Ипотека на двадцать лет. Студия крошечная, зато своя. Вчера выплатила очередной взнос банку. А сегодня вечером сидела на собственном холодном балконе в куртке, пока на моей кровати кувыркалась дальняя родня…
Месяц назад звонит тетка из области. Прими, говорит, Дашутку. Это моя троюродная сестра. Она на работу в город устраивается, девочке тяжело, общаги дорогие. На пару недель всего, пока первую зарплату не получит.
Я пустила на свою голову. Дашутка приперлась с тремя огромными баулами.
Какие там работы. Спит до двух часов дня. Я вкалываю продавцом-консультантом по двенадцать часов на ногах. Приползаю вечером — дома срач. Мой дорогой шампунь вылит наполовину, в раковине гора жирной посуды. В холодильнике пусто. Мою колбасу жрет и даже хлеба не купит на свои.
Я молчу. Родня же. Неудобно как-то выгонять.
Но вчера был вообще край.
Меня отпустили со смены пораньше. Приехала домой часов в шесть. Открываю дверь своим ключом. Из комнаты музыка орет. Захожу.
На моей расправленной кровати лежит… какой-то мужик. В грязных носках прям на моем светлом покрывале. А рядом Дашутка. В моем, блин, домашнем халате. И едят чипсы, крошат прямо на постель.
Я даже куртку не сняла. Стою в дверях.
Дашутка голову поворачивает и так недовольно цокает:
— Ой, а ты чего так рано? Мы тут отдыхаем вообще-то. Слушай, иди на балкон посиди, а? Там стул есть. Подыши воздухом с часик, не порть нам атмосферу, нам пообщаться надо.
На балкон! В моей собственной ипотечной студии. Меня выгоняет на холодный балкон приживалка, которая не платит ни копейки за коммуналку.
У меня даже злости не было. Знаете, просто как пелена спала.
Я молча разворачиваюсь. Иду в санузел. Достаю из-под раковины рулон черных мусорных пакетов на сто двадцать литров. Самых плотных.
Возвращаюсь в комнату. Мужик этот привстал, глазами хлопает.
Я ему абсолютно спокойно говорю:
— Значит так, Ромео. У тебя ровно минута, чтобы обуться и вылететь из моей хаты. Время пошло. Иначе прямо сейчас набираю участковому, говорю, что в квартиру влез неизвестный.
Мужика ветром сдуло. Он даже шнурки завязывать не стал, схватил куртку под мышку и выскочил в подъезд.
Дашутка аж с кровати подскочила. Халат мой запахивает.
— Ты че творишь?! — визжит. — Ты нормальная вообще? Это мой парень!
Я молча разворачиваю черный пакет. Подхожу к комоду и просто одним движением смахиваю туда всю ее косметику. Прямо в кучу. Потом открываю шкаф и кидаю туда же ее платья, штаны, какие-то свитера.
— На выход, — говорю. И тащу этот пакет в коридор.
Дашутка в слезы. Давай орать, что я бессердечная. Что мы же родня! Что ей идти некуда, на улице темень, денег нет.
— Твои проблемы, — отвечаю. — Родня чужие квартиры в проходной двор не превращает. Ботинки надевай, пока я тебя босиком на лестницу не выставила. Халат мой сними.
Она поняла, что я не шучу. Злая стала, губы трясутся. Быстро натянула свои джинсы, влезла в кроссовки, схватила рюкзак. Материла меня на весь этаж.
Я выкинула ей вслед мусорный мешок с вещами. И с силой захлопнула свою железную дверь. Два раза провернула замок.
Телефон разрывался весь вечер. Тетка звонила, ругалась. Дашутка строчила смски, что сидит на остановке и я ей жизнь сломала.
Я просто зашла в настройки и заблочила всю эту ветку родственников. Одним нажатием кнопки. Всех!!!
Потом стянула грязное покрывало, закинула в стиралку. Проветрила комнату.
Села на свой диван. Заварила чай. Дома тишина идеальная. Никто не таскает мою еду, никто не указывает мне, где сидеть в моей же квартире.
Девочки, никогда не пускайте к себе «на недельку». Гоните в шею. Ипотека учит жестко охранять свои границы.
💖Подписывайтесь, чтобы не пропустить новые рассказы