Глава 2. Прошла неделя с тех пор, как Алина приехала к матери. Семь дней, которые прошли одновременно быстро и медленно. Быстро – потому что каждый день был заполнен мелкими делами: помочь маме на кухне, устроить детей, разобрать вещи. Медленно – потому что страх никуда не делся. Он сидел внутри тихой тревожным котёнком, и то сворачивался в клубок и дрожал, то выпускал когти, но не отпускал.
Телефон Алина так и не включила. Не смогла. Он лежал в ящике комода, под бельём. Выключенный. Она боялась его включать. Боялась увидеть цифру пропущенных звонков. Боялась прочитать сообщения.
Мама не спрашивала про телефон. Только один раз сказала:
– Надо включить. Хотя бы чтобы знать, что он пишет.
Алина покачала головой:
– Не могу, мам. Не сейчас.
Мама кивнула. Не настаивала.
Дети адаптировались быстрее. Лиза впервые за долгое время улыбнулась – на третий день, когда мама напекла пирожков с капустой. Артём перестал вздрагивать от громких звуков. Когда мама уронила кастрюлю на кухне, мальчик даже не обернулся. Просто продолжал играть с машинкой на полу.
Алина видела это. И каждый раз, когда дети улыбались, когда смеялись, когда просто сидели спокойно, не боясь, – ей становилось легче дышать.
Мама пекла пирожки каждое утро. Она это очень любила. Всегда. Алина помнила это с детства. Дом пах корицей, дрожжевым тестом, яблоками, как и сейчас. Запах тёплого, доброго детства. Запах дома. Лиза помогала бабушке раскатывать тесто, пыхтя от усердия. Маленькими ладошками лепила неровные пирожки. Бабушка хвалила:
– Молодец, внученька. Очень красивые получаются.
Лиза сияла от гордости.
Артём сидел на полу рядом, играл с кубиками. Строил башню. Она падала. Он строил снова. Не плакал, когда падала. Просто начинал заново.
Алина смотрела на детей. Думала: «Здесь им хорошо. Здесь безопасно».
Но работу надо было искать. Деньги были нужны. Алина знала – мама не выгонит. Никогда. Но жить на её шее она не могла. Не хотела.
На пятый день мама сказала:
– Слушай Алин, а позвони Марине. Помнишь Марину Соколову? Вы в школе вместе учились. Вроде всегда дружили.
Алина конечно помнила. Марина. Рыжая, весёлая, всегда смеялась на переменах. Они дружили. Потом Алина уехала в другой город. Учиться. Потом познакомилась с Валерием. Потом… жизнь пошла не туда.
– Она работает в типографии, – продолжала мама. – Может у них места есть, спроси, дай Бог возьмут тебя. У тебя же образование. Типография расширилась, дела там хорошо идут вроде. Так что позвони.
Алина кивнула. Образование. Техникум полиграфический. Оператор печатного дела. Она закончила десять лет назад. Работала два года. Потом встретила Валерия. Он сказал: «Зачем тебе работать? Я обеспечу». Она бросила.
Теперь вот.
– Дай номер, – попросила Алина.
Мама продиктовала. Алина записала на бумажке. Посмотрела на номер. Страшно было звонить. Прошло столько лет. Вспомнит ли Марина её?
Но она набрала номер. С телефона матери – свой так и не включила.
Гудки. Один. Второй. Третий.
– Алло? – голос в трубке. Знакомый. Чуть хрипловатый.
– Марина?
– Да. А кто это?
– Это Алина. Алина Воробьёва. Мы в школе вместе…
– Лина?! – в голосе Марины зазвучала радость. – Ты?! Господи, сто лет тебя не видела! Как ты? Где ты?
– Я… я в Дубках. У мамы.
– Приехала?! Ты погостить или насовсем?
– Кажется насовсем.
– Ой, как здорово! Приезжай ко мне! Нет, давай я к тебе! Или… – Марина запнулась. – Ты занята?
– Нет. Свободна. Пока даже не работаю, но как раз в поиске.
– Ой, Лина, тогда завтра приезжай к нам в типографию. И поговорим. Может и работу найдём тебе. Нам как раз оператор нужен. Наша Светка в декрет ушла. Твоя мама говорила ты как раз по специальности училась.
Алина сжала трубку. Сердце забилось сильнее.
– Правда?
– Конечно! Приезжай завтра к десяти. Адрес помнишь? Промзона, здание три.
– Помню.
– Жду тебя! Обнимаю!
Марина повесила трубку. Алина держала телефон в руке. Смотрела на него. Не верила.
Работа. Может быть, будет работа.
Мама вошла на кухню. Посмотрела на дочь.
– Ну что?
– Завтра к десяти. Говорит, оператор нужен.
Мама улыбнулась. Обняла Алину.
– Молодец, доченька. Всё получится.
Алина прижалась к ней. Хотелось верить.
***
Наутро Алина встала рано. Оделась. Выбрала джинсы, свитер. Посмотрела на себя в зеркало. Бледная. Круги под глазами. Волосы убрала в хвост. Подкрасила губы помадой. Чуть лучше.
Дети ещё спали. Мама на кухне готовила завтрак. Алина выпила кофе, съела бутерброд. Она нервничала – еда не лезла, но заставила себя.
– Не волнуйся, – сказала мама. – Марина хороший человек. Всё будет нормально.
Алина кивнула. Взяла сумку. Документы внутри – паспорт, диплом техникума. Всё, что нужно.
Она вышла из дома в половине десятого. Промзона в двадцати минутах ходьбы. Шла быстро. Март заканчивался. На улице теплее, солнце светило ярче. Снег растаял совсем. Только грязь на дорогах осталась.
Типография была в старом кирпичном здании. Три этажа, окна большие. Алина вошла внутрь. Коридор, двери с табличками. «Бухгалтерия». «Дизайнерский отдел». «Цех».
Она нашла дверь с табличкой «Приёмная». Постучала. Вошла.
За столом сидела женщина лет пятидесяти. Посмотрела на Алину поверх очков.
– Здравствуйте. Я к Марине Соколовой. Мы договаривались.
– Лина? – из-за двери вышла Марина.
Она почти не изменилась. Те же рыжие волосы, теперь короткие. Те же зелёные глаза. Чуть полнее стала, но лицо прежнее. Улыбка та же – широкая, искренняя.
– Линка! – Марина подошла, обняла крепко. – Господи, как давно!
Алина обняла её в ответ. Ком подступил к горлу.
– Привет, Мариш.
– Проходи, проходи! – Марина потащила её за руку в кабинет.
Маленькая комната. Стол, два стула, компьютер, стеллаж с папками. Марина усадила Алину на стул. Села напротив.
– Ну рассказывай! Как ты? Что у тебя?
Алина молчала. Не знала, с чего начать.
– Я… вернулась. К маме. С детьми.
– Детьми?! – Марина просияла. – У тебя дети?! Сколько?
– Двое. Лиза шесть лет, Артёму четыре.
– Ой, как здорово! А муж?
Алина опустила глаза.
– Развожусь.
Марина притихла. Посмотрела внимательнее.
– Понятно, – сказала она мягко. – Извини, если не туда полезла.
– Нет, всё нормально.
Марина помолчала. Потом:
– Ладно. Про работу. У нас оператор нужен. Светка Иванова в декрет ушла. Ты же оператор?
– Да. Закончила полиграфический техникум. Но не работала давно. Восемь лет.
– Восемь лет – не страшно. Руки помнят. Голову можно освежить. Покажу оборудование, всё вспомнишь. Пойдём к директору?
Алина кивнула. Встала.
Они прошли по коридору. Марина вела её уверенно. Остановилась у двери с табличкой «Директор». Постучала. Вошла.
За столом сидел мужчина лет шестидесяти. Седые волосы, очки. Лицо усталое, но добродушное.
– Виктор Петрович, это Алина Воробьёва. Я говорила – моя подруга. Оператор.
Директор посмотрел на Алину. Кивнул.
– Садитесь.
Алина села. Протянула документы. Директор взял диплом. Посмотрел.
– Полиграфический техникум. Хорошо. Когда закончили?
– Десять лет назад.
– Работали по специальности?
– Два года. Потом… перерыв.
– Восемь лет перерыв получается. Большой срок. Оборудование поменялось. Всё цифровое теперь. Справитесь?
Алина выдохнула.
– Справлюсь. Научусь.
Директор посмотрел на неё долго. Потом кивнул.
– Хорошо. Марина, покажешь ей цех. Если справится – берём. Выход через неделю. Зарплата тридцать восемь тысяч. Устроит?
– Да, – выдохнула Алина. – Спасибо.
Директор кивнул. Вернулся к бумагам.
Марина вывела Алину из кабинета. В коридоре обняла.
– Поздравляю! Ты принята!
Алина стояла. Не верила. Работа. У неё есть работа.
Марина повела её в цех. Большое помещение. Станки, компьютеры, запах краски. Несколько человек работали – кто-то за компьютером, кто-то у станка.
– Вот здесь Светка работала, – показала Марина. – Это офсетная машина. Знаешь?
– Да. Знаю.
– Ну вот. Через неделю выйдешь. Я тебя введу в курс дела. Всё объясню.
Алина смотрела на станок. Руки чесались попробовать. Она помнила. Помнила, как работать. Как настраивать. Как проверять оттиск.
– Спасибо, Мариш, – сказала она тихо.
Марина обняла её.
– Да не за что. Я рада, что ты вернулась.
Они вернулись в кабинет Марины. Сели. Марина достала термос с кофе. Налила две кружки.
– Пей. Рассказывай. Что у тебя было? Почему пропала на восемь лет?
Алина держала кружку в руках. Тёплая. Она смотрела в кофе. Молчала.
Потом начала рассказывать. Медленно. Не всё. Только главное. Что встретила мужчину. Вышла замуж. Родила детей. Что он бил её. Что она терпела. Что неделю назад сбежала ночью. С детьми. К матери.
Марина слушала. Лицо каменное. Когда Алина замолчала, Марина сжала её руку.
– Ты молодец, – сказала она твёрдо. – Что сбежала. Многие не могут.
Алина кивнула. Слёзы подступили. Она сдержала их.
– Теперь ты здесь, – продолжала Марина. – У тебя работа. У тебя мама рядом. Дети в безопасности. Всё наладится.
– Мариш, а если он найдёт?
– Найдёт – в полицию обратишься. У тебя же заявления есть? Документы?
– Есть.
– Ну вот. Значит, защищена. Он прав не имеет к тебе приближаться. Если что – звони в полицию сразу.
Алина выдохнула. Марина права. Документы есть. Она не беззащитна.
Они просидели ещё час. Говорили о разном. Марина рассказала про свою жизнь. Муж, сын восьми лет, работа. Обычная жизнь. Спокойная. Алина слушала. Завидовала немного. Но не зло. Просто хотелось так же. Спокойно. Без страха.
Потом Алина ушла. Марина проводила до выхода.
– Через неделю жду. Выходи в понедельник к восьми утра.
– Конечно. Обязательно приду. Спасибо, Мариш.
– Да не за что. Давай, иди. Деток своих обними.
Алина вышла из типографии. Шла по улице. Солнце светило. Тепло было. Алина шла и улыбалась. Первый раз за неделю. Улыбалась по-настоящему.
