«Я пела с раннего детства, с тех пор, как себя помню»
Из воспоминаний Н.А. Обуховой.
В анкете 1935 года Н.А. Обухова, не скрывая своего социального происхождения, так отвечала на вопросы о семье и полученном ею образовании: «Социальное происхождение – дворянка. Родители: Андр[ей] Троф[имович] Обухов, военный, умер в 1910 г., собственности не имел, воспитыв[ал] детей, мать М[ария]А[ндриановна] Мазараки, умерла в 1888, дворяне. Образование – общее домашнее. Московская консерватория на средства деда… Знаю фр[анцузский], англ[ийский], итал[ьянский], немецк[ий] языки» (Ф. 2379. Оп. 1. Ед. хр. 474. Л. 2, 2об.).
Детство будущей певицы прошло в усадьбе деда ‒ Андриана Семеновича Мазараки (1835–1906) в селе Хворостянка Усманского уезда Тамбовской губернии. По ее воспоминаниям в большом доме стояла старинная мебель, в гостиной рояль, на стенах висели портреты предков, а хозяин усадьбы, сидя в «вольтеровском» кресле, читал внукам книги, в семье дочери А.С. Мазараки их было трое – Анна, Надежда и Юрий.
Музыкально одаренный дедушка сыграл определяющую роль в судьбе Надежды Андреевны и ее сестры Анны, также ставшей впоследствии певицей. Он давно находился в отставке, был почетным мировым судьей в уезде, состоял членом Императорского русского музыкального общества, дружил с А.Г. и Н.Г. Рубинштейнами, выступал в концертах как пианист и скрипач. Обухова с теплотой вспоминала о деде, называя его «большим и тонким музыкантом», при этом отмечала, что он был строгим учителем: «Дедушка давал нам уроки музыки… Когда мне минуло 12 лет, я уже играла некоторые ноктюрны Шопена… Играла я и вальсы Шопена, и в четыре руки с дедушкой симфонии Гайдна и Моцарта» (Ф. 2379. Оп. 1. Ед. хр. 19).
Дедушка стремился привить внукам и знания о музыкальной культуре Италии и Франции. Неслучайно в автобиографии 1933 года Надежда Андреевна продолжала: «В 1900 году выехала во Францию в г. Ниццу, где и начала свое вокальное образование (сестры обучались пению у ученицы Полины Виардо ‒ Элеоноры Липман). В 1906 году поступила в Московскую консерваторию по классу пения к проф[ессору] Мазетти, училась два года и по болезни уехала в Италию. В 1909 году поступила вновь в Консерваторию, в класс того же профессора и закончила Консерваторию в 1912 году. С 1912 по 1916 год продолжала совершенствоваться у проф[ессора] Мазетти и одновременно выступала в благотворительных концертах в пользу учащихся и др. В 1916 году после пробы была принята в Большой театр, дебютировала в роли Полины в оп[ере] “Пиковая Дама”» (Ф. 2379. Оп. 1. Ед. хр. 474). И далее, как в большинстве ее автобиографий, шло перечисление многочисленных партий, исполненных в спектаклях на сцене первого театра страны.
В автобиографии 1945 года певица сообщала дополнительные сведения о предреволюционном этапе своей жизни: «В 1912 г. вышла замуж за Павла Сергеевича Архипова, до революции который работал в ГАБТе завед[ующим] постановочной частью В 1926 г. я с ним развелась» (Ф. 2379. Оп. 1. Ед. хр. 474).
Жизнь артистки, как и всех людей ее поколения в России, разделилась на до и после революции 1917 года. В анкете певица записала: «Во время Февральск[ой] и Октябр[ьской] револ[юций] служ[ила] в Б[ольшом] т[еатре] арт[исткой] оперы», уточняя в следующем пункте: «должность – солистка оперы» (Ф. 2379. Оп. 1. Ед. хр. 474).
В Большом театре Обухова проработала 32 года − с 1916 по 1948 год. Она обладала редким по красоте и богатству тембра голосом (меццо-сопрано), что в сочетании с высоким уровнем вокальной школы, личным обаянием и красотой позволяло певице создавать на сцене яркие, незабываемые образы. Войдя в репертуар, она спела Полину в «Пиковой даме», Любаву в «Садко», Любашу в «Царской невесте», Кащеевну в «Кащее бессмертном», Далилу в «Самсоне и Далиле», Кончаковну в «Князе Игоре», Весну-Красну в «Снегурочке», Ткачиху в «Сказке о царе Салтане», Ангела в «Демоне», Кармен в «Кармен», Амнерис в «Аиде», Марину в «Борисе Годунове», Марфу в «Хованщине», Ганну в «Майской ночи» и др. партии.
