оглавление канала, часть 1-я
Несколько мгновений мы смотрели друг на друга сквозь тонкую плёнку, разделяющую наши реальности, а потом дымка стала затягивать проход, словно собираясь закрыться. Я растерянно посмотрела на шарик, который открывал этот проход. Он наливался чернотою, и горевший в нём белый яркий свет начал тускнеть, опять превращаясь в едва заметную искру. Что это? Я что-то сделала неправильно?! Но как только эта мысль мелькнула у меня в голове, шарик тут же начал гаснуть, становясь просто куском камня, мёртвого и безжизненного. Горькая мысль, на грани отчаянья, родилась в моей голове: «Слишком долго эти инструменты были во владении тёмного Иршада. Слишком долго…» Стоп! Я заставила замолчать всё рациональное, сразу начавшее роиться в моей голове пустыми вопросами. Всё это «умное и здравое» — было частью Анны, человека из совсем другого, привычного и знакомого мира, в котором шумели зелёные леса, плескалась голубая вода и где ждали её друзья. А сейчас я — не она. Сейчас я должна забыть про Анну, ту Анну. Сейчас мне нужно было стать частью Илары, частью Рагнира, частью того, другого мира, в котором под слабыми порывами тёплого ветерка колышутся сиреневые травы, освещаемые фиолетовым солнцем Сайрана.
Я попробовала выбросить из головы все свои воспоминания о моей прежней жизни и заполнить освободившееся место своими видениями. Прикрыла глаза. Нарастающий грохот извне, сопровождающийся сильной вибрацией и дикими звуками, настырно влезал в моё сознание, заставляя сердце биться в лихорадочной сосредоточенности. Я сцепила челюсти так, что казалось, зубы должны были раскрошиться в песок. Тихим шёпотом произнесла, будто заклинание:
— Илара, помоги… Направь верной дорогой… — И, уже не отдавая отчёта, добавила: — …Дорогой изгоев…
Не знаю, услышал ли меня дух однокрылой женщины из племени Вайров, которая по собственному выбору стала изгоем. Ответа не было. Холодная обречённость окутала меня с ног до головы, будто невидимым плащом. Позади меня стояла Каиса. Я чувствовала её дыхание, её напряжение и отчаяние, от которого сводило внутренности. И это отнюдь не помогало мне, лишая воли и уверенности. Но тут вдруг шум, поглощающий меня, будто голодное чудовище, затих. Я удивлённо открыла глаза. По-прежнему тугие спирали «лестниц» мельтешили яркими тревожными огнями, и я по-прежнему чувствовала содрогания всей сферы, но весь ужасающий гул, скрипы и стоны отдалились, словно раскаты затихающего боя. Меня накрыло непроницаемым для звуков прозрачным колпаком. Через мгновение я услышала тихий печальный голос, прозвучавший прямо у меня в голове:
— Сестра не по крови, но по духу… Слушай своё сердце. Оно подскажет верный путь. Дорога изгоев длинна. Она наполнена горечью потерь и лишений, но ты сумеешь это преодолеть. Твоя кровь — тому порука…
Последние слова прозвучали совсем тихо, так что я не была даже уверена, что слышала их. На какое-то мгновение сомнение пробралось внутрь моих мыслей. А не придумала ли я всё это сама, подчиняясь своим иллюзиям? А в висках уже набатом стучало: «Кровь, кровь, кровь…» У меня хватило силы горько усмехнуться. Вот и Марат мне говорил, что моя кровь послужит ключом. Мысль о парне, который дал мне серебряный стержень из другого мира, была словно глоток свежей воды утомлённому жаждой человеку. Ну конечно! Моя кровь! Ведь ты же это знала! Всегда знала… Так чего ж ты, Нюська…?!
Не раздумывая ни секунды, я выхватила нож и коротко полоснула острым лезвием по ладони. Не тратя времени на сомнения, я приложила порезанную ладонь к шарику, в котором почти угас свет. Было такое ощущение, что я положила свою руку на раскалённую головню. Боль тупыми зубами вгрызлась в меня, перетекая из руки во всё тело, заставляя цепенеть. Закусив губу до крови, чтобы не закричать, я упорно держала ладонь на этом чёртовом шарике.
Бордово-кровавые лучи вспыхнули, пронзая светом мою ладонь. Пульсирующая боль стала отпускать, но я продолжала держать ладонь на прежнем месте до тех пор, пока багровый оттенок не уступил место фиолетовому свету. И только тогда я позволила себе выдохнуть и поднять взгляд на закрывшуюся щель. Она медленно, очень медленно начала расширяться. Серовато-белёсая струйка, подобная мутному ручейку, пробилась из открытого отверстия, медленно заполняя пространство вокруг панели туманной дымкой. Проход медленно, но уверенно открывался. И я опять увидела контуры лохматых фигур, ожидавших по ту сторону пространства.