Работа. У неё есть работа. Через неделю выйдет. Будет зарабатывать. Сможет снять квартиру. Устроить детей в садик, в школу. Начнёт новую жизнь.
Мысль грела изнутри. Алина ускорила шаг. Хотелось скорее прибежать домой. Рассказать маме. Обнять детей.
***
Алина шла по центральной улице Дубков. Мимо магазинов, кафе, аптеки. Всё знакомое. Вот здесь раньше был книжный. Теперь магазин одежды. Вот тут кафе новое открылось. Раньше помещение пустовало.
Она думала о работе. О том, что через неделю начнёт. Волновалась. Справится ли? Восемь лет не работала. Оборудование новое. Вдруг не получится?
Хотя нет. Получится. Обязательно получится. Марина сказала – научит. Поможет. Всё будет хорошо. Нельзя допускать и мысли сомнения.
Алина почти дошла до поворота на улицу матери. Ещё квартал. Она замедлила шаг. Хотелось продлить момент. Этот момент надежды. Лёгкости.
– Алина?
Голос за спиной. Знакомый. Мужской. Низкий.
Алина обернулась.
На тротуаре стоял мужчина. Высокий. Широкие плечи. Тёмные волосы, немного волнистые. Глаза карие. Лицо… знакомое. Очень знакомое.
Алина смотрела на него. Не понимала сразу. Потом память подбросила имя.
Тимур.
Тимур Васильев. Одноклассник. Они учились вместе одиннадцать лет. Сидели за соседними партами в старших классах. Он был влюблён в неё. Не скрывал. Дарил цветы на восьмое марта. Провожал до дома. Она знала. Но тогда ей нравился другой мальчик. Она отказала Тимуру.
Потом выпускной. Потом они разъехались. Она – в техникум. Он – в институт, в другой город. Встречались пару раз на каникулах. Потом потеряли связь.
А теперь он стоял здесь. На улице Дубков. Смотрел на неё. Улыбался.
– Тимур? – выдохнула Алина.
– Привет, – он шагнул ближе. – Ты? Не верю глазам. Сколько лет!
– Сколько лет, – повторила она.
Они стояли. Смотрели друг на друга. Тимур будто постарел. Но красивым остался. Даже красивее стал. Взрослее. Мужественнее. Плечи расправлены ровно. На левом запястье часы. Дорогие, судя по виду.
– Ты здесь живёшь? – спросил он.
– Я… вернулась. Недавно.
– На долго?
– Навсегда.
Тимур улыбнулся шире.
– Как здорово! Я тоже здесь. Три года уже. После института вернулся.
– Правда?
– Да. Работаю в IT-компании. Удалённо. Решил, что в большом городе делать нечего. Здесь тихо. Спокойно. И мама рядом. Одна она.
Алина кивнула. Вспомнила – мать Тимура овдовела, когда ему пятнадцать было. Растила сына одна.
– Как мама?
– Хорошо. Здоровая. Работает ещё. В библиотеке.
– Рада за неё.
Тимур посмотрел на Алину внимательнее. Что-то искал в её лице. Потом:
– Ты замужем?
Вопрос прямой. Алина замялась.
– Я… развожусь.
– Понятно, – Тимур кивнул. Не стал расспрашивать дальше. – Дети наверное есть?
– Двое. Дочка и сын.
– Как здорово, – он улыбнулся искренне. – Они с тобой?
– Да. У мамы живём.
Они помолчали. Алина не знала, что говорить. Тимур тоже молчал. Потом:
– Слушай, давай встретимся как-нибудь. Попьём кофе. Поговорим. Столько лет прошло. Наверняка есть что рассказать.
Алина посмотрела на него. Тимур смотрел открыто. Без намёков. Просто предложение – встретиться, поговорить.
– Я… не знаю.
– Ну давай. Как старые друзья. Я правда рад, что ты вернулась. Хочу узнать, как у тебя дела. Вспомним былое.
Старые друзья. Безопасно. Алина кивнула.
– Хорошо.
– Отлично! Может, в субботу? В кафе «Уют». Помнишь, на площади?
– Помню.
– В два часа?
– Хорошо.
Тимур достал телефон.
– Давай номер. Если что – напишу.
Алина замялась.
– У меня… телефон сломался. Новый куплю на этой неделе. Давай я тебе сама позвоню?
– Конечно, – Тимур продиктовал номер. Алина записала в блокнот, который всегда носила в сумке.
– Хорошо. Позвоню в пятницу. Подтвержу.
– Жду, – Тимур улыбнулся. – Рад был увидеть, Алинка.
Она вздрогнула. Никто не называл её «Алинка» восемь лет. Только Тимур в школе.
– Я тоже рада.
Он помахал рукой. Пошёл дальше. Алина смотрела ему вслед. Потом развернулась. Пошла домой.
Сердце билось быстро. Не от страха. От чего-то другого. Забытого. Лёгкого.
Тимур. Он здесь. В Дубках. Три года живёт. Она и не знала.
Мысли путались. Встреча в субботу. Кофе. Разговор. Как старые друзья, сказал он.
Но Алина помнила. Помнила, как он смотрел на неё в школе. Помнила цветы на восьмое марта. Помнила, как провожал до дома. Помнила его признание перед выпускным. Она отказала. Мягко. Но отказала.
Прошло столько лет. Он, наверное, забыл. Женился. Или есть девушка. Наверняка.
А она – разводится. С двумя детьми. С прошлым, которое тянет вниз.
Алина остановилась. Стояла посреди улицы. Думала: «Может, не стоит? Может, отменить?»
Но он же сказал – как старые друзья. Ничего плохого. Просто кофе. Разговор.
Алина вдохнула. Выдохнула. Пошла дальше.
***
Дома мама ждала на кухне. Пирожки остывали на столе. Дети играли в комнате. Алина вошла. Мама обернулась.
