300-летняя династия Романовых завершила свое существование в два дня. 2 марта 1917 года Николай II передал престол младшему брату Михаилу. А 3 марта Михаил отказался принимать трон и по факту легитимировал власть Временного правительства. В ряду документов об этих событиях неизвестными остаются записи их родной сестры Ксении.
Великая княгиня Ксения Александровна (1875-1960) - старшая дочь императора Александра III. Брат Николай (с 1894 года император Николай II, для родных - Ники) был старше нее на 7 лет, а Михаил - на 3 года моложе.
С братьями Ксения дружила и в самые сложные годы. В меру сил поддерживала Михаила, когда он против воли царя вступил в морганатический брак. В то время как большинство родственников ополчилось на супругу Ники, императрицу Александру Федоровну, за вмешательство в политическую жизнь, Ксения держала нейтралитет в борьбе внутрисемейных кланов.
Письменное наследие Ксении Александровны до сих пор терра инкогнита. Одна из причин - неразборчивый, местами вовсе нечитаемый почерк великой княгини. К тому же существенная часть ее документов хранится не в России, а в США. Фрагменты дневника 1917 года из фонда Ксении в Гуверовском институте [1] публикуются впервые. Это новый и без преувеличения ценнейший исторический источник - с цепким взглядом автора и эмоциональной фиксацией драматических деталей.
***
21 февраля 1917 года
Устроилась завтракать завтра в Царское, как раз увижу Ники, который уезжает завтра же в Ставку.
22 февраля
Собиралась ехать в Царское к завтраку и проститься с Ники - но увы! не удалось - у меня распухла губа. Болит и пульсирует, не понимаю, что такое! Но рожа страшенная! Обидно очень. Ники ответил, что ненадолго уезжает и что мы, вероятно, увидимся еще.
23 февраля
К нам поставили команду в 20 человек Кексгольмского полка с прапорщиком - "на случай беспорядков" (меня очень бесит!).
26 февраля
Мишкин (Михаил. - Ред.) за мной заехал в 1 ч. и мы поехали вместе в крепость на панихиду и были совсем одни - что было хорошо в такой дорогой день (панихида в Петропавловской крепости по случаю дня рождения отца, Александра III. - Ред.). Потом он сидел у меня до 1/2 4-го и мы много болтали. Он пессимистично смотрит на вещи - да и нельзя иначе, зная, что происходит!
27 февраля
Составился временный комитет, в состав которого вошли: Шингарев, Маклаков, Чхеидзе, Керенский, Шульгин и Кo с Родзянко во главе! Протопопова убрали! [2] Министры заседали весь день - их хотят арестовать. Говорят, Голицын себя очень хорошо ведет. Все стараются что-нибудь сделать, чтобы спасти положение - но трудно...
Миша был вызван сюда из Царского. Сидел в Мариинском дворце, потом у военного министра и сюда не успел заехать.
28 февраля
Я написала записку Родзянко, умоляя его дать мне известия. Петров отправился в Думу в 3 ч. и вернулся в 10 ч. с ответом. Он (Родзянко. - Н. К.) пишет, что он изо всех сил борется с анархией и народной стихией, что трудно справиться, но есть еще возможность. Будто Ники возвращается в 11 ч. вечера. Что "сбывается то, о чем предупреждали Ники", и что "пускай Ея Величество (императрица Александра Федоровна. - Н. К.) пеняет на себя, все происходит по ея вине!" <...>
Только бы Родзянко удалось удержать все и войска не примкнули бы к рабочему комитету!..
1 марта
Сплошной кошмар и такие разнородные слухи, что не знаешь, чему верить. Я имела глупость написать Родзянко, прося его дать мне и Денам (Дмитрию Владимировичу, помощнику начальника военно-походной канцелярии Николая II, и его супруге Софии Владимировне. - Н. К.) пропуск в Царское Село и обратно, думая, что Ники там. Петров вернулся и сказал, что Родзянко пришлет ответ с курьером, когда будет возможность, что он совершенно сбит с ног - не спал две ночи, еле стоит. Говорил снова в продолжение трех часов с войсками.
Говорят, что поезд Ники был остановлен в Бологом (кем?) и потом на станции Дно, и будто его заставили отречься!! Об этом мне сказал румынский посланник Диаманди, который приехал от Даки (великой княгини Виктории Федоровны, супруги великого князя Кирилла Владимировича. - Н. К.) с запиской от нее. Боже мой - неужели правда?.. Я не выдержала этого известия, и дала волю чувствам, и была в ярости. <...> В Царском ужас, что делается.
Аликс (императрицу Александру Федоровну. - Н. К.) все бросили, уверяют - какая-то охрана от Думы. Конвой и Сводный полк будто перешли на сторону революции. Кто говорит, что охрана осталась та же, но присоединившаяся. Думаю, что это вернее. Бедная, бедная женщина, что она должна думать и переживать?! Без Ники, дети больные и анархия полная...
Весь вопрос в том, сумеет ли Родзянко и Дума, т.е. Временное правительство, удержать все в своих руках? Идет борьба между ними, рабочим союзом и социал-демократами.
