Читайте в первой части «Россия и Starlink: почему отстаем? А как дела у конкурентов?»
Мало кто знает, что проект, концептуально аналогичный Starlink, в России существовал ещё до того, как Маск запустил первые спутники.
Речь о проекте «Эфир» (глобальная многофункциональная инфокоммуникационная спутниковая система ГМИСС), который разрабатывала компания «Российские космические системы» (РКС), входящая в Роскосмос.
Факты из истории проекта:
- Идея родилась в 2015 году. Гендиректор РКС Андрей Тюлин позднее рассказывал, что анализ перспектив развития сервисов на основе геоинформации и навигации привёл их к пониманию необходимости глобальной системы передачи данных.
- В 2017 году проект включили в программу «Цифровая экономика».
- Планировалось запустить 288 спутников на низкой орбите (870 км).
- Старт развёртывания намечался на 2021 год.
В интервью 2018 года Тюлин довольно точно описывал логику рынка: глобальный трафик к 2030 году вырастет в сотни раз, и место на этом рынке нужно занимать заранее. Более того, он прямо говорил о тактике «слип-стрим»: держаться рядом с лидером (Starlink), не повторять его ошибок и ждать подходящего момента.
То есть по идее Россия была в числе первых. Мы могли оказаться в этой гонке если не лидерами, то как минимум в числе претендентов.
Что пошло не так?
Здесь начинается самое интересное для управленца. Причины заключались не в отсутствии инженеров или денег, а в управленческих решениях.
1. ВЭБ.РФ отказался финансировать
В 2018–2019 годах проект должен был получить внебюджетное финансирование в объёме около 500 млрд рублей. Однако государственная корпорация развития ВЭБ.РФ, которая рассматривалась как потенциальный инвестор, в итоге не вошла в проект.
В пресс-службе Роскосмоса в сентябре 2019 года констатировали: «Внебюджетное финансирование в объеме около 500 млрд рублей на реализацию проекта АО "РКС" до настоящего времени не было организовано».
Государственный банк развития повёл себя как коммерческий, а не как институт развития. Проект с горизонтом окупаемости 10–15 лет не вписался в критерии быстрой прибыли.
2. Проект «Эфир» «похоронили» в пользу проекта «Сфера»
В сентябре 2019 года стало известно, что проект «Эфир» будет пересмотрен и станет частью более грандиозной программы «Сфера».
В чём была логика? «Сфера» задумывалась как зонтичный проект, который объединял бы и связь, и навигацию, и дистанционное зондирование Земли. В неё пытались впихнуть несколько неоднородных проектов: «Эфир», «Марафон IoT», «Скиф» и другие разработки.
По сути, «Сфера» стала «свалкой» для разнородных проектов, убив целостность и экономику «Эфира». Вместо фокуса на одном работающем продукте случилось распыление на всё сразу. Президент анонсировал «Сферу» ещё в 2018 году, но к 2024 году из неё выпали «Марафон» и «Скиф» (их закрыли для экономии бюджета), а «Эфир» к тому моменту уже давно умер.
Проект «Эфир» был свёрнут, а «Сфера» так и не сдвинулась с мёртвой точки. Инвесторы не пришли, альтернативных источников не нашли, проект исключили из госпрограммы.
Таблица: ключевые вехи проекта "Эфир"
А что в России сейчас?
К 2022 году, когда началась СВО и потребность в низкоорбитальной связи стала критической, своего аналога Starlink у России не оказалось.
Пришлось в спешке создавать проект «Рассвет» на базе частной компании «Бюро 1440», которая появилась только в 2022 году.
Что имеем на сегодня:
- по данным на начало 2026 года, на орбите находятся лишь 6 спутников «Бюро 1440» (запущены в рамках экспериментальных миссий);
- финансирование: 102,8 млрд рублей из федерального бюджета + 329 млрд рублей частных инвестиций;
- для сравнения: у Starlink уже более 9 700 спутников на орбите.
В феврале 2026 года совладелец SpaceX Илон Маск заявил, что компания пресекла несанкционированное использование Starlink российскими беспилотниками после обращения Украины.
Вывод: проблема не в деньгах и не в инженерах
У нас был огромный задел: проект «Эфир» с 2015 года.
У нас были и есть инженеры: компетенции РКС неопровержимы.
У нас есть деньги: 102 млрд из бюджета только на «Рассвет», не считая других программ.
Чего не хватило? С точки зрения управления не хватило системности и комплексного применения управленческих технологий, поэтому:
- Проект «Эфир» не получил поддержки в нужный момент. Институт развития (ВЭБ) не выполнил свою функцию, не рассмотрел перспективы.
- Вливание проекта "Эфир" в рамочный проект «Сфера» размыло фокус. Вместо одного работающего продукта начали делать «всё и сразу». Не получили ничего.
- Частная инициатива («Бюро 1440») появилась только тогда, когда время было упущено. И даже сейчас сроки срываются.
Россия была в числе первых, кто задумался о низкоорбитальном интернете, но так «долго запрягала», что оказалась в самом хвосте.
В следующей статье разберём, как должна быть устроена стратегия космического проекта, чтобы таких провалов не возникало. Построим стратегическую карту по методологии BSC и посмотрим, почему даже правильные цели не работают без правильных процессов.