– Ну что?
– Взяли, – Алина улыбнулась. – Через неделю выхожу.
Мама всплеснула руками. Обняла дочь.
– Молодец, доченька! Я знала! Знала, что получится!
Алина прижалась к ней. Тепло разлилось внутри.
– Мариша помогла очень. Показала всё. Объяснила. Она совсем не изменилась. Такая же живая, добрая.
Лиза вбежала на кухню.
– Мама! Ты пришла!
Алина подхватила дочь на руки. Обняла.
– Пришла, солнышко. Пришла.
– А где ты была?
– На работу ходила. Устраивалась.
– Ты теперь будешь работать? – Лиза посмотрела серьёзно.
– Да. Буду.
– А мы с Артёмкой?
– Вы с бабушкой. Или в садик пойдёте. Хотите в садик?
Лиза задумалась.
– А там другие дети будут?
– Будут. Много детей.
– Тогда хочу.
Алина поцеловала её в макушку. Опустила на пол. Лиза убежала обратно в комнату.
Мама налила чай. Они сели за стол.
– Что ещё случилось? – спросила мама. – Ты какая-то… странная.
Алина посмотрела на неё.
– Встретила Тимура Васильева. Помнишь?
– Тимура? – мама удивилась. – Который в тебя был влюблён в школе?
– Да. Его самого.
– И что? Рассказывай
– Да ничего особенного мам. Поговорили. Он здесь живёт. Три года уже оказывается. Предложил встретиться. Попить кофе. Поговорить.
Мама посмотрела на дочь внимательно.
– И ты согласилась?
– Да. В субботу. Как старые друзья.
– Как старые друзья, – повторила мама. Усмехнулась. – Доченька, он не просто так зовёт. Ты же понимаешь?
– Мам, я развожусь. С двумя детьми. Какие ещё отношения могут быть в моей ситуации?
– А он знает, что ты с детьми?
– Знает. Я сказала.
– И всё равно зовёт. Значит, не волнует.
Алина молчала. Пила чай. Мама права. Тимур знал про детей. И всё равно предложил встретиться.
Но она не готова. Ни к чему не готова. Она только неделю назад сбежала от мужа. Только начинает жить заново. Какие отношения?
– Мам, я просто схожу. Попьём кофе. Поговорим о прошлом. Всё.
– Хорошо, доченька. Как скажешь.
Мама не спорила. Но Алина видела – она не верит. Думает, что будет больше, чем просто кофе.
Но не будет. Не может быть. Просто не готова.
***
Неделя пролетела быстро. Алина готовилась к выходу на работу. Перечитывала учебники по печати, которые мама достала с чердака – старые конечно, но основы те же. Вспоминала. Руки помнили.
Дети привыкли к новому дому. Лиза подружилась с соседской девочкой. Играли во дворе. Артём строил башни, дома из кубиков, селил туда жителей. Сказал, что это наша деревня. А те маленькие динозаврики, которые поселились в домике это мы. А курочка это бабушка, она очень добрая и печёт вкусные пирожки. Одним словом детям тут нравится.
Телефон Алина так и не включила. Мама не настаивала. Только один раз сказала:
– Может, пора?
Алина покачала головой.
– Боюсь, мам.
– Чего?
– Увидеть, что он пишет. Услышать его голос. Я… я могу не выдержать.
Мама обняла её.
– Ты сильная, доченька. Сильнее, чем думаешь.
Но Алина не чувствовала себя сильной. Чувствовала себя уставшей. Напуганной. И очень хрупкой.
В пятницу вечером она позвонила Тимуру. С телефона матери.
– Привет, это Алина.
– Алинка! Привет! Как дела?
– Хорошо. Завтра встречаемся?
– Конечно! В два часа. В «Уюте».
– Хорошо. Буду.
– Жду. До завтра.
Алина повесила трубку. Сердце билось быстро. Она волновалась. Зачем она согласилась? Какой смысл?
Но было поздно отменять.
***
Суббота. Алина оделась. Выбрала джинсы, блузку. Распустила волосы. Подкрасилась. Посмотрела на себя в зеркало. Ничего. Нормально выглядит.
Мама сидела с детьми. Лиза спросила:
– Мама, ты куда?
– Встречусь с другом. Скоро вернусь.
– С каким другом?
– Со старым. Мы вместе в школе учились.
– А можно мне с тобой?
– Не сегодня, солнышко. Ты с бабушкой, присмотри за братиком пожалуйста. Поиграйте пока меня не будет. Я не на долго.
Лиза надулась. Но не спорила.
Алина вышла из дома в половине второго. Кафе «Уют» было в десяти минутах ходьбы. На центральной площади. Алина помнила его. Раньше оно называлось по-другому. Теперь «Уют». Но здание то же.
Она вошла внутрь. Небольшой зал. Столики у окна. Тимур сидел за столиком в углу. Увидел её. Встал. Помахал рукой.
Алина подошла. Тимур улыбнулся.
– Привет. Рад, что пришла.
– Привет.
Она села напротив. Тимур сел тоже. На столе уже стояли две чашки кофе. И тарелка с печеньем.
– Заказал, пока ждал. Надеюсь, ты любишь капучино?
– Люблю. Спасибо.
Она взяла чашку. Выпила глоток. Горячий, сладкий. Вкусный.
Тимур смотрел на неё. Улыбался.
– Ты почти не изменилась. Такая же красивая.
Алина почувствовала, как краснеют щёки.
– Тимур, я…
– Извини, – он поднял руку. – Не хотел смутить. Просто правда.
Она опустила глаза. Не знала, что ответить.
