Я открыла дверь, даже не взглянув в глазок. На Рождество всегда приходили дети — колядовали, пели, просили сладостей. Я уже приготовила пакет с конфетами и печеньем.
— Мам, открой, пожалуйста! У нас руки заняты! — крикнул Максим из кухни.
Я повернула ручку. Холодный воздух ударил в лицо. За дверью стоял мужчина. Не мальчишка с гитарой. Мужчина с потёртой спортивной сумкой у ног.
Игорь.
Я замерла. Рука застыла на ручке. Сердце пропустило удар.
Он смотрел на меня так, будто я должна была обрадоваться. Улыбался неуверенно, наклонив голову набок.
— Привет, Катенька, — проговорил он тихо. — Я… соскучился. Решил провести праздник с семьёй.
Он наклонился за сумкой. Шагнул вперёд.
Я подняла руку. Ладонь уперлась ему в грудь.
— Стой.
Игорь замер. Бровь дёрнулась.
— Катя, ну что ты… Я же вернулся! Ты хотела этого, правда? Вот я здесь!
Он развёл руки в стороны. Улыбка стала шире. Слишком широкой.
— Вернулся? — Голос прозвучал хрипло. — Просто так?
— Ну да. Я понял, что ошибся. Хочу быть с вами. С тобой. С мальчиками.
Я прикрыла глаза. Вдохнула морозный воздух. Он обжёг лёгкие.
Полтора года. Полтора года ты не звонил.
— А то, что было за эти полтора года, ты забыл?
Игорь нахмурился. Сумка выскользнула из руки, глухо шлёпнулась на пол.
— Катюш, ну зачем ворошить прошлое? Давай начнём всё заново. Я исправлюсь.
Я посмотрела на него. На знакомое лицо. На морщинки у глаз. На эту улыбку, которая когда-то заставляла моё сердце биться быстрее.
А сейчас ничего. Пустота.
Нет. Не пустота. Боль.
Я отступила на шаг назад. Не впуская его.
— Войти нельзя, Игорь.
Он вздохнул. Провёл рукой по лицу.
— Опять начинается… Катька, я же говорю — я вернулся! Ты этого хотела!
— Хотела. Полтора года назад.
Моя рука сжала дверной косяк. Пальцы побелели.
Пятнадцать лет. Пятнадцать лет мы были вместе.
Мы поженились молодыми. Снимали квартиру на окраине. Обои были жёлтыми, с выцветшими цветами. Мебель старая, чужая. Но нам было всё равно.
Игорь работал в строительной компании. Я — в бухгалтерии небольшой фирмы. Зарабатывали немного, но хватало. Мы были счастливы.
Через год родились близнецы. Максим и Денис. Два орущих комочка, которые перевернули мою жизнь.
Я не спала ночами. Кормила, укачивала, меняла подгузники. Игорь помогал. Иногда. Когда не уставал на работе.
Мальчики росли. Шумные, активные, вечно во что-то влипающие. Я крутилась как белка в колесе. Работа, дом, дети. Работа, дом, дети.
А потом что-то изменилось.
Игорь стал задерживаться. Уезжать в командировки. Приходить поздно, пахнущий сигаретами и чужими духами.
Я молчала. Списывала на работу. На усталость. На жизнь.
Я была дурой.
Тот день в супермаркете врезался в память, как осколок стекла.
Я выбирала продукты. Составляла в уме список — макароны, курица, овощи. Игорь должен был вернуться из командировки через два дня.
Я повернула за угол. Замерла.
У витрины с дорогим вином стоял он. Игорь. В той самой куртке, которую я ему подарила на день рождения.
Рядом — девушка. Молодая. Светлые волосы, узкие джинсы, смех, от которого у меня свело живот.
Она поцеловала его в щёку. Положила в корзину бутылку шампанского.
Игорь обнял её за талию. Притянул к себе. Что-то прошептал на ухо.
Она засмеялась. Запрокинула голову.
Я стояла за высокой витриной. Не дышала. Боялась пошевелиться.
Это не он. Не может быть он.