2 марта
Кошмар, от которого проснуться невозможно. Продолжают говорить упорно, что Ники отрекся в пользу маленького (цесаревича - Н. К.). Он будет отдан Мама, а Миша будет регентом. Бог знает, что это такое и как это возможно?! Как можно на это идти бедному Мише и, вместе с тем (если все это так), как не принять ради России? Все это не укладывается в голове (она у меня трещит, не переставая!).
Говорят, что социал-революционеры хотят Республику, или черт знает что, и только согласны на отречение в виде единственной уступки, которую они делают Думе, и с этим ей пришлось примириться. <...> Бьюкенен (английский посол в России. - Н. К.) был утром, что было очень любезно с его стороны, но он ничего не знал, и ни он, ни другие посольства не признали еще Временное правительство.
3 марта
Кончено - добились своего, Ники отрекся от престола... Боже мой! Помоги России и нам всем, и ему дай сил перенести все это! Бедный, бедный, что он перестрадал и переживает - один Бог знает! Чудный манифест, как молитва - уходит и уступает место своему брату, которому поручает и просит помочь России...
Он вышел вечером, и его читали громко у нас после обеда. Я не могла слушать. Я еле выдержала обед, а потом сидела у себя в комнате с бедным Митей Ден, и мы оба плакали... Только бы Россия была на высоте этого акта! Миша отказался от престола, в чем его поддержало все Временное правительство, хотя они за него (как конституционного монарха). Иначе он не мог поступить.
Его манифест еще не появился. Они сидели у него с 10 ч. до 3-х. Николай (великий князь Николай Михайлович. - Н. К.) заехал к чаю и потом повез меня к Мише, в моторе Бьюкенена! Какая встреча! Но я была так рада его, наконец, увидеть. Он похудел и постарел за эти дни, несчастный, и все повторял: "За что на меня все это взвалили и заставили расхлебывать!"
Он мне рассказал подробно, что произошло в эти дни: как он в понедельник после заседания в Мариинском дворце с (бывшими) министрами, которые все подали в отставку, поехал к Беляеву, военному министру, и оттуда дал текст Алексееву в Ставку, прося Ники принять отставку кабинета, и какую опасность представляет настоящая минута, что нельзя терять времени и т.д., и прося его не приезжать сейчас, и с просьбой назначить князя Львова (теперешнего) председателем совета министров. К сожалению, Ники, бедный, не понял опасности и ответил, что надо подождать, и что он сам приедет! Вот эти несколько часов и сделали все!.. <...>
Застала его (Михаила. - Н. К.) за чаем... Я его сейчас же увлекла в другую комнату, где мы долго говорили, болея и страдая душой! Познакомилась с князем Львовым, который был крайне любезен. Николай нас познакомил и, к моему ужасу, стал ему рассказывать про меня, прося его взять меня под свою защиту и тому подобные глупости. Он невозможен.
Родзянко, Керенский составляли акт отречения Миши [3]. Последний сидит здесь со вторника, под охраной юнкеров Ораниенбаумского училища, присланных от Думы, и к нему все время приезжали все эти господа, с которыми он вел переговоры. Только бы они спасли Россию от анархии, но они сами все на волоске! На улицах множество публики, солдат праздношатающихся, все с красными бантами. На Зимнем красные флаги!
4 марта
Появилось отречение Миши, в котором он говорит, что "принял твердое решение в том лишь случае восприять верховную власть, если такова будет воля великого народа нашего, которому и подлежит всенародным голосованием через представителей своих в Учредительном собрании установить образ правления и новые основные законы государства Российского". Просит всех граждан Державы Российской подчиниться Временному правительству, по почину Государственной думы облеченному всей полнотой власти до того, "как будет созвано Учредительное собрание" и своим решением выразит волю народа. Тоже лучше нельзя было сказать. А теперь уже воля Божья!
***
В марте Ксения Александровна пыталась увидеться с Ники, находящимся под арестом в Царском Селе, но разрешение на свидание не получила. 24 марта великая княгиня Ксения Александровна выехала из Петрограда к семье в Крым. Оттуда через два года она направится в эмиграцию. Больше с братьями она не увидится никогда. 13 июня 1918 года большевики убьют Михаила в Перми, а 17 июля 1918 года - Николая в Екатеринбурге.
Комментарии:
1. Kseniia Aleksandrovna (Grand Duchess) papers, Diaries (1916-1919), 1916 September - 1917 March, Box 6, Folder 13.
2. Состав комитета был иной, из списка Ксении Александровны в него входили М.В. Родзянко, Н.С. Чхеидзе, А.Ф. Керенский, В.В. Шульгин. А.В. Протопопов - министр внутренних дел.
3. Текст составляли В.Д. Набоков, Б.Э. Нольде и В.В. Шульгин.
Оригинал статьи: Карушкина Н. В. Великая княгиня Ксения: "Кошмар, от которого проснуться невозможно..." // Родина. 2026. № 3.