Это начало.
Артём покормил дочерей, которые уже были готовы к выходу в школу. Сказал им:
- Девчонки, сегодня у нас сложный день. Что делать, вы знаете.
Старшая дочка Катя ответила:
- Пап, только ты не перестарайся. А то мы ночевать будем дома одни.
- Всё нормально.
Когда они стояли у входной двери, из спальни появилась Нина и прошла в душ. По пути туда кивнула дочкам и мужу, не сказав ни слова. Она делал вид, что находится вся в работе. На самом деле у неё закрутилась интрижка с коллегой по работе Григорием, которая занимала большую часть её времени. Его не хватало ни на что. И на мужа с дочками тоже. Сегодня, по её планам, она должна была покинуть квартиру, оставив мужу письмо, в котором сообщала ему о том, что решила пожить одна. Поскольку она творческая личность и ей надо найти себя.
Для этого она сняла квартиру на десять дней, хотя в письме утверждала, что будет жить у своей подруги, о которой Артём ничего не знает.
Быстро приняв душ и собрав небольшое количество вещей, она вызвала такси и через полчаса была на съёмной квартире. Уезжая, положила на кухонный стол письмо мужу. Сегодня на работу идти она не планировала. Взяла отпуск на 10 дней. Вечером к ней должен был приехать Григорий.
Закрыв за собой дверь съёмной квартиры, Нина прислонилась к ней спиной и перевела дух. Сердце колотилось где-то в горле. Свершилось. Она сделала это. В голове смешались чувства: лёгкая эйфория от свободы, острый укол совести при воспоминании о лице Артёма, который даже не подозревал, что их браку только что был нанесён удар, и, наконец, предвкушение вечера.
Нина огляделась. Квартира - типичная «двушка», посуточная аренда. Стерильно чисто, но безлико. Простая мебель, на диване две подушки, на стенах - дешёвые постеры в рамках. Пахло свежим ремонтом и моющим средством. Ей вдруг захотелось, чтобы сегодня вечером здесь было не просто чисто, а уютно, чтобы Григорий, переступив порог после работы, ахнул. Чтобы это место стало их маленьким миром, а не просто временным пристанищем. Она бросила сумку с вещами на пуфик в прихожей и прошла на кухню. Заварила себе крепкий чай, чтобы успокоить нервы, и приступила к обустройству.
Первым делом Нина перестелила постель в спальне. Сняла пахнущее порошком бельё и достала из сумки своё нежное, сатиновое, купленное когда-то давно и так ни разу и не использованное. Она тщательно расправила каждый угол, взбила подушки. Рядом с кроватью, на тумбочку, поставила небольшой ароматический диффузор с запахом ванили и сандала, который всегда нравился Григорию.
Затем она перешла в гостиную. На журнальном столике появился её ноутбук, а рядом - стопка книг, которые она давно хотела прочитать, но вечно не хватало времени. Теперь-то времени было хоть отбавляй, ведь Григорий будет ходить на работу. Она достала из пакета с продуктами, спелую хурму, виноград и несколько мандаринов, помыла их и красиво разложила в вазе, которая сиротливо стояла в углу стола. Холодильник она предусмотрительно заполнила: охлаждённое шампанское, лёгкая закуска, оливки и кусочек сыра с плесенью, который Григорий обожал.
Когда основные хлопоты были закончены, Нина задержалась в ванной. Разложила свои косметические принадлежности на полочке, повесила на крючок два махровых халата, которые тоже привезла с собой. Один - свой, второй - для него. Глядя на эти два халата, висящих рядом, она почувствовала неловкость. С Артёмом у них были общие халаты, они никогда не заморачивались такими деталями. А здесь, в этой маленькой квартирке, всё было по-другому. Всё было только для них двоих.
Часы показывали половину четвёртого. До прихода Григория оставалось ещё три часа. Нина снова села в кухне, обхватив ладонями остывшую кружку с чаем. Ей стало не по себе от тишины. В этой тишине мысли о доме, о дочерях, об Артёме, которые она отчаянно пыталась заглушить суетой, снова выползли наружу. Она представила, как они сейчас пришли из школы, как Артём, наверное, уже прочитал письмо. Что он чувствует? Обиду? Злость? Растерянность? Она отмахнулась от этих мыслей, как от назойливой мухи. Мысленно, словно убеждая саму себя, она повторила текст письма:
- Я - творческая личность, мне нужно пространство. Я имею право на поиски себя.
Взгляд её упал на телефон. Григорий всё не писал. Она уже хотела написать первой, но сдержалась. Не хватало ещё показаться навязчивой. Чтобы скоротать время и окончательно привести мысли в порядок, Нина достала небольшой блокнот и ручку. Решила набросать планы на эти десять дней: музеи, выставки, просто долгие прогулки по незнакомым районам. Она рисовала в блокноте загогулины, но думала только о том, какой одеколон сегодня будет на Григории и как он удивится, увидев два халата в ванной. Но она знала, что к десяти вечера Григорию надо быть дома. У него тоже семья и дети.
В какой-то момент она поймала себя на том, что убирает несуществующую пылинку с подоконника. Всё было идеально. Атмосфера томительного ожидания сгущалась вместе с сумерками за окном. Нина зажгла несколько свечей, которые нашла в ящике кухонного стола, выключила верхний свет и устроилась на диване, вглядываясь в темноту двора. Теперь оставалось только ждать.
