматичным распоряжением «свыше».
И речь здесь идет не о божественном откровении, а о вполне земных директивах Патриарха Кирилла.
Вероятно, 79-летнему Владимиру Гундяеву и его окружению напомнили о наглядной электоральной статистике: женщины составляют около 60% активных избирателей в России.
Учитывая их численное превосходство, большую продолжительность жизни и высокую дисциплину при посещении избирательных участков, превращать столь внушительную аудиторию в идеологических противников было бы крайне неосмотрительно. Поэтому, чтобы не распугивать женщин и не портить политические показатели, агрессивную риторику заменили на тактику «мягкой силы».
Наглядным примером этого «нового курса» стала серия масштабных молебнов против абортов, которые прошли в российских храмах.
Формально они были приурочены ко дню памяти уб*тых в Вифлееме младенцев и направлены на «вразумление» женщин, решившихся прервать беременность.
Одной из самых медийных акций стало мероприятие в московском храме Успения в Останкине, где в память о нерожденных детях зажгли три тысячи свечей.
После молебна в храме прошел противоабортный семинар.
В числе почетных гостей была замечена депутат Госдумы Татьяна Буцкая.
50-летняя Буцкая, воспитывающая двоих сыновей, органично вписывается в этот новый формат «мягкого давления». Будучи профессиональным педиатром, она продвигает те же консервативные идеи, но с позиции государственной необходимости.
В её арсенале - идеи о введении налога на бездетность для тех, кто осознанно выбирает формат чайлдфри, и инициативы по мониторингу демографии прямо на рабочих местах.
По мнению «народного избранника», ответственность за деторождение должен нести даже бизнес: работодателям предлагается лично отслеживать «коэффициент рождаемости» в коллективах, проверяя, обеспечил ли каждый сотрудник, способный к деторождению, годовой прирост населения.
«Каждый работодатель на своем рабочем месте должен посмотреть: а какой у вас коэффициент рождаемости? В вашем коллективе? У вас есть плюс один ребенок в этом году от каждого, кто может родить ребенка, или нет? Именно так мы должны ставить этот вопрос».
В итоге всё чинно и благородно: за молитвами и заботой о ценностях скрывается большая «командная работа». И всё это на фоне привычных заверений о том, что церковь и госаппарат - структуры совершенно независимые друг от друга.