Большое место в жизни Обуховой всегда занимала концертная деятельность, а с 1948 года − выступления с исполнением романсов, русских народных песен, вокальных произведений зарубежных композиторов стали основным ее профессиональным занятием. В репертуаре певицы было более 300 камерных произведений, песен и романсов, исполнявшихся ею на сцене и по радио.
Любовь к порядку, привитая еще в детстве, позволила Обуховой не только организовать свою насыщенную ролями творческую жизнь, но и достаточно полно сохранить документы в личном архиве. Документальные материалы после смерти певицы передала в ЦГАЛИ СССР (РГАЛИ) в 1962 году ее сестра А.А. Шеппинг. В составе фонда № 2379 хранится 638 единиц за 1850-е – 1961 годы. Это партии из опер, ноты песен и романсов, исполненных Обуховой, с ее пометами, 110 листов с записями рукой Обуховой текстов романсов М.И. Глинки, П.П. Булахова, А.А. Гурилева и др., народных песен, а также фотографии в ролях и на концертных площадках. Среди рукописей артистки – автобиографические «Мои воспоминания», тексты выступлений по радио, статьи и заметки о советской песне и музыкантах. Переписка представлена черновиками писем Обуховой к знакомым и в издательства «Искусство», «Музгиз» по поводу издания рукописи «Мои воспоминания», так и не увидевшей свет при ее жизни, многочисленными письма к Обуховой более 300 корреспондентов, письмами слушателей-почитателей ее таланта с отзывами об артистическом мастерстве певицы. Среди биографических материалов интерес представляют записи Обуховой в календарях за 1928–1960 годы о выступлениях в спектаклях Большого театра, концертах и репетициях.
Несколько интересных документов из архива певицы позволяют дополнить ее образ и ощутить дух времени. В феврале 1930 года местный комитет 1-го и 2-го государственных театров оперы и балета (ГОТОБ, с сентября 1928 года по май 1930 года Большой театр и его филиал – Экспериментальный театр именовались как 1-й и 2-й Государственные театры оперы и балета) информировал артистов о том, что в стенгазете «Работник ГОТОБ» был «помещен вызов всем народным и заслуженным артистам, – последовать примеру работников Малого государственного театра, внеся свою долю в золотой фонд индустриализации страны» (Ф. 2379. Оп. 1. Ед. хр. 470). Н.А. Обухова не осталась в стороне, также приняв участие. В ее фонде сохранилась расписка от месткома о том, что она сдала в фонд золотые серьги, подвеску и еще несколько золотых и серебряных вещей.
После начала Великой Отечественной войны практически все артисты Большого театра были эвакуированы, однако Надежда Андреевна от эвакуации отказалась. В этой связи она даже объяснялась с дирекцией театра, где в качестве причин перечислила свои болезни, приложив медицинскую справку, а в конце написала о главном: «… у меня на руках находится мой брат, хронически больной, парализованный, который всецело находится на моем иждивении, которого я не могу и с собой взять, и оставить одного» (Ф. 2379. Оп. 1. Ед. хр. 470). И такое самопожертвование, широта души были ей свойственны всю жизнь.
Вклад Обуховой в отечественное исполнительское искусство огромен, он отмечен высокими правительственными наградами и почетными званиями: 2 марта 1928 года она была удостоена звания Заслуженной артистки РСФСР, 20 октября 1933 года – звания Народной артистки Республики, 2 июля 1937 года постановлением ЦИК СССР ей было присвоено звание Народной артистки СССР. Тогда же ее наградили орденом Ленина, а 19 марта 1943 года присудили Сталинскую премию 1 степени. Выйдя на заслуженный отдых, певица значительное время уделяла работе с молодыми и начинающими исполнителями. Неслучайно другая наша великая певица ‒ Ирина Константиновна Архипова в значительной степени «унаследовала» репертуар Н.А. Обуховой.
Л.Н. Бодрова,
начальник отдела РГАЛИ