День выдался на славу. Солнце припекало почти по-летнему, снег уже почти везде сошёл, только в низинах да под кустами белели остатки зимнего покрывала. Решили, что самый лучший пикник при такой погоде – это отдых в собственном дворе, тем более можно совместить приятное с полезным – субботник и шашлыки.
— Гениальная идея, — заявил Саша, вытаскивая из сарая грабли и мешки для мусора. — И двор приберём, и отдохнём, и никуда ехать не надо.
Катя со Славой уже носились по участку, собирая прошлогодние ветки и листву. Прошка с важным видом расхаживал по забору, наблюдая за происходящим и изредка подавая голос, если ему казалось, что кто-то работает недостаточно усердно.
Я надела старые джинсы, Сашину толстовку и вышла во двор с твёрдым намерением не думать ни о каких проклятиях, колдунах и таинственных конторах. Только грабли, только шашлык, только семья.
— Мама Агнета, смотри, что мы нашли! — закричал Слава, таща что-то в руках.
Я подошла ближе и чуть не рассмеялась. Он держал старую, проржавевшую садовую лейку, которая, видимо, пролежала под кустами ещё с прошлых времен.
— Клад, — серьёзно сказал он. — Можно сдать в металлолом и купить мороженое.
— Стратег, — усмехнулся Саша. — Неси в кучу к остальному железу, потом разберёмся.
Я взяла грабли и принялась сгребать листву возле забора. Саша со Славкой пилили ветки, которые побило морозом. Работа спорилась, мысли текли лениво и спокойно. Где-то вдалеке лаяли соседские собаки, чирикали воробьи, и жизнь казалась простой и понятной.
— Агнета, — позвал Саша через час, когда мы уже прилично выдохлись. — Давай передохнём. Я мангал поставлю, угли разожгу.
— Давай, — согласилась я, бросая грабли и плюхаясь на лавочку возле дома.
Катя принесла лимонад, Слава уселся рядом и принялся рассказывать какие-то школьные истории. Я слушала вполуха, наслаждаясь теплом и покоем.
И вдруг за забором послышался знакомый голос:
— А я как раз вовремя. Чую, шашлыком пахнет.
Матрена. Конечно, кто же ещё. Она стояла у калитки, опираясь на неё плечом, и курила трубку. Одета она была как всегда сногсшибательно: джинсы, косуха, и высокие заляпанные грязью берцы.
— Проходи, — махнула я рукой. — Ты где, бабушка, свой транспорт потеряла?
— Там на дороге, — махнула она рукой. — Решила, что достаточно подсохло, чтобы прокатиться на своем байке. А оказалось — показалось. Ладно, хоть удачно приземлилась и ничего себе не сломала. А моцик окончательно увяз в грязи.
— Сейчас я дрова разожгу, и сгоняем с тобой, бабушка Матрена, за твоим транспортом, — сказал Саша.
— Да не суетись ты, — отмахнулась Матрена, усаживаясь на лавку и с наслаждением затягиваясь трубкой. — Успеется. Там моцик мой теперь — памятник самому себе. Пусть постоит, подсохнет маленько. А пока давайте-ка я с вами посижу, на людей посмотрю, себя покажу.
Я смотрела на неё и улыбалась. После всего, что случилось, видеть Матрену живой, здоровой и в привычном образе — с трубкой, в косухе и с неунывающим взглядом — было лучшим лекарством от всех тревог. Из-за ее плеча выглядывал Коловерша. Через пару минут он исчез, а вместе с ним пропал и Прошка. Небось опять пошли потрошить мои запасы и шкодничать.
— Ну а ты чего молчишь, героиня? — обратилась она ко мне. — Рассказывай давай, как там Лыков, как проклятие, как колдун тот?
— Всё хорошо, — ответила я, перебирая в памяти события прошлой ночи. — Сняли, упокоили, простили. Лыков теперь наш должник.
— Должник в органах — это хорошо, — одобрительно кивнула Матрена. — Пригодится. А ты сама как? Не трясёт?
— Да вроде нет, — честно ответила я. — Странно, но после всего этого на душе даже спокойно. Будто и не было ничего.
— Так и должно быть, — сказала Матрена, выпуская колечко дыма. — Когда дело сделано правильно, оно не грузом на душе лежит, а отпускает. Ты молодец, Агнетка.
Саша тем временем разжёг мангал, и по двору поплыл аппетитный запах дымка.
— А где Шелби? — спросила она вдруг.
— Сам ушёл, — пожала я плечами. — Сказал, что рядом будет, но не мешать. У демонов свои дела.
— Ну-ну, — хмыкнула Матрена. — У демонов дела — это обычно что-то нехорошее. Но этот, пожалуй, исключение.
Мы с Катей направились убирать в летней беседке. Матрена устроилась поудобнее и продолжила попыхивать трубкой, наблюдая за нами с видом королевы-матери.
Через некоторое время угли были готовы, и на мангал водрузили шампуры с мясом. Мы жарили шашлык, резали овощи, накрывали на стол. К нам присоединились дети, и вскоре вся компания уже сидела за большим столом, наслаждаясь едой и обществом друг друга.
— А ты как, Матрена? — спросила я, подкладывая ей самый румяный кусочек мяса. — Не скучала без нас?
— Скучала не скучала, а дел было по горло, — ответила она, ловко орудуя вилкой. — После той истории с Аркадием и Игорем решила я свои границы подновить. Всё перебрала, перечистила, новые обереги поставила. Теперь ко мне ни одна тварь не сунется. Даже если очень захочет.
— А как же Коловерша? — улыбнулась Катя.
— А Коловерша — это не тварь, это свой, — важно заявила Матрена. — Он у меня вроде помощника по хозяйству. Вчера, представляете, все плошки перемыл и даже ни одной не разбил. Растёт бесёнок.
Мы рассмеялись. Солнце пригревало всё сильнее, и я даже сняла толстовку, оставшись в футболке.
— Смотрите-ка, — кивнула Матрена на небо. — Весна идёт. А там, глядишь, и лето не за горами. Хорошее лето будет, спокойное.
— Ты прям провидица? — усмехнулся Саша.
— А то, — подмигнула она. — Бабка Матрена всё видит, всё знает. И вам советую не кипишить, а отдыхать, пока есть возможность.
После обеда мы допивали чай с домашними пирожками, которые Матрена принесла с собой в своем рюкзаке.
— Это тебе, Агнетка, за труды праведные, — сказала она, пододвигая ко мне кулёк. — С мясом и капустой. Знаю я, как ты их любишь.
— Спасибо, — искренне поблагодарила я. — Ты прямо как моя вторая бабушка.
— Я и есть вторая бабушка, — хмыкнула она. — Только не вздумай называть меня старой каргой при чужих. При своих можно, а при чужих — только бабушка Матрена, уважительно.
— Договорились, — засмеялась я.
Солнце клонилось к закату, когда Матрена наконец засобиралась.
— Ладно, пойду свой моцик выручать, — сказала она, поднимаясь. — А то, не дай бог, местные пацаны разберут на запчасти. Там хоть и старенький, а сердцу дорог.
— Я с тобой, — вызвался Саша. — Вдвоём быстрее.
— И то дело, — кивнула Матрена. — А вы, — она строго посмотрела на меня, — отдыхайте. Никаких дел, никаких расследований, никаких колдунов. Хотя бы денёк. Поняла?
— Поняла, — улыбнулась я.
Они ушли, а мы с Катей и Славой остались сидеть у догорающего мангала. Тишина была уютной, спокойной, домашней. Солнце клонилось к закату, красиво подсвечивая верхушки деревьев. Мы доедали шашлык, допивали чай, и никто не спешил расходиться.
— Мама, — сказала Катя вдруг. — А можно мы со Славой у друзей переночуем? Нас звали давно, а мы всё отказывались из-за... ну, всего этого.
— Конечно, — кивнула я. — Идите. Только завтра к обеду вернитесь.
Они обрадовались, чмокнули меня в щёки и умчались собираться.
Через полчаса вернулся Саша.
— Всё, бабушкин байк вытащили, так что можно отдыхать дальше. А где ребятня?
— К друзьям ушли с ночёвкой, — ответила я.
— Сказали, к кому? — нахмурился он.
— Конечно. Не переживай, всё там будет нормально.
— Значит, остались мы с тобой вдвоём, — сказал Саша, обнимая меня за плечи.
Мы сидели вдвоём, смотрели на закат и молчали. Иногда молчание бывает лучше любых слов.
— Агнета, — сказал Саша вдруг. — Ты счастлива?
Я повернулась к нему, посмотрела в глаза.
— Да. Очень.
— И я, — улыбнулся он. — И знаешь, что самое смешное? Я даже не представлял, что моя жизнь так повернётся. Что я буду жить с женщиной, которая избавляет от проклятий, гадает на картах и дружит с такими незаурядными личностями.
— Испугался бы, если б знал заранее?
— Наверное, — честно ответил он. — Но сейчас... сейчас я бы ничего не менял.
Я прижалась к нему крепче. Где-то вдалеке ухнула сова, в кустах кто-то зашуршал, и ночь мягко опускалась на землю, обещая покой и тишину.
Наверное, именно так и должно быть — после всех бурь наступает штиль, чтобы набраться сил перед новыми приключениями.
Продолжение следует...
Автор Потапова Евгения