Они помолчали. Потом Тимур начал рассказывать. Про институт. Про работу. Про то, как вернулся в Дубки три года назад. Купил квартиру в центре. Работает удалённо в IT-компании. Хорошо зарабатывает. Путешествует иногда.
Алина слушала. Его жизнь казалась такой… лёгкой. Свободной. Без боли.
Потом он спросил:
– А ты? Расскажи о себе. Чем занималась все эти годы?
Алина сжала чашку. Не знала, что говорить. Сказать правду? Или соврать?
Она выбрала середину.
– Училась в техникуме. Работала два года. Потом вышла замуж. Родила детей. Сейчас вот развожусь.
– Понятно, – Тимур кивнул. – Тяжело, наверное?
– Да. Тяжело.
– А дети как?
– Нормально. Привыкают к новому дому. Скоро в садик пойдут.
– Сколько им?
– Лизе шесть, Артёму четыре.
Тимур улыбнулся.
– Хорошие возрасты. Интересные. У моего друга сын пять лет. Вечно что-то спрашивает. «Почему небо синее? Откуда берётся дождь?»
Алина улыбнулась тоже. Впервые за эту встречу.
– Лиза такая же. Вопросов миллион.
Они начали говорить про детей. Про школу. Вспоминали одноклассников. Учителей. Смеялись над старыми историями. Алина расслабилась. Говорила легко. Тимур слушал. Смеялся. Рассказывал свои истории.
Время пролетело незаметно. Алина посмотрела на часы – уже четыре.
– Тимур мне пора, – сказала она. – Дети ждут.
– Понимаю, – Тимур кивнул. – Спасибо, что пришла. Мне было очень приятно.
– Мне тоже. Рада была встрече.
Они встали. Тимур протянул руку. Алина пожала её. Его ладонь тёплая, сильная.
– Может, встретимся ещё? – спросил он. – Погуляем. Или в кино сходим. Если хочешь, конечно.
Алина замялась. Хотела ли она?
– Не знаю. Мне… мне сейчас не легко. Я на работу выхожу. Детей устраиваю. Времени мало.
– Понимаю, – Тимур не настаивал. – Просто скажи, если захочешь. Я буду рад.
Она кивнула.
– Хорошо. Спасибо.
Они вышли из кафе. На улице было солнечно. Тепло. Тимур посмотрел на неё.
– Тебя проводить?
– Нет, спасибо. Я сама дойду.
– Хорошо. Береги себя, Алинка.
Снова «Алинка». Сердце дрогнуло.
– И ты тоже.
Тимур помахал рукой. Пошёл в одну сторону. Алина в другую.
Она шла домой. Думала о встрече. Было… хорошо. Легко. Тимур не давил. Не расспрашивал про развод. Не лез туда, куда не надо. Просто говорил. Слушал. Был рядом.
И это было приятно.
Но Алина напрягалась всё равно. Когда он случайно коснулся её руки, подавая салфетку, она вздрогнула. Отдёрнула руку. Он заметил. Больше не касался.
Когда они говорили о школе, об одноклассниках, о смешных историях – она была открыта. Улыбалась. Смеялась.
Но когда разговор заходил о настоящем, о её жизни сейчас – она закрывалась снова. Отвечала коротко. Уходила от темы.
Тимур чувствовал это. Алина видела. Но не говорил ничего. Просто принимал. Не давил.
Она пришла домой. Мама встретила на кухне.
– Ну как?
– Нормально. Поговорили.
– И всё?
– Да. Всё мама. Ну а что ещё могло быть. Не до того сейчас совсем. Я не готова.
Мама посмотрела на неё. Не поверила, что просто «всё». Но не стала расспрашивать.
Дети играли в комнате. Алина присоединилась к ним. Строила новые домики из кубиков с Артёмом. Читала книжку Лизе. Обычный вечер. Спокойный.
Но мысли возвращались к Тимуру. К его улыбке. К его взгляду. К тому, как он назвал её «Алинка». Из его уст это звучало.. по особенному, приятно.
И к тому, что она почувствовала, когда он коснулся её руки. Страх. И что-то ещё. Забытое. Далёкое.
***
В понедельник Алина вышла на работу. Приехала к восьми утра. Марина ждала у входа.
– Привет! Готова?
– Готова.
Марина провела её в цех. Показала рабочее место. Объяснила, что делать. Первый день – обучение. Алина слушала внимательно. Записывала. Основы помнила. Всё получалось.
В обед они поднялись в комнату отдыха. Маленькая кухонька. Стол, стулья, микроволновка. Марина достала контейнер с едой. Алина тоже.
Они ели. Марина рассказывала про коллег. Кто есть кто. Кого слушать, кого нет. Алина запоминала.
Потом Марина спросила:
– Как дела у тебя в общем? Устроилась? Обжилась?
– Да. Детям с мамой хорошо. Всё нормально.
– А муж? Звонил?
– Не знаю. Телефон не включала.
Марина посмотрела на неё.
– Алин, может, пора? Ну хотя бы посмотреть, что он пишет?
– Боюсь, Марин.
– Чего?
– Что не выдержу. Что вернусь. Он умеет уговаривать. Или угрожать. Детьми.
Марина взяла её за руку.
– Не вернёшься. Ты сильная. Ты справишься. У тебя есть поддержка. Ты не одна.
Алина не ответила. Просто сжала её руку в ответ.
Они доели. Вернулись в цех. Работали до шести. Потом Алина пошла домой.
Дорога заняла двадцать минут. Она шла и думала о работе. Получается. Всё вспомнилось. Завтра будет легче. Послезавтра ещё легче.
Дома её ждали дети. Лиза бросилась обнимать.
– Мама! Ты пришла!
– Пришла, доченька.
– А ты теперь каждый день будешь уходить?
– Да. Но вечером всегда буду приходить.
Лиза кивнула. Обняла крепче.
Мама накрыла стол. Ужинали вместе. Алина рассказывала про работу. Мама слушала. Радовалась.
Вечером, когда дети уснули, мама сказала:
– Дочка, надо телефон включить. Пора уже.
Алина посмотрела на неё.
– Зачем?
– Чтобы знать, что он делает. Звонит ли. Угрожает ли. Если угрожает – в полицию пойдём. Заявление напишем. Про преследование.
Алина молчала. Мама права. Надо знать. Надо быть готовой.
– Хорошо, – сказала она тихо. – Завтра включу.
***
Вторая неделя на работе пролетела быстро. Алина вошла в ритм. Справлялась. Марина хвалила. Директор тоже заходил, смотрел. Кивал одобрительно.
В пятницу, после работы, Алина шла домой по центральной улице. Уставшая, но довольная. Работа получалась. Зарплату обещали в конце месяца. Скоро можно будет думать о съёмной квартире.
– Алинка!
Она обернулась. Тимур шёл навстречу. Улыбался.
– Привет. Как дела?
– Привет. Хорошо.
– Работа как?
– Нормально. Справляюсь.
– Рад слышать, – он остановился рядом. – Слушай, может, прогуляемся? Погода хорошая.
Алина посмотрела на небо. Солнце светило. Тепло было. Апрель. Весна.
– Я… дети ждут.
– Полчаса. Просто по парку. Хорошо?
Она колебалась. Но кивнула.
– Хорошо. Полчаса.
Они пошли к парку. Тот самый, где Алина гуляла в детстве. Не большой, но уютный. С тёплыми воспоминаниями. Качели, карусель, дорожки между деревьями.
Шли молча сначала. Потом Тимур спросил:
– Дети как?
– Хорошо. Артём в садик пошёл. Лиза скоро в школу. Готовимся.
– Быстро растут.
– Да. Очень быстро.
Они прошли мимо детской площадки. Дети играли. Смеялись. Алина смотрела на них. Думала о своих.
– А ты? – спросила она. – Как у тебя дела?
– Работа, дом, мама. Обычная жизнь.
– Девушка есть?
Вопрос вылетел сам. Алина пожалела сразу. Но поздно.
Тимур посмотрел на неё. Усмехнулся.
– Нет. Не встретил пока.
– Правда?
– Правда.
Они прошли ещё немного. Тимур вдруг остановился. Посмотрел на неё серьёзно.
– Алинка, я… я хочу сказать. Я рад, что ты вернулась. Очень рад. И я хотел бы… видеться с тобой. Чаще. Если ты не против.
Алина замерла. Сердце забилось быстрее.
– Тимур, я… я не готова. Я развожусь. У меня дети. У меня куча проблем. Я…
– Я знаю, – он перебил мягко. – Я всё понимаю. Я не тороплю. Просто хочу быть рядом. Как друг. Или больше. Если ты захочешь.
Алина смотрела на него. Не знала, что сказать.
– Я не знаю, – призналась она. – Мне страшно, Тимур. Я не могу никому доверять. Я…
– Я подожду, – он сказал спокойно. – Сколько нужно. Я не тороплю. Просто знай – я здесь. Если захочешь поговорить, погулять, просто посидеть рядом – я буду рад.
Алина почувствовала, как слёзы подступили к горлу. Она сдержала их.
– Спасибо, – выдавила она. – Мне… мне приятно. Но я правда не знаю.
– Не надо знать, – Тимур улыбнулся. – Просто живи. Работай. Воспитывай детей. А я буду рядом. Если нужен буду.
Они постояли молча. Потом Алина посмотрела на часы.
– Мне правда пора Тимур.
– Конечно. Пойдём, провожу.
– Не надо. Я сама дойду.
– Хорошо.
Он не настаивал. Просто помахал рукой. Алина пошла домой.
Шла быстро. Сердце билось. Мысли путались. Тимур. Он ждёт. Он готов быть рядом. Без давления. Без требований.
Но она не готова. Не может. Слишком рано. Слишком страшно. Слишком неопределённо всё.
***
Дома Алина включила телефон. Первый раз за две недели.
Экран загорелся. Зарядка низкая. Уведомления начали сыпаться. Пропущенные звонки. Сообщения.
Алина смотрела на экран. Руки дрожали.
Сорок два пропущенных от Валерия. Двадцать три сообщения.
Она открыла сообщения. Читала.
Первые – извинения. «Прости. Я был не прав. Вернись. Мы всё решим». «Алина, ну пожалуйста. Я скучаю. Дети где?»
Потом – угрозы. «Ты пожалеешь. Я найду вас. Ты моя жена. Дети мои. Я заберу их. И ты их больше не увидишь».
Потом – снова мольбы. «Алинка, милая, прости. Я больше не буду. Клянусь. Вернись».
Потом – тишина. Три дня назад последнее сообщение. После – ничего.
Алина опустила телефон. Дышала часто. Мама вошла на кухню.
– Включила?
– Да.
– Что пишет?
– Сначала извинялся. Потом угрожал. Потом снова извинялся. Три дня молчит.
Мама села рядом.
– Значит, успокоился. Или думает, как действовать дальше.
– Мам, а если он приедет?
– Приедет – вызовем полицию. У тебя есть доказательства. Ты не просто сбежала. Ты можешь доказать, что он бил тебя.
Алина кивнула. Но страх будто уже въелся под кожу.
Телефон завибрировал. Звонок. Алина посмотрела на экран. Валерий.
Она замерла. Мама посмотрела на неё.
– Возьми.
– Не могу.
– Возьми. Надо знать, что он скажет.
Алина взяла трубку. Нажала зелёную кнопку. Поднесла к уху.
– Алло.
– Алина? – голос Валерия. Не пьяный. Трезвый. Спокойный. – Наконец-то. Где ты?
– Это не важно.
– Важно. Ты моя жена. Мои дети с тобой. Я хочу знать что с ними, где они. Где вы находитесь?
– Мы не вернёмся, Валерий.
Молчание в трубке. Потом:
– Что значит не вернётесь?
– Мы не вернёмся. Я подам на развод. С ограничением твоих прав на детей.
– Ты что, с ума сошла?! – голос повысился. – Какое ограничение? Я их отец!
– Ты поднимал на них руку. На меня тоже. У меня есть документы. Заявления в полицию. Справки из травмпункта. Суд на моей стороне.
– Алина, ты…
– Не звони больше. Не пиши. Не ищи нас. Если попытаешься приехать – я обращусь в полицию. С заявлением о преследовании.
– Ты не можешь…
– Могу. До свидания, Валерий.
Алина повесила трубку. Руки тряслись. Сердце билось так сильно, что в ушах звенело.
Мама обняла её.
– Молодец, доченька. Ты справилась.
Алина прижалась к ней. Плакала. Но это были слёзы облегчения. Она сказала. Сказала ему всё. Не сдалась. Не вернулась.
Телефон завибрировал снова. Алина посмотрела. Сообщение от Валерия. «Я приеду. Мы поговорим».
Алина показала маме. Мама сжала губы.
– Завтра идём в полицию. Пишем заявление.
***
Следующим утром Алина и мать пришли в отделение полиции. Алина принесла документы – копии заявлений о побоях, справки из травмпункта. Показала сообщения с угрозами.
Полицейский – женщина лет сорока – внимательно выслушала. Посмотрела документы.
– Хорошо, что сохранили всё, – сказала она. – Подавайте заявление о возможном преследовании. Мы зафиксируем. Если он приедет, позвоните сразу. Приедем.
– А развод? – спросила Алина.
– С документами подавайте в суд. На ограничение родительских прав тоже. У вас есть основания.
Алина написала заявление. Подписала. Полицейский зарегистрировала.
– Теперь вы официально под защитой, – сказала она. – Если что – звоните сразу. Не бойтесь.
Алина вышла из отделения. Дышать стало легче. Официально. Зафиксировано. Теперь Валерий не сможет просто так приехать. Не сможет угрожать.
Мама обняла её.
– Теперь спокойнее?
– Да. Намного.
Они пошли домой. Алина чувствовала – груз с плеч спал. Не весь. Но часть точно. Большая часть.
***
Прошла ещё неделя. Апрель перешёл в середину месяца. Алина работала. Справлялась хорошо. Марина была рядом. Зарплату выдали – тридцать восемь тысяч. Алина отдала половину маме. Мама отказывалась сначала. Но Алина настояла.
– Мам, ты нас кормишь. Обогреваешь. Это справедливо.
Мама взяла. Поцеловала дочь в лоб.
Дети адаптировались полностью. Артём ходил в садик. Лиза готовилась к школе. Бабушка учила её читать. Девочка схватывала быстро.
Тимур звонил пару раз. Приглашал погулять. Алина отказывалась сначала. Но потом согласилась. Один раз сходили в кино. Второй раз просто гуляли по парку.
Он не давил. Не лез с расспросами. Просто был рядом. Говорил о работе, о жизни, о мелочах. Алина расслаблялась с ним. Понемногу.
Но когда он пытался коснуться её руки, она отдёргивала. Когда подходил слишком близко, она отступала. Тимур замечал. Не обижался. Просто держал дистанцию.
Однажды, после прогулки, он спросил:
– Алинка, ты боишься меня?
– Нет, – ответила она честно. – Не тебя. Просто… я не могу пока. Не готова.
– Понимаю, – он кивнул. – Не торопись. Я подожду.
И он ждал. Терпеливо. Без упрёков.
Алина думала о нём часто. Вспоминала школу. Вспоминала, каким он был тогда. Добрым. Внимательным. Влюблённым в неё.
Прошло столько лет. Но он не изменился. Всё тот же.
И это пугало. И грело одновременно.
***
В конце апреля, вечером, когда Алина вернулась с работы, мама встретила её серьёзным лицом.
– Доченька, тут Марина звонила. Сказала, нужно поговорить. Срочно.
– О чём?
– Не сказала. Сказала – приходи завтра пораньше. До работы.
Алина нахмурилась. Что случилось?
Наутро она пришла в типографию на полчаса раньше. Марина ждала в кабинете. Лицо серьёзное.
– Садись, – сказала она.
Алина села. Сердце забилось тревожно.
– Что случилось?
Марина вздохнула.
– Вчера вечером мы с Тимуром столкнулись в магазине. Так получилось, он спрашивал про тебя.
– И что?
– Спрашивал, как ты. Как работа. Как дела. Я рассказала. А потом он спросил… про твоего мужа.
Алина напряглась.
– Что именно?
– Спросил, знаю ли я, что было. Почему ты разводишься. Я… я сказала. Не всё. Но главное.
Алина закрыла глаза.
– Зачем ты сказала?
– Он волновался, Алин. Видел, что ты напрягаешься, когда он касается тебя. Видел, что ты закрываешься. Хотел понять. Я не могла соврать.
Алина открыла глаза. Смотрела на Марину.
– Что ты сказала конкретно?
– Что муж бил тебя. Что ты сбежала. С детьми. Что ты боишься. Больше ничего.
– И что он?
– Молчал. Долго. Потом сказал: «Теперь понятно». И ушёл.
Алина опустила голову. Руки сжались в кулаки.
– Мариш, зачем ты…
– Прости, – Марина взяла её за руку. – Прости меня пожалуйста. Но он должен был знать. Он хороший парень. Он не обидит. Он поймёт.
Алина не ответила. Просто сидела. Стыдно было. Тимур знает теперь. Знает, что она жертва. Что её били. Что она слабая.
Марина обняла её.
– Ты не слабая, Алин. Ты сильная. Ты сбежала. Ты защитила детей. Это сила. Не слабость. И ты не виновата, что муж твой оказался козлом мягко говоря. Не виновата.
Но Алина вовсе не чувствовала себя сильной.
***
После работы Алина шла домой. Думала о Тимуре. О том, что он знает теперь. Захочет ли он видеться дальше? Или испугается? Отступит? И как теперь будет относиться к ней. Как ей себя вести.
Телефон зазвонил. Алина посмотрела на экран. Тимур.
Она остановилась. Взяла трубку.
– Алло.
– Привет, Алинка. Это Тимур. Можно встретимся? Сегодня. Вечером. Поговорить надо.
– Я… хорошо. Где?
– В парке. В семь? У фонтана.
– Хорошо.
Алина повесила трубку. Сердце билось быстро. Поговорить. О чём?
Она пришла домой. Переоделась. Сказала маме – встречается с Тимуром. Мама кивнула.
– Иди, доченька.
В семь Алина пришла к фонтану в парке. Тимур уже ждал. Стоял, руки в карманах. Увидел её. Не улыбнулся.
Алина подошла. Остановилась в шаге от него.
– Привет.
– Привет, – он посмотрел на неё серьёзно. – Спасибо, что пришла.
– Ты хотел поговорить.
– Да. Алинка, я… Марина рассказала мне. Про твоего мужа. Про то, что было.
Алина опустила глаза. Молчала.
– Я не хотел лезть, – продолжал Тимур. – Но мне надо было понять. Почему ты так напрягаешься. Почему отдёргиваешь руку. Теперь понятно.
Алина подняла глаза.
– И что теперь?
– Теперь я хочу сказать тебе несколько вещей.
Он шагнул ближе. Но не касался. Просто смотрел.
– Первое. Мне жаль, что это с тобой было. Очень жаль. Ты не заслужила этого. Никто не заслуживает.
Алина сглотнула. Слёзы подступили.
– Второе. Я не осуждаю тебя. Вообще. Ты не виновата в том, что случилось. Виноват он. Не ты.
Слёзы покатились по щекам. Алина не сдержала.
– Третье. Я знаю, что тебе страшно. Понимаю, что ты не доверяешь мужчинам. Это нормально. После того, что было – это нормально.
Он протянул ей платок. Алина взяла. Вытерла слёзы.
– И четвёртое, – Тимур говорил мягко, но твёрдо. – Я хочу быть рядом. Не для того, чтобы заменить кого-то. Не для того, чтобы торопить. Просто чтобы быть. Как друг. Как тот, кто поможет. Как тот, кто подождёт, сколько нужно.
Алина смотрела на него сквозь слёзы.
– Почему? – выдавила она. – Почему ты хочешь это всё? Я с детьми. С прошлым. С травмами. Зачем тебе это?
Тимур улыбнулся. Грустно.
– Потому что я любил тебя в школе. И люблю сейчас. Ничего не изменилось. Годы прошли, а чувства остались.
Алина замерла. Не могла дышать.
– Но я не буду давить, – продолжал он. – Не буду требовать. Не буду торопить. Я просто буду рядом. Если захочешь – я здесь. Если не захочешь – я отступлю. Но знай – я здесь. Всегда.
Он шагнул назад. Дал ей пространство.
– Думай, Алинка. Не торопись. Я подожду.
Он развернулся. Пошёл прочь. Алина стояла у фонтана. Смотрела ему вслед. Слёзы текли по щекам.
Она не знала, что делать. Страшно было. Очень страшно. Но в груди что-то тёплое разливалось. Надежда. Маленькая. Хрупкая. Но живая.
***
Вечером Алина лежала на диване. Дети спали. Мама на кухне мыла посуду. Алина смотрела в потолок. Думала о Тимуре. О его словах.
«Я любил тебя. И люблю сейчас».
Он ждёт. Он готов ждать. Сколько нужно.
Но готова ли она? Может ли она впустить кого-то в свою жизнь снова? После всего, что было?
Она не знала. Не знала ответа.
Но в груди теплилась надежда. И это было что-то новое.
Телефон завибрировал. Алина взяла его. Сообщение от Валеры. «Я приеду на следующей неделе. Мы поговорим».
Алина посмотрела на сообщение. Страх сдавил горло. Он приедет. Он не отступил.
Она встала. Пошла на кухню. Показала маме сообщение.
Мама сжала губы.
– Хорошо. Пусть приезжает. Мы готовы. У нас документы. У нас заявление в полиции. Он ничего не сможет сделать.
– А если попытается силой?
– Силой не попытается. Он трус. Только трусы бьют тех, кто слабее. А теперь ты не слабее. Теперь ты защищена.
Алина кивнула. Хотела верить.
– Пожалуй пора подать на развод. – Подытожила Алина.
Она вернулась на диван. Легла. Закрыла глаза.
Валерий приедет. Тимур ждёт. Работа идёт. Дети адаптируются.
Жизнь продолжается. Несмотря ни на что.
Алина вдохнула. Выдохнула. Расслабила пальцы. Плед был тёплый. Дом тихий. Дети рядом. Мама на кухне.
Всё будет хорошо. Обязательно будет.
Она закрыла глаза. Провалилась в сон.
Продолжение следует...
❀ Рассказ: «Путь домой» – Глава 2 Начало истории тут →
Подписывайтесь на мой канал чтобы читать другие интересные истории
Ваш лайк и комментарий - лучшая награда для меня 💖
Пишу для вас с любовью, ваша Саша Грек