Предыдущая часть: На шаг впереди. Часть 1.
Нина опешила. Она готовилась к буре, к вопросам, к упрёкам. К истерике. А он спрашивал, устроилась ли она, словно она уехала в командировку или в санаторий.
- Да, спасибо. Артём, ты прочитал письмо?
- Прочитал.
- И ты всё понял? Ты не злишься? Пойми, мне нужно было пространство, я задыхалась в этом быте, я - творческий человек, мне нужно...
- Нина! Я всё понял. Правда. Ты - творческая личность, тебе надо искать себя. Я не злюсь.
Нина почувствовала странный укол разочарования. Ей хотелось, чтобы он поборолся за неё, чтобы хоть немного её отсутствие задело его. Но этот ледяной покой пугал её сильнее любой ярости. Она спросила:
- Дети, они знают?
- Да, Нина. Дети всё знают. Катя прочитала твоё письмо вслух, при Лене. Они, конечно, расстроились. Но ничего, переживут. Я им объяснил, что мама сделала выбор.
- Какой выбор? Артём, ты им ничего такого не говорил? Ты не настраиваешь их против меня?
- Я им сказал правду. Ты завела любовника Григория. Для встречи с ним сняла квартиру. Что тут настраивать?
- Откуда ты знаешь?
- От верблюда. Ты думала, я совсем слепой? Я знал про вас уже две недели. Ждал, когда ты сама одумаешься. Или, когда созреешь для разговора. Ты созрела для письма. Что ж, молодец.
Нина молчала, прижимая трубку к уху. В висках стучало. Свеча на столе догорела и погасла, оставив после себя тонкую струйку дыма.
- И Григорий твой, кстати, завтра на работу не выйдет. И в ближайшие дни вряд ли появится. У него небольшие проблемы со здоровьем и внешностью. Связи с ним, видимо, тоже пока не будет. Так что вечером можешь его не ждать.
- Что ты сделал?! Артём, ты с ума сошёл? Ты с ним встречался?
- Я? Нина, я - простой логист. Я бумажками занимаюсь. А Григорий твой, видимо, просто неудачно упал. С лестницы. В подвале. Бывает.
Нина вскочила с дивана, заметалась по маленькой комнате. Красиво сервированный стол, два бокала, остывшее шампанское - всё это теперь выглядело насмешкой.
- Послушай, это не то, что ты думаешь. У нас с Григорием ничего такого не было, мы просто коллеги, он должен был прийти поговорить о работе, о проекте...
- Нина. Остановись. Не унижайся. Ты - взрослая женщина. Я - взрослый мужчина. Ты хотела свободы и поисков себя? Ты их получила. Но есть один нюанс, о котором ты, видимо, забыла, когда писала свой опус.
- Какой?
- У Григория тоже есть семья. Жена и двое детей. Младшему, кажется, три года. Он, в отличие от тебя, творческую личность из себя не строил, а просто ходил на работу и изменял жене с коллегой. Так вот, чтобы ты не обольщалась и не ждала его сегодня у дверей с шампанским. И вот что, ищи себе квартиру надолго. Поскольку в нашу квартиру ты не попадёшь. Мы тебя не пустим. Вещи твои мы собрали, и завтра их тебе доставят.
Нина замерла. Она знала, что Григорий женат. Но он говорил, что у них давно всё формально, что они спят в разных комнатах, что он давно хотел уйти, но не решался. Она верила. Хотела верить. Артём уточнил:
- И ещё, Нина. Чтобы ты не тратила свои творческие силы на ожидание. Если он к тебе и приедет, то не раньше, чем через пару недель. Когда заживёт лицо и вставят зубы. Но я почему-то думаю, что он выберет всё же свою семью. Знаешь, некоторые люди умеют ценить тихое счастье в четырёх стенах. А некоторые, как ты, бегут за миражами. Ладно, мне детей кормить. Они на кухне, ужин готовят. Сами. Представляешь? Они уже взрослые.
- Артём, подожди, не бросай трубку, Я хочу поговорить с детьми. Я хочу им объяснить...
- Нет. Детям ты ничего объяснять не будешь. Не сейчас. Если захочешь увидеться, будем решать вопрос через суд и органы опеки. Ты оставила письмо на столе и ушла. Ты сделала выбор. Теперь живи с ним. Свободно. Творчески. Без нас.
- Ты не имеешь права запрещать мне видеть детей! Я их мать!
- А ты вспомни, что ты написала в письме. «Я решила пожить одна». Ты написала это не мне. Ты написала это им. Вслух при Кате мы это зачитали. Так что теперь твои дети знают, маме стало тесно, мама ушла искать себя. А детей с собой в творческие поиски не берут. Извини. Всё, Нина. Мне пора.
- Артём! Артём, не смей!