Они пошли к кассе. Расплатились. Игорь взял пакеты. Они вышли на парковку.
Я достала телефон. Пальцы дрожали так, что едва попала по кнопкам.
— Алло? — голос Игоря был весёлым. — Катюх, привет!
— Как добрался? — Я с трудом выдавила слова.
— Да нормально. Дел куча, меня тут нагрузили по полной. Потом перезвоню, ладно?
— Хорошо.
Я опустила телефон. Стояла посреди супермаркета. Люди обходили меня стороной.
Он врёт. Он меня обманывает.
Я доделала покупки. Приехала домой. Приготовила ужин. Помогла мальчикам с уроками. Уложила их спать.
А потом села на кухне. Уставилась на телефон.
Позвони. Позвони, как обещал.
Он не позвонил. Ни в тот день, ни на следующий.
Неделя прошла в тишине.
Я отправила детей к маме. Сказала, что нужно разобрать шкафы. Мальчики радостно умчали — у бабушки всегда были конфеты и мультики.
Игорь вернулся вечером. Открыл дверь своим ключом. Прошёл в спальню.
— Эй, где мои мужики? Почему папочку никто не встречает? — крикнул он из коридора.
Я сидела на кухне. Руки лежали на столе. Пальцы сцеплены.
— Кто она, Игорь?
Тишина. Потом шаги. Он появился в дверях. Лицо растерянное.
— Кто?
— Та девушка. Из супермаркета.
Он замер. Я видела, как что-то промелькнуло в его глазах. Страх? Вина?
— Катюх, о чём ты?
— Я видела вас. Неделю назад. Ты был в командировке, помнишь?
Игорь сел напротив. Провёл рукой по лицу.
— Ольга. Коллега.
— Как давно?
— Почти год.
Я вздрогнула. Год. Целый год.
— Ты должна понять, — начал он торопливо. — Дома всегда шум. Дети орут, болеют, требуют внимания. Ты только о них думаешь. А я… Я один. Мне не хватает тебя. Мне скучно.
— Скучно? — Я почувствовала, как к горлу подступает ком. — Тебе скучно?
— Да! Жизнь с вами серая. Однообразная. Я устал! Мне нужно было развеяться. Ольга меня понимает. Она не требует ничего. Просто любит.
— А я что требовала? Помыть посуду? Прибить полку? Это слишком много?
Игорь встал. Прошёлся по кухне.
— Ты стала другой. Превратилась в наседку. Только дети, дети, дети. А я? Мне тридцать восемь! Я в расцвете сил. Мне нужна жизнь, а не это… — Он махнул рукой. — Не этот быт.
— А дети? Ты о них подумал?
— Подумал. Разведёмся. Буду платить алименты. Встречаться по выходным. Не мы первые, не мы последние.
— Для них это будет катастрофой.
— Катюха, я больше не люблю тебя. — Он остановился. Посмотрел мне в глаза. — Я хочу с Ольгой. Хочу дышать. Хочу свободы.
Он ушёл в спальню. Собрал вещи в ту самую спортивную сумку. Вышел из квартиры.
Дверь захлопнулась.
Я сидела на кухне. Смотрела в окно. За стеклом падал снег.
Всё. Конец.
— Катенька, ну давай не будем вспоминать, — голос Игоря вернул меня в настоящее. — Я же сказал — я ошибся. Хочу вернуться.
Я посмотрела на него. На сумку у его ног. На потёртую куртку. На это жалкое подобие улыбки.
Ты думаешь, что можно просто вернуться?
— Тебе было скучно, — проговорила я медленно. — Серо и однообразно.
— Я был дураком! — Игорь шагнул вперёд. Я не отступила. — Прости меня. Ты и мальчики — вы моя семья. Мой дом. Я это понял.
— Когда? Когда Ольга тебя бросила?
Он дёрнулся. Отвёл взгляд.
— Это не важно. Важно, что я здесь. Что я хочу быть с вами.
— А мы не хотим.
— Мам, кто там? — В коридор выглянул Максим.
Я обернулась. Мой старший сын стоял в дверях кухни. Высокий, худой, с моими глазами.
За ним появился Денис. Младший. Более плотный, с вихром на макушке.
— Папа? — Максим нахмурился.
Игорь оживился. Лицо расплылось в улыбке.
— Ребята! Сыновья! Я вернулся! Давайте проведём Рождество вместе! Я подарки привёз!
Максим молчал. Денис переступил с ноги на ногу.
Они не бегут к нему. Не радуются.
Игорь шагнул через порог. Я не успела его остановить.
Тяжёлая рука легла ему на плечо.
— Рождество — семейный праздник, верно? — Голос был спокойным. Низким. — Может, в другой раз?
Я обернулась. Александр стоял за Игорем. Высокий, широкоплечий, в тёмной рубашке.
Мальчики сразу бросились к нему. Максим обнял за талию. Денис повис на руке.
— Дядь Саш, там стол накрывать надо! — затараторил Денис.
Александр посмотрел на меня. Бровь приподнялась.
— Мне остаться?
Я покачала головой. Улыбнулась.
Он кивнул. Увёл мальчиков в зал. Их голоса растворились в коридоре.
Игорь стоял на пороге. Лицо побелело.
— Так вот оно что, — выдохнул он. — Вот на кого ты меня променяла.
— Я никого не меняла. Я выбрала его, когда была свободна.
Я подняла левую руку. Покрутила пальцами перед его лицом. На безымянном блестело кольцо.
— Ты… замужем?
— Да.
Игорь отшатнулся. Лицо исказилось.
— Ты же хотела, чтобы я вернулся! Умоляла меня! Плакала!
— Полтора года назад. Тогда я хотела.
— И что, нашла себе амбала? Думаешь, он тебя любит?
— Он меня не бросал. Не врал. Не изменял.
— Предательница, — прошипел Игорь. — Ты предала нашу семью!
Я вздохнула. Пальцы сжали дверную ручку.
— Нашу семью предал ты. Полтора года назад. А сейчас у меня другая жизнь. И в ней нет места для тебя.
Я шагнула назад. Потянула дверь на себя.
— С Рождеством, Игорь.
Дверь захлопнулась. Замок щёлкнул.
Я прислонилась лбом к холодному дереву. Вдохнула глубоко.
Всё. Теперь точно всё.
Из зала донёсся смех. Максим что-то кричал Денису. Александр тихо отвечал.
Я выпрямилась. Накрутила прядь волос на палец. Отпустила.
Пошла на кухню.
На плите остывал чайник. На столе лежали тарелки, которые мы с мальчиками расписывали вчера. Из духовки пахло ванилью и корицей.
Александр стоял у окна. Смотрел на улицу.
— Ушёл?
— Да.
Он обернулся. Подошёл. Обнял за плечи.
— Ты справилась.
Я прижалась к его груди. Закрыла глаза.
— Я справилась.
Максим и Денис ворвались на кухню. Денис тащил гирлянду. Максим нёс коробку с ёлочными игрушками.
— Мам, где повесим? — Денис крутил гирлянду в руках.
— Давайте в зале. Над столом.
Мальчики умчались. Александр поцеловал меня в макушку.
— Пойду помогу им. А то разнесут всё.
Я кивнула. Осталась одна на кухне.
Села за стол. Налила себе чай. Обхватила чашку ладонями.
Тепло разливалось по пальцам.
Он ушёл. И больше не вернётся.
Из зала донёсся грохот. Максим что-то уронил. Денис захохотал. Александр спокойно сказал:
— Осторожнее, ребята.
Я улыбнулась.
Теперь это моя семья. Моя настоящая семья.
За окном падал снег. Фонари горели жёлтым светом. Где-то вдалеке пели колядки.
Рождество.
Я допила чай. Встала. Пошла к своим мужчинам.
Дверь в зал была открыта. Свет, тепло, смех.
Я переступила порог.
Здесь моё место. Здесь мой дом.
А вы бы открыли дверь бывшему мужу, если бы он вернулся через полтора года?
Поделитесь в комментариях, интересно узнать ваше мнение!
Поставьте лайк, если было интересно.