Григорий находился на работе в приподнятом настроении и ближе к концу рабочего дня решил пойти покурить на лестницу. Поскольку в офисе курение было запрещено, сотрудники выскакивали на перекур либо на улицу, либо под лестницу у входа в подвал. Перед этим ему перезвонил кто-то и сказал, что ждёт его на перекур. Он спустился вниз, за ним следом кто-то спустился. Оглянувшись, он замер. Это был Артём, муж Нины. Тот поздоровался, но Григорий промолчал, понял, что всё это неспроста. Артём спросил:
- Гриша, чего молчишь? Язык проглотил? Думаешь, я не знаю о твоих шашнях с моей женой?
- У нас с ней ничего не было.
- Ну, чтобы это было наверняка, я должен тебе кое-что объяснить. Что ты зря это сделал.
- Что именно?
- Интрижку завёл с ней.
Григорий очнулся. Он лежал на бетонном полу в курилке, возле входа в подвал. Лицо было разбито. Поворочав языком во рту, Григорий понял, что некоторые зубы отсутствуют, понял и другое, что интрижка с Ниной у него завершилась, не успев начаться.
Артём поднялся с корточек, отряхнул брюки и ещё раз взглянул на Григория, который бессознательно постанывал, приходя в себя. Боль в костяшках правой руки пульсировала, но Артём её почти не замечал. В голове шумело, но мысли были на удивление чёткими.
Артём вышел из подвала, вытер руки платком и зашёл обратно в офис. Его никто не видел. Он вообще работал в другом здании, в отделе логистики, и знал этот офис как свои пять пальцев. Знал, где камеры, а где слепые зоны. Знал, что курилка под лестницей - самое тёмное и безопасное место для разговора.
По пути к выходу он набрал такси, и скоро машина ждала его у проходной. Артём сел на заднее сиденье и назвал адрес. Дома его встретила тишина. Та особенная тишина, которая бывает, когда из квартиры ушло что-то важное. Он прошёл в кухню и увидел письмо на столе. Даже не письмо, а листок из блокнота, небрежно вырванный, сложенный пополам. Артём усмехнулся. Творческая личность. Надо же.
Он не стал его читать. Просто сунул в карман. Первым делом Артём достал из ящика в прихожей коробку с новым замком. Он купил его ещё месяц назад, когда чинил входную дверь, и тогда сам не знал, зачем берёт про запас. Сейчас знал. Работа заняла минут двадцать - руки делали всё на автомате, пока голова прокручивала сцены сегодняшнего дня.
Замок вошёл плотно, с характерным щелчком. Артём вытер пот со лба и направился в спальню. Дальше он действовал методично, как на работе при инвентаризации склада. Её вещи - отдельно. Его - отдельно. Он открыл шкаф и начал выкладывать на кровать Нинины платья, блузки, джинсы. С полок отправились вниз стопки её белья, косметичка, фен. С туалетного столика - баночки с кремами, духи, расчёски, заколки. В ванной собрал её шампуни, гели.
Артём работал молча, без злости. Только, когда достал с антресоли её чемодан и раскрыл его на полу, внутри что-то кольнуло. На дне чемодана лежала старая открытка, которую он нарисовал ей сам лет десять назад, когда они ещё встречались. Кривой котик с сердцем и надпись: «Нине от самого счастливого человека на земле!». Он постоял секунду, глядя на неё, потом перевернул открытку рисунком вниз и продолжил укладывать вещи.
Всё летело в чемодан без разбора, без любви, без той аккуратности, с которой Нина собирала вещи для Григория в съёмной квартире. Просто работа. Просто закрыть этап. Чемодан наполнился быстро.
В коридоре хлопнула входная дверь, которую он не закрыл. Детские голоса, смех, топот ног. Катя крикнула:
- Пап, мы пришли!
Артём вышел из спальни, закрыв за собой дверь. В прихожей стояли обе дочери: Катя с рюкзаком наперевес, младшая Лена развязывала шарф.
Катя сразу всё поняла. Взгляд скользнул по отцу, по его руке с разбитыми костяшками, по закрытой двери спальни. Она спросила:
- Ну, что, пап? Всё, как ты предполагал?
Артём кивнул, достал из кармана помятое письмо.
- Да, Кать. Вот, сама почитай.
Катя взяла листок, развернула. Лена подошла ближе, заглядывая через плечо сестры. Артём смотрел, как меняются лица дочерей. Катя читала быстро, её брови ползли вверх. Лена вчитывалась медленнее, шевеля губами. Катя, поднимая глаза на отца, переспросила:
- Творческая личность? Пап, она серьёзно? Найти себя? Она ушла, чтобы найти себя?!
Артём пожал плечами.
- Видимо, да.
- А это что за Григорий? Кто это? Подруга? Она пишет, что у подруги, а ты говоришь Григорий?
- Это я потом объясню. Коротко, у мамы появились другие планы. На десять дней. А может, и больше.
Лена всхлипнула и прижалась к сестре. Катя обняла её за плечи, но сама держалась. Она была старшая, ей уже шестнадцать. Она понимала больше, чем хотела бы. Катя кивнула на дверь спальни и спросила:
- Пап, а это что? Там чемодан?
- Да, я собрал её вещи. Замок в двери новый. Если она захочет вернуться, ну, посмотрим. Но пока так. Вот ваши ключи.
Катя молчала. Лена шмыгала носом. Артём подошёл к ним, обнял обеих сразу. Они прижались к нему, такие тёплые, живые, настоящие. Пояснил:
- Девочки, мама сделала свой выбор. Мы с вами остаёмся одни. У нас всё будет нормально. Обещаю.
Катя подняла голову, посмотрела ему в глаза.
- Пап, а ты как? Ты справишься?
- Я справлюсь. Я же не творческая личность. Я просто ваш папