Это было ясно, как день: Карина подговорила её детей. Понаобещала им с три короба, понарассказывала сказок, чтобы они сами начали упрашивать Свету отпустить их. Вот так просто и подло новая девушка Кости обвела её вокруг пальца и даже не моргнула. И что теперь ей остаётся? Отпустить, дать бывшему разрешение на выезд с детьми?
А если не дать — то она злая никудышная мама?
Читать сначала
Она шла, не разбирая дороги, и внутри всё ещё звучали детские голоса.
Мам, можно мы поедем?.. Там море… слоны…
Каждое слово отзывалось тупой болью.
Хотя Света понимала: дети не виноваты. Их нельзя винить за мечту о солнце, когда вокруг серость и холод. Нельзя сердиться за то, что они верят рассказам взрослых. Особенно если эти взрослые умеют обещать красиво.
Нельзя их винить в том, что мама с папой расстались, один нашёл себе новую пассию и строит другому козни. В конце концов, дети просто хотят поехать отдохнуть, а не оскорблять чувства мамы, которая не смогла их удержать рядом с собой.
Карина.
Имя, пропитанное ядом, снова вспыхнуло в голове. Если бы у Светы только было своё жильё, она бы даже слушать эту хитроумную не стала — просто сгребла бы в охапку детей и уехала бы с ними как можно дальше от бывшего.
Но своего жилья не было. Везти детей банально некуда. При всей своей решимости и желании — она на мели.
Света резко остановилась, вытащила телефон и нашла нужный контакт, который внезапно сам возник в голове. Несколько секунд она смотрела на экран, будто собиралась с духом перед прыжком, а затем нажала вызов.
— Алло? — раздался бодрый голос на том конце спустя пару гудков.
— Нина, привет. Это Света Сидорова. Помнишь меня?
— Светка! Ничего себе, сколько лет, сколько зим. Ты где пропадала?..
Света закрыла глаза. Этот живой и лёгкий тон казался издевательством на фоне её раздрая, но выбора у неё не оставалось. Нина Богомолова была старой подругой детства и по совместительству — риэлтором, который ещё давным-давно помогал им с Костей купить квартиру, где сейчас он распрекрасно жил с новой пассией. Возможно, Свете пришло время обратиться за помощью к профессионалу, а не лить слёзы, злиться на бывшего и жалеть себя.
— Нин… — озадачено протянула Света, — обязательно всё подробно расскажу, но как-нибудь при встрече. Я тебе звоню, потому что мне консультация твоя нужна. Очень-очень.
Пауза на том конце стала внимательной.
— Слушаю.
Света медленно выдохнула и вкратце пересказала суть конфликта, в котором она варилась последний месяц. Про Костю. Про угрозы. Про Карину и её хитрый план по похищению — она даже иначе назвать это не могла — детей. Про то, что ей нужно жильё — своё, настоящее, куда она сможет забрать их и больше никогда и никому не отдавать.
Нина не перебивала. Лишь иногда тихо угукала, давая понять, что слушает.
— Сейчас я работаю. Денег платят не горы золотые, но кое-что остается. Я хочу взять ипотеку, — закончила Света, и голос её стал твёрже, словно сама мысль придавала ей сил.
Ответ на том конце провода прозвучал мягко, но безжалостно честно:
— Свет… ну ты же понимаешь, что шансы на это весьма небольшие?
Слова повисли в воздухе тяжёлым грузом.
— Почему?
— Потому что банки любят стабильность, белую зарплату и идеальную кредитную историю. А не долги, и работу без официального договора. Ты уж извини за прямоту. Но ты меня знаешь, я не по части розовых единорогов и пустых обещаний.
Света молчала. Конечно, она догадывалась, что не всё так просто, но думала, что подруга сможет найти выход из этой ситуации.
— Это не значит, что всё пропало, Свет, — поспешно добавила Нина. — Начать можно с аренды. Снять небольшую квартиру. Показать, что ты хоть как-то справляешься сама. Поднакопишь денег на счету, чтобы банки увидели и начали тебе доверять, а потом, через год-два можно будет думать о кредите.
Света тихо усмехнулась.
— Снять… Нин, ты же знаешь цены. Съём и накопления для меня просто не совместимы. Я не потяну. Это уже пройденная история.
— Знаю. Не всё так просто, — терпеливо согласилась подруга. — Придётся менять условия. Может, выбрать другое место для жизни. В том числе и город, где зарплаты получше и с арендой шире выбор. Такой вариант не рассматриваешь?
— Это детям уходить из школы и сада, а мне увольняться с работы… — покачала головой та. — Это совершенно не подходит. Мне бы просто сделать так, чтобы дали ипотеку. Дальше я разберусь. Подужмусь, но разберусь…
— Честно, ты хочешь невозможного, — заключила Нина, и в голосе её проступили лёгкие нотки раздражения. — Я готова помочь тебе и подыскать варианты, но только если ты будешь смотреть на свою ситуацию реально. К тому же, имей в виду, что работа с проживанием у хозяев — ну очень сомнительный мотиватор по части приобретения собственного жилья. Тебе бы обычную занятость в офисе на пятидневку с белой зарплатой, а не вот эти... полумеры.
