Есть люди, которые в конфликте никогда не кричат и не уходят, а начинают улыбаться, соглашаться, извиняться и делать всё, чтобы другому стало хорошо - даже если только что сделали им больно. Есть люди, которые физически не могут сказать нет, у которых само слово застревает где-то в горле, и они снова говорят да и снова берут на себя чужое, и снова объясняют это тем, что просто такой характер, просто привыкли заботиться, просто не хотят обидеть. Если это про вас - скорее всего, дело не в характере и не в доброте, а в том, что когда-то давно ваша нервная система выбрала единственный способ выжить, который был доступен: угождать.
Бороться, бежать, замереть - и ещё один вариант
Большинство людей знают про три реакции на стресс и угрозу: бороться, убегать или замирать. Про четвёртую говорят значительно реже, хотя она распространена не меньше. Психотерапевт Пит Уокер, работавший с людьми с комплексной травмой, назвал её fawn - угождать, и описал её так: когда угроза слишком велика, чтобы бороться или бежать, и слишком нависающая, чтобы просто замереть, некоторые люди инстинктивно переходят в режим умиротворения. Они начинают подстраиваться под того, кто представляет угрозу, угадывать его настроение, опережать его желания, становиться максимально удобными и безопасными для него - потому что именно это снижает опасность. Это не слабость и не мягкотелость, это очень умная стратегия выживания, которую нервная система однажды выработала и с тех пор применяет автоматически - даже тогда, когда угрозы давно нет.
Откуда это берётся
Реакция угождения почти никогда не возникает на пустом месте, и если она у вас есть - скорее всего, она сформировалась там, где выражать собственные потребности было небезопасно. Это не обязательно явное насилие или что-то очевидно страшное: иногда достаточно было расти рядом с человеком, чья реакция была непредсказуемой, чьё настроение нужно было постоянно считывать и под которое нужно было подстраиваться, чтобы не случилось чего-то плохого. Или рядом с кем-то, кто не злился открыто, но становился холодным и отчуждённым - и ребёнок быстро учился, что спокойствие этого человека зависит от того, насколько ребёнок правильно себя ведёт, не требует лишнего, не занимает слишком много места.
В такой среде ребёнок перестаёт ориентироваться на свои внутренние сигналы - что я хочу, что мне нужно, как мне сейчас - и начинает ориентироваться исключительно на другого: что ему нужно, как он сейчас, что я должен сделать, чтобы всё было хорошо. Это спасает в детстве, но потом переезжает во взрослую жизнь вместе с ним и начинает управлять отношениями, работой, дружбой и тем, как человек относится к самому себе.
Как это выглядит во взрослой жизни
Распознать реакцию угождения в себе бывает непросто именно потому, что она хорошо замаскирована под добродетели - под отзывчивость, гибкость, такт и умение считаться с другими. Но есть несколько признаков, которые отличают настоящую заботу от страха.
Человек с реакцией угождения испытывает почти физическую тревогу, когда кто-то рядом недоволен - даже если этот кто-то не имеет к нему никакого отношения, даже если недовольство никак не связано с его поступками. Он автоматически берёт на себя ответственность за чужое настроение и начинает его исправлять. Он соглашается, когда хочет отказать, а потом чувствует обиду или опустошённость - но не может связать одно с другим, потому что формально сам же согласился. Он не знает, чего хочет, когда его спрашивают напрямую, потому что привык сначала понять, чего хочет другой, и подстроиться под это. Он извиняется - много, автоматически, иногда за то, в чём не виноват вообще. И он часто ощущает себя невидимым в собственных отношениях, хотя делает для них очень много.
Парадокс: угождание разрушает именно то, что защищает
Самое горькое в реакции угождения состоит в том, что она подрывает именно ту близость, ради которой существует. Когда человек постоянно подстраивается под другого и прячет своё настоящее - свои желания, несогласие, усталость, злость - другой человек в итоге оказывается рядом не с ним, а с удобной версией его, и настоящей близости не возникает. Партнёр может чувствовать что-то неуловимо ненастоящее в отношениях, но не понимать что именно, потому что формально всё хорошо. А человек, который угождает, накапливает невысказанное и рано или поздно либо взрывается по какому-то незначительному поводу, либо просто гаснет и исчезает из отношений эмоционально, продолжая физически присутствовать.
Кроме того, реакция угождения делает человека уязвимым именно для тех людей, рядом с которыми она была бы наименее уместна - для тех, кто склонен использовать чужую гибкость и отзывчивость в своих интересах, потому что они предсказуемо получают именно то, что хотят, и никогда не встречают сопротивления.
Что с этим делать
Важно понять с самого начала: реакция угождения не лечится решением "теперь я буду говорить нет", потому что это не вопрос намерения, а вопрос автоматической реакции нервной системы, которая срабатывает раньше, чем успеваешь подумать. Работа здесь медленная и требует возвращения к себе через очень маленькие шаги.
Первое: начать замечать момент, когда происходит переключение. Вот была своя реакция, своё мнение, своё ощущение - и вот уже что-то автоматически потянуло в сторону другого человека, его настроения, его нужд. Просто заметить это, не оценивая и не требуя от себя немедленно что-то изменить, уже является практикой.
Второе: учиться различать, что вы чувствуете прямо сейчас, отдельно от того, что чувствует другой человек. Это звучит просто, но для того, кто с детства ориентировался исключительно на внешнее, это реально сложная задача, и она требует времени. Вопрос "как я сейчас?", заданный себе несколько раз в день - не метафора и не упражнение для мотивационного плаката, а буквальная практика восстановления контакта с собой.
Третье: пожалуй, самое важное: реакция угождения сформировалась в контакте с другим человеком и меняется тоже через контакт и через отношения, в которых постепенно становится возможным быть собой без катастрофических последствий. Это может происходить в терапии, в дружбе, в любых отношениях, где есть достаточно безопасности, чтобы попробовать сказать что думаешь и увидеть, что мир не рухнул. Каждый такой опыт чуть-чуть переписывает то, что нервная система считает правдой о том, чем заканчивается искренность.
Вы не слишком добры и не слишком чувствительны, просто долго были в ситуации, где прятать себя было разумнее, чем показывать. И теперь можно учиться делать иначе, потому что вы имеете право занимать место, которое вам принадлежит.
Автор: Горба Матвей Михайлович
Психолог
Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru