- Негодяй! - покраснев от гнева хватаю с пола домашний тапок и щедро стучу им мужу по голове.
Во мне клокочет такая злость, что я готова уничтожить мерзавца.
- Наташа прекрати! - злится он и пытается выхватить его у меня из рук, но не тут-то было. Вместо этого он получает новую порцию ударов и раздраженно рычит, втягивая голову в шею.
- Да как ты смеешь указывать мне? - вкладываю в удар всю свою боль. - От твоей куртки воняет чужими духами. Думаешь я дура? Молча умоюсь слезами и сделаю вид что ничего нет?
Степан смотрит на меня с нотками сожаления и глубоким чувством вины.
Лезу к нему в карман и достаю носовой женский платок, от которого исходит сладковато-приторный запах.
- Что это? – задаю вопрос, а сама все сразу же понимаю. Только от этого мне не становится легче. Мои глаза наливаются кровью, и я кидаюсь на мужа стараясь выцарапать лживое холеное лицо.
- Прекрати вести себя неразумно, - повышает он тон, пытаясь уклониться от моих когтей. - Нам надо поговорить.
Кое-где я все же успеваю оцарапать его лицо и злорадно усмехаюсь, наблюдая рваные красные полосы. От души опять прикладываюсь таком по спине мужа и мое оружие ломается пополам. С сожалением смотрю на некогда любимый тапок.
Муж хватает меня за запястья и зло шипит прямо в лицо:
- Успокойся!
Я мотаю головой из стороны в стороны и вскоре меня накрывает истерика.
По моим щекам текут слезы, а в груди образовывается дыра размером с футбольное поле. О каком спокойствии он говорит? Я еще толком даже не начинала кричать!
- Что ты хочешь мне сказать? - говорю упавшим голосом. - Я давно подозревала, что у тебя кто-то есть. Ну что ты молчишь! – стучу кулаками Степана по груди. - Скажи мне наконец правду! Мерзавец!
Муж отводит взгляд в сторону и говорит с сожалением в голосе.
- Да, ты права. У меня есть девушка.
- Девушка? – ахаю я. - Какая девушка Степа? Тебе пятьдесят лет. Скоро внуки пойдут! Глебу уже тридцать, а Оксанке скоро будет двадцать шесть. Ты вообще себя слышишь? – мой голос внезапно срывается на крик. - Что ты несешь?
Муж морщится от моих слов, но упрямо продолжает гнуть свою линию.
- Её зовут Полина и ей почти двадцать пять. Она студентка последнего курса университета.
Закрываю уши руками и мотаю головой. Не хочу ничего слышать. Душа рвётся на части.
- Она моложе нашей дочери, - ошарашенно шепчу я. - Степа, как же ты мог так поступить со мной?
Муж печально вздыхает и потирает ладонью исцарапанное лицо.
- Прости я не хотел. Так получилось. Это было сильнее меня. Поздняя любовь. Называй как хочешь. Нам нужно развестись, так как Полина ждёт ребёнка.
Ему было тяжело говорить мне все это в лицо. Я чувствовала, что он сильно нервничал. Он тоже страдал от этой ситуации. Только между нами была одна существенная разница. Всю эту кашу заварил он. Не я! Поэтому я вправе была гневаться и вершить возмездие.
Тут до меня вдруг стал доходить смысл сказанных им последних слов, и я едва не подпрыгнула на месте от шока.
- Ребёнка? – меня начинает колотить крупная дрожь. – Ребенка? Серьезно? Ну…Ты и негодяй… Ты абсолютно уверен, что он твой? – ору я не своим голосом на всю квартиру.
Муж смутился, но упрямо вскинул подбородок.
- Я понимаю, что тебе больно. Но и ты меня пойми. Я стал задыхаться в этом доме. Твоя полоумная мать однажды чуть нас не застукала. Я спать не мог здесь спокойно. Мне нечем было дышать!
От этих слов я буквально взрываюсь словно пороховая бочка.
- Значит это моя мать виновата в том, что ты изменил со студенткой? – зло хохотнула я, сжав кулаки до боли. - Как же быстро ты забыл прошлое...
- Наташа не ерничай, - цедит он зло.
Вставляю руки в бока и начинаю искать второй тапок. Видимо ему было мало.
- Да если бы не моя мать у нас бы не было этой квартиры. Пока мать сидела с детьми мы с тобой учились. Всю жизнь она помогала нам, а теперь, когда на старости лет стала обузой я должна её поместить в сумасшедший дом? Ты так думаешь? – поднимаю тапок с пола и вновь стучу им мужа по голове.
- Я об этом не говорил, - заявляет Степан обиженно.
- Степа, да как ты вообще посмел заикнуться о моей матери. Ты всем обязан ей. Всем! – ору я истошно и хлещу мерзавца тапком уже по лицу. - Она задействовала все свои связи чтобы тебя взяли в университет. На выпускной в школе тоже она тебя собирала. Так как твоя мама, упокой господь её душу, пила и ей было не до того. Да ты ей в ноги должен был падать. А ты..., - силы вдруг оставляют меня. Я бросаю поломанный тапок на пол и вижу в этом символе свою разрушенную семейную жизнь. Становится невыносимо горько и больно. – Уходи, - шепчу я. - Я не хочу тебя больше видеть.
Степа сдавленно кивнул и ушёл в нашу спальню. Быстро покидал в чемодан свои вещи. Затем молча вышел и громко хлопнув дверью ушёл. На дворе была глубокая ночь.
Медленно прошла в нашу спальню и тихо завыла понимая, что это конец.
Я всю жизнь любила Степана. Боготворила его. И дело даже не в том, что он красивый мужчина. Таких красавцев как он много. Мне всегда казалось, что мы с ним единое целое. Что наша любовь будет вечной. А теперь он ушел, и я не знала, что делать. У меня словно душу из груди вынули. Я чувствовала себя неполноценной. Словно не хватало какой-то важной детали.
Сжала ладонь в кулак и стиснула зубы. Я выстою. Сделаю все для того чтобы начать новую жизнь. Этот мерзавец еще пожалеет, что так вероломно предал меня.
Долго крутилась в кровати, с трудом уснув уже после часа ночи. Стонала и металась во сне. Мне снился старый кошмар. Я находилась в густом тумане и пыталась найти Степана. Видела вдалеке чью-то расплывчатую фигуру, но она отдалялась от меня. Бежала, пыталась звать его, но никак не могла приблизиться. Он был недосягаем. Тянулась к его силуэту, видела его, но каждый раз, как только я думала, что смогу дотянуться, фигура исчезала, словно растворяясь в бескрайней дымке. Сердце сжалось от боли, я кричала, но мой голос тонул в пустоте. Рвалась вперёд, пытаясь найти его, но всё было тщетно. Мои ноги устали, и, наконец, я рухнула на колени, чувствуя, как всё внутри меня рушится. Слёзы катились по щекам, и я не могла их остановить. Это боль не имела конца. Во сне я четко осознавала, что Степан ушел навсегда.
Но готова ли я его отпустить? И как долго продлится эта агония?
Проснулась от ощущения, что только что была там, в этом мрачном, туманном сне. Я лежала в постели, запутавшись в одеяле, и не могла избавиться от ощущения дежавю, которое внезапно овладело мной.
Кто-то гладил меня по волосам.
Открыла глаза и увидела морщинистое лицо своей матери.
- Не плачь дочка, он обязательно вернется, - сказала она утирая слезу со щеки.
Прижалась к ней. Захотелось вновь почувствовать себя маленькой. Хотелось рассказать обо всем, что накопилось за долгие годы в душе. На маму иногда находили секунды просветления до того, как деменция вновь брала верх над ее ослабевшим разумом.
- Отец вернётся, вот увидишь, - в следующую секунду глаза устремились вдаль, и она вновь погрузилась в старые воспоминания своей прожитой жизни.
Прикусив до боли губу молча кивнула. Мать говорила об отце, а не о моем вероломном муже.
Снова вспомнила отца. Всю жизнь я считала его предателем. Однажды он уехал из дома и не вернулся. Мать ждала его всю свою жизнь. Я чувствовала ее боль как свою и не могла простить отца за то, что он нас бросил. И лишь недавно мы узнали, что отца не сталои из-за бандитов. Он не бросил нас, как мы все тогда думали. Просто ему не повезло. Годы в те времена были тяжелые. Он продал машину, а деньги вез домой. Родители хотели переехать в более просторную квартиру, но не срослось. Судьба порой бывает очень жестокой. Я не могла сказать матери правду. Она сейчас ничего уже не поймет. Для нее он все еще оставался живым. Пусть так и будет. Она часто ждала его, сидя у окна. И возможно по этой причине еще до сих пор жива…
Не смогла сдержать своих слез. Всхлипнула. Теперь я хорошо понимала её боль. А ещё вдруг осознала, что с детства боялась предательства. Боялась остаться одной. И вот мой страх превратился в реальность. И видимо поэтому мне приснился давний кошмар. Только теперь он обрел конкретные очертания.
Мне нужно было срочно с кем-то поговорить. С тем, кто поймёт меня. Кто поможет пережить тяжкое горе.
Люба! Конечно она! Она сама недавно пережила предательство мужа. Решила позвонить ей. И не поддаваться унынию. В конце концов я ещё жива и в полном расцвете сил. И я не одна, у меня есть семья и подруга. А Степа ещё пожалеет о том, что предал меня.
С Любой в итоге мы договорились встретиться после работы в кафе. Вечером поговорили с ней по душам. Мне сразу стало чуточку легче. Особенно после того когда я увидела ее новую любовь. Если у Любы все получилось, то я тогда чем хуже?
Едва я вернулась домой, в квартиру заявилась Оксана. Она была вся в слезах, и я не понимала, что происходит. Мое сердце обеспокоенно сжалось, и я бросилась к ней с желанием поддержать и помочь.
- Что случилось? - спросила ее, но дочь лишь мотала головой сотрясаясь в рыданиях.
Я пыталась добиться от нее правды. Но правда шокировала меня во второй раз.
- Я беременна! – заявила дочь и рыдая убежала к себе в спальню закрыв за собой плотно дверь.
В это мгновение я почувствовала, как земля уходит у меня из-под ног. Схватилась за сердце пытаясь унять его бешеный стук.
Еще один ребенок!
Наверное, я где-то сильно нагрешила в этой жизни.
Какая, однако парадоксальная ситуация. Судьба не просто сыграла со мной злую шутку, она устроила настоящий фарс.
У Степы с Оксаной дети будут одного возраста.
Степа станет папой и дедушкой одновременно. Может и мне податься во все тяжкие и родить еще одного дитя?
Покачав головой, я закрыла лицо руками. Дочь рыдала в своей спальне. Я слышала ее громкий плачь.
Стиснув зубы, осторожно открыла дверь и вошла в ее комнату. Сейчас только я могла ей помочь.
- Ну что милая, расскажешь мне что случилось?
Дочь принялась рассказывать, что случилось, но ее рассказ получился сбивчивым. Я половины слов не смогла разобрать из-за ее рыданий, но главное поняла - ее парень оказался мерзавцем и отказался нести ответственность за ребенка. Оксана не знала, что делать, и я решила ее поддержать.
- Ребенка ты сохранишь, - заявила уверенно. – Это твоя первая беременность?
Оксана смущенно кивнула.
- Тем более. Вырастим его, потом еще мне спасибо скажешь. Жилье слава богу позволяет. Так что прекращай мне тут лить слезы! – я уверенно подбоченилась.
- Мам, а что папа скажет? – в глазах дочери отразился страх.
При упоминании о Степане я получила новую неожиданную порцию боли. Поморщилась чувствуя, как рвется на части душа и опустив взгляд пожала плечами.
- Он ничего не скажет, - сказала упавшим голосом. - Отец ушел из дома. Он бросил меня.
- Что? – дочка в ужасе прикрыла ладонью рот и зарыдала еще громче. – Только не он, - повторила она несколько раз. – Только не он.
***
Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:
"Измена. Простить или отпустить", Ирэна Солар, Ирина Ярова ❤️
Я читала до утра! Всех Ц.