Света почувствовала, как внутри что-то медленно срывается вниз, словно тяжёлый камень на дно колодца. Как она объявит детям, что им надо переезжать? Нет, нет и нет.
— Я не справлюсь, — тихо заключила она.
Нина вздохнула.
— Справишься. Будет тяжело, но это реально. Сейчас главное — понять, что ты выбираешь: комфорт или цель.
Света посмотрела на серое небо и закусила губу.
— Я выбираю детей. Иначе бывший сделает всё, чтобы их у меня отнять.
— Тогда собери волю в кулак и действуй в их интересах!
Разговор закончился, а слова Нины всё ещё крутились в Светиной голове. Они преследовали её всю дорогу назад. А если ей и вправду лучше искать другой город для жизни и другую работу, а не цепляться за то, что есть сейчас? Быть может, если она поднакопит немного денег, переедет в соседний город, где получше с вакансиями, и устроится в обычный офис с восьмичасовым днём, всё начнёт сдвигаться с мёртвой точки?
Эти мысли не давали ей покоя. И как назло, параллельно с ними маячила и другая мысль: что ей очень... очень не хочется увольняться.
***
Дом Устиновых встретил её непривычной вечерней тишиной. Света сняла пальто, провела ладонями по лицу, будто возвращая себя в реальность, и направилась в сторону лестницы, чтобы подняться в свою комнату, принять душ и забыться во сне.
Заворачивая за угол к своей двери, она внезапно столкнулась с Романом и отпрыгнула от неожиданности.
— Ой.
Он коротко улыбнулся и пропустил её, но внезапно остановился и негромко сказал:
— Ты как будто с войны вернулась.
Света попыталась улыбнуться в ответ, но улыбка вышла, скорее, усталой и измученной:
— Почти. Можно сказать и так.
Роман приподнял бровь и только раскрыл рот, чтобы с охотой что-то спросить, как вдруг передумал и сдержал себя:
— Скажи, если что-то тебе нужно, — лишь коротко бросил он. И кивнув ещё раз, зашагал в сторону лестницы.
Света смотрела на его удаляющуюся спину: мысли в её голове тут же сменились другими.
— Вообще-то... есть кое-что, — выпалила она, и Роман в этот же миг остановился. — Напомните, на кухне же есть камеры?
Сын Виктора Львовича оглянулся и посмотрел на неё с нескрываемым недоумением.
— Да, есть. А почему ты спрашиваешь?
У Светы загорелись щёки. Она постеснялась обсуждать это с управляющей Александрой — боялась, что либо что-то напутала, либо... Александра может её не так понять. Но разговор с Романом Викторовичем на эту тему внезапно показался ей более безопасным.
Она помедлила с секунду, собираясь с мыслями, и затем тихо произнесла:
— Странная вещь произошла сегодня утром. Я случайно разбила банку с панировочными сухарями, которая стояла явно не на своём месте, и обнаружила там следы молотого грецкого ореха.
Роман нахмурился:
— Не понял. Как они там оказались?
— Для меня это тоже загадка, — вскинула бровь Света. — У Виктора Львовича аллергия на орехи. А ведь сегодня утром я готовила для него еду в больницу, и чудом не использовала содержимое этой банки. И если бы я её на своё счастье не разбила... Не знаю, как всё бы обернулось.
Она старалась, чтобы её речь звучала как можно более аккуратно, и следила за тем, как взгляд Романа становится пристальным.
— Так. Это звучит странно. Ты думаешь, орехи кто-то подсыпал?
Света пожала плечами.
— Я не знаю, что думать. Знаю лишь, что пока не выяснится эта ситуация, из открытых продуктов я готовить не смогу. Поэтому... Было бы здорово, если бы вы посмотрели камеры на кухне. Вдруг они что-то покажут. Ну... мало ли.
Роман был явно сбит с толку. С пару секунд он переваривал информацию, а потом снова коротко кивнул.
— Ладно. Я посмотрю, Света.
— Спасибо.
Она уже собиралась открывать свою дверь...
—...а вообще, если хочешь, можем вместе посмотреть, — внезапно предложил Роман. — Точнее, я включу, а ты посмотришь. Понятия не имею, о какой банке речь. Наверное, тебе будет понятнее.
Света замерла с повёрнутой дверной ручкой, зажатой в ладони:
— Посмотреть... сейчас?
— Ну да. Если у тебя есть время, конечно, — тут же осёкся Роман. — Формально у тебя уже выходной. Но в ситуации лучше бы разобраться.
— Да. Определённо.
Светлана так и не отперла дверь своей спальни, а послушно отправилась вслед за Романом на цокольный этаж в подсобку для персонала.