ОКОНЧАНИЕ
Дверь закрылась не громко.
Но окончательно.
Олег остался по ту сторону - вместе с папкой, логикой и аккуратно выстроенной позицией разумного человека.
Аполлинария Петровна не плакала. И не упала в обморок от "правды".
Она просто вернула зятю документы, как возвращают книгу с пометкой: "Прочитала. Выводы сделала".
Через минуту он уже спускался по лестнице, ощущая, что стал менее героическим, чем планировал.
А пожилая женщина взяла телефон и набрала Ангелину.
Голос дочери дрогнул на втором слове.
Мать сказала, что решение правильное.
Москва.
Два года.
Зато её два года.
Не аккуратно сложенные в чужом расчёте, а прожитые.
Аполлинария усмехнулась.
Жнец, конечно, навестит всех.
Но график визитов можно немного подкорректировать.
- Два года, - сказала она вслух. - Это не мало. Это целых два дня рождения. И ещё один Новый год. А там посмотрим.
Она аккуратно записала на листке список:
Тапочки, халат, зарядка для телефона.
И добавила внизу:
"Жить".
Олег понял всё без слов.
По взгляду жены.
Квартир перестанет быть будущим сына.
Она станет временем.
Олег смотрел на Ангелину, и мысленно пытался сосчитать свои моральные очки. Получалось примерно минус триста.
Супруга стояла в дверях с глазами, сверкающими так, будто внутри неё горела печь для сжигания бухгалтерских папок судьбы.
-Я тебе доверяла. А ты всё рассказал матери. Ты не имел права это делать. Подлец и негодяй!
Олег поднял руки. Прости, дорогая, но мелодрама - не мой конёк.
- Она должна была знать, я просто сказал правду… начал он, но понял, что фраза звучит хуже, чем "грабитель на кладбище".
-Да кому эта правда нужна? - завизжала Ангелина, - Ты отнял у неё надежду. Омрачил последние дни! Она теперь всё время об этом только и думает.
Олег промолчал. Иногда молчание - лучший ответ. Особенно когда в комнате огонь, а ты - сухая деревяшка.
Ангелина помчалась в спальню, рывком открыла шкаф и начала собирать вещи. Каждое действие сопровождалось тихим, но отчётливо слышным: "Я тебя не прощу".
И Олег разозлился.
Терпение - оно не бесконечно.
- Знаешь что, - рявкнул уже, не стесняясь сына, - мне не нужно твоё прощение! Ты загибала! Год без нормального ужина, кекса и каждый день твоя страдающая морда! Мне надоело. Я подаю на развод, - продолжил он, не сбавляя темпа. - И имущество будем делить по-честному. Сын остаётся со мной, и я прослежу, чтобы алименты были выплачены все до копейки - отложу на его счёт. Глеб, ты со мной остаёшься или с матерью?
-Пап, ну конечно же с тобой, - испуганно сказал сын, будто опасаясь, что его насильно потащат в квартиру, где даже стены пропитались отчаяньем, болью и страхом.
-Квартиру разменяем, а больше ты ничего не получишь по закону. Я обналичил все свои накопления и передал родителям, ещё месяц назад. После развода обратно отдадут.
-А потом твой сын скажет. Ты уже пожил, папа, хватит с тебя, - тихо сказала Ангелина.
-Я так не скажу, - отважился возразить сын.
-Это пока папа относительно молодой и здоровый. Как только с него нечего будет взять - всё, на выход, в страну вечной охоты. Ты будешь должен своему ребёнку, а папе - ну извини, на тебя не хватило.
-Говори за себя, мама, - зло сказал сын, - Я с папой. Он хотя бы не врёт себе, что два года боли - это здорово. Это как подарить холодильнику новую полку, когда он уже разрушен изнутри. Я никогда не брошу его, потому что он меня не бросил и был со мной всё это время. А тебя... Прости, но ты выбрала не нас.
Папа прав: два года - это не жизнь, это отсрочка. А ты хочешь, чтобы мы все в этой отсрочке утонули. Спасибо, но мы не участвуем. Ты выбрала прошлое - живи в нём. А я выберу будущее.
-Как удобно, называть цинизм и подлость - "будущим" - восхитилась сквозь слёзы Ангелина, таща сумку к двери.
-На развод подам сам, ты сейчас будешь тотально занята, - крикнул вслед Олег, - И оплачу все сборы, у тебя же лишних денег не будет ещё очень долго.
Ангелина плохо перенесла развод.
Она не была готова к нему морально. И к тому, что самые близкие люди бросят в момент, когда она была особенно уязвима.
Дочка, ты чего не спишь? - мать, с трудом передвигаясь, зашла на кухню.
- Воду пью, мам, - соврала Ангелина.
- Врёшь, - Аполлинария Петровна вздохнула.
Она посмотрела на заплаканное лиц дочери.
-Не надо… не лей слёзы из-за ЭТИХ.
-ЭТИ пусть давятся своей квартирной справедливостью. Мы с тобой сейчас время покупаем. Самое дорогое, что есть. А они - метры. Ещё посмотрим, чей актив дороже.
Ангелина невольно улыбнулась. Мать, как всегда, нашла формулировку. Но легче не стало.
У них была не самая плохая семья.
До того, как болезнь Аполлинарии Петровны превратила их квартиру в театр моральных пыток, жизнь их семьи была… более-менее.
Не отлично. Не сказка. Но терпимо. Можно жить, если научился закрывать глаза на маленькие нарушения психики партнёра и пытаться искать компромиссы.
Они знали, что любовь давно превратилась в привычку, но ведь так живут все. Никто не уходил, потому что уход означал неизвестность. А неизвестность - страшнее своей непредсказуемостью.
Она рассчитывала на долгие годы вместе. На старость. На совместное будущее.
А получила скорое одиночество.
Ангелина продала студию и увезла мать в Москву. Врачи сказали, что операция прошла успешно - настолько, насколько это может быть в её ситуации. Два года. Максимум. Мы не боги. Готовьтесь.
-Всё хорошо, мама, - улыбалась сквозь слёза Ангелина, - Ты до ста лет проживёшь, мне врачи сказали. А они не врут.
Она сделает эти два года для матери лучшими в её жизни. Пансионаты, санатории, может, даже на море съездят.
Она уволится и будет с родительницей каждую минуту.
Деньги есть.
После развода они разделили квартиру, ей досталась однокомнатная. Она её продаст.
Она знала, что бывший муж, которому тоже досталась однокомнатная, добавил, и купил двушку, чтобы у него и сына была своя комната. Деньги вложил свои - те, что утаил при разводе, и ещё его родители дали.
Они были рады, что сын развёлся. Не жена, а чёрная дыра, сколько не кинь, всё мало.
-Если захочешь съехать, буду оплачивать квартиру, - обещал отец. - Помогу с первым взносом.
Глеб благодарил.
Папа, мне так повезло с тобой.
-И мне с тобой повезло сын.
Его родители вытирали слёзы умиления. А ещё говорят, что конфликт "отцы- дети неизбежен." Полная ерунда. Дети всё понимают, и никогда не будут конфликтовать с теми, кто растит их в любви и понимании.
Мы можем считать дни, деньги и ипотеку, но в итоге всё, что остаётся, - это право выбирать, даже если выбор - мучительный, долгий или неудобный.
И отвечать за последствия придётся только тебе.
НОМЕР КАРТЫ ЕСЛИ БУДЕТ ЖЕЛАНИЕ СДЕЛАТЬ ДОНАТ ПО ЭТОЙ ССЫЛКЕ. ОГРОМНОЕ СПАСИБО ВСЕМ, КТО ОЦЕНИЛ МОЁ ТВОРЧЕСТВО!!!