Нина уронила телефон на диван. В комнате стало совсем темно. Только уличные фонари отбрасывали желтоватые полосы на потолок. Она сидела неподвижно, глядя на два бокала. Потом медленно перевела взгляд на дверь в ванную, где на крючках висели два махровых халата. Ей показалось, что они висят там как два призрака. Как два несбывшихся обещания.
Она снова схватила телефон, набрала Григория. «Абонент временно недоступен или находится вне зоны действия сети». Она набрала снова. И снова. Десять раз подряд. Тишина.
Нина встала, подошла к окну. Внизу, во дворе, детвора лепила снеговика. Маленькая девочка в розовой шапке каталась с горки на ледянке, а отец ловил её внизу и кружил. Нина зажмурилась и отошла от окна. Ей вдруг стало физически холодно, хотя в квартире работали батареи.
Она вернулась в кухню, взяла бутылку шампанского, долго смотрела на неё, а потом, не открывая, поставила обратно в холодильник. Свечи догорели совсем. Есть ей не хотелось. Хотелось провалиться сквозь землю.
Впервые, за последние месяцы, наполненные сладкими мечтами о свободе и Григории, она осталась одна. По-настоящему одна. И тишина вокруг была не спасительной, а гробовой. Она достала телефон, открыла переписку с Григорием. Последнее сообщение от него было отправлено днём: «Вечером буду. Жди. Целую». Она перечитала его раз сто, словно надеясь найти там скрытый смысл.
Ничего не изменилось. Только жизнь вокруг изменилась.
В квартире Артёма было тепло и шумно. Катя жарила яичницу, Лена нарезала хлеб. Артём сидел на табурете и наблюдал за ними. В спальне стоял закрытый чемодан с вещами жены. На душе у него было странное, непривычное, но очень ясное спокойствие. Больно? Да, наверное, больно. Но это была чистая боль, как после удалённого зуба. Без гноя, без занозы. Катя, ставя сковородку на стол позвала:
- Пап, садись, всё готово.
- Спасибо, дочь.
И они сели ужинать. Втроём.
Нина просидела у окна до глубокой ночи. Телефон молчал. Григорий не вышел на связь. Ни звонка, ни сообщения, даже синей галочки в мессенджере. Она порывалась написать ему снова, но каждый раз останавливала себя. Гордость? Нет, скорее, страх. Страх услышать в трубке тот же ледяной, спокойный голос, каким говорил с ней Артём. Или, что ещё хуже, услышать голос его жены.
Она попробовала поесть, кусок сыра застревал в горле. Попробовала выпить шампанское, от одного глотка затошнило. Тогда она забралась с ногами на диван, укрылась пледом, который пах ещё магазинной упаковкой, и попыталась уснуть. Но сон не шёл. Мысли роились в голове, как потревоженные осы.
Она представляла, как Григорий входит в свою квартиру, как его встречает жена, как дети бегут к нему. Может, он сейчас ужинает с ними, смотрит телевизор, гладит младшего по голове и даже не вспоминает о ней. Может, для него всё это было просто игрой, а она, Нина, приняла игру за жизнь.
Где-то около трёх ночи она всё же задремала. Сон был тяжёлым, рваным. Ей снилось, что она стоит на пороге своей настоящей квартиры, держит в руках ключи, но замок не открывается. Она стучит, зовёт Артёма, детей, но за дверью тишина. А потом, дверь приоткрывается, и она видит мужчину, который сообщает, что здесь живут другие люди.
Нина проснулась в холодном поту. Часы на телефоне показывали половину седьмого утра. За окном едва брезжил рассвет, серый и неприветливый. В голове стучало. Она налила воды из-под крана, выпила и снова уставилась в потолок.
В семь утра она набрала Григория в последний раз. Телефон по-прежнему был выключен.
В восемь, когда за стеной у соседей залаяла собака, и зашумел лифт, Нина заставила себя встать и пойти в душ. Горячая вода немного привела её в чувство. Она смотрела на два махровых халата, висящих на крючках, и ей хотелось сорвать их и выбросить в мусоропровод. Но сил не было даже на это.
Она натянула домашнюю одежду, заварила растворимый кофе и села на кухне, тупо глядя в окно. План на десять дней, который она рисовала в блокноте с таким воодушевлением, валялся на полу, и чья-то невидимая нога будто прошлась по нему грязным ботинком.
Ровно в девять утра в дверь позвонили. Нина вздрогнула. Сердце подпрыгнуло и забилось где-то в горле. Григорий? Всё-таки пришёл? Она вскочила, одёрнула костюм, пригладила волосы и почти бегом бросилась к двери. Распахнула.
На пороге стоял пожилой мужчина в форменной куртке, с сумкой через плечо и планшетом в руках. Почтальон. За его спиной виднелась лестничная клетка с велосипедом соседа. Он, сверяясь с планшетом, спросил:
- Нина Сергеевна?
- Да.
- Распишитесь. Заказное письмо.
- А что это?
- Судебная повестка.
Слова упали, как камни в воду. Нина смотрела на конверт, который почтальон протягивал ей, и не могла пошевелиться. Мужчина терпеливо, но с ноткой усталости в голосе, повторил:
- Распишитесь, пожалуйста. Здесь и здесь.
Она взяла ручку, которая была привязана к планшету, и вывела какую-то закорючку, даже не глядя, куда ставит подпись. Почтальон кивнул, отдал ей конверт, сунул планшет в сумку и направился к лифту. Дверь захлопнулась.
Нина стояла в прихожей, глядя на казённый конверт. Он словно жёг пальцы. Она разорвала его прямо у двери, даже не пройдя в комнату. Там было:
«Исковое заявление о расторжении брака, разделе имущества и определении места жительства детей».
Дальше шли сухие юридические формулировки. Ответчик: она. Истец: муж. Дата и время предварительного судебного заседания.
Она пробежала глазами до пункта об имуществе. Квартира, в которой они жили, значилась как приобретённая истцом до брака на основании договора купли-продажи. Приватизация, старые сбережения, доставшиеся Артёму от бабушки - Нина всегда знала, что квартира его. Но как-то не задумывалась. Двадцать лет брака стёрли это ощущение «твоего-моего». А теперь бумага напоминала: ничего твоего здесь нет.
Дети. Катя и Лена. Истец просил оставить их с отцом, ссылаясь на то, что ответчик добровольно покинула место жительства, оставив письменное уведомление о намерении жить отдельно, что может быть подтверждено свидетельскими показаниями и самой запиской.
Записка. Та самая, про творческую личность и поиски себя. Нина закрыла глаза и прислонилась спиной к холодной стене прихожей. Она вспомнила, как писала её вчера утром на кухне, как старалась подобрать слова, чтобы звучало красиво и убедительно. Чтобы он понял. Чтобы не обиделся. Чтобы отпустил с миром.
Он отпустил. Вот так. Она сползла по стене вниз и села прямо на пол, сжимая в руках повестку. В голове билась одна мысль: как быстро. Как же быстро всё случилось. Прошло меньше суток с момента, как она вышла из той квартиры, а он уже подал на развод. Неделю ждал? Две? Или всё решил вчера вечером, после разговора с ней? Или ещё раньше, когда бил Григория?
Григорий. Она снова набрала его номер. Телефон всё ещё был недоступен. Нина швырнула телефон на диван и зарылась лицом в ладони. Плечи её затряслись. Но это были не слёзы - сухие, злые конвульсии. Она не плакала. Она пыталась переварить то, что с ней случилось.
Стук в дверь заставил её вздрогнуть снова. Она подняла голову, вытерла лицо рукавом и замерла. Кто теперь? Григорий? Пристав? Она медленно подошла к двери, посмотрела в глазок.
На пороге стоял курьер в зелёной форме службы доставки, а рядом с ним - два огромных чемодана и несколько пакетов. Её чемоданы. Её вещи.
Нина открыла дверь. Курьер сверился с накладной, сказал:
- Вы Нина Сергеевна? Распишитесь. Ваш груз. Оплачено отправителем.
Он занёс чемоданы в прихожую, поставил один на другой, сунул ей планшет с накладной и исчез так же быстро, как и почтальон. Нина смотрела на гору вещей, которые занимали теперь половину маленькой прихожей. Аккуратно уложенные, замотанные скотчем, с бирками. Словно багаж пассажира, который сошёл с поезда на полпути и больше не вернётся в вагон.
Она открыла верхний чемодан. Сверху, на её любимом шёлковом платье, лежала та самая открытка - кривой котик с сердцем, которую Артём нарисовал ей десять лет назад. Он не выбросил. Он вернул.
Нина взяла открытку в руки, долго смотрела на неё, а потом разорвала пополам. И ещё пополам. И ещё. Мелкие кусочки цветной бумаги посыпались на пол, смешиваясь с пылью чужой прихожей.
Предыдущая часть: На шаг впереди. Часть 1.
Продолжение: На шаг впереди. Часть 3.
Если заметили опечатку/ошибку, пишите автору. Внесу необходимые правки. Буду благодарен за ваши оценки и комментарии! Спасибо.
Фотографии взяты из банка бесплатных изображений: https://pixabay.com и из других интернет-источников, находящихся в свободном доступе, а также используются личные фото автора.
Другие работы автора:
- за 2023 год: Навигатор 2023
- за 2024-2025-2026 год: Навигатор 2024
- подборка работ за 2020-2025-2026 год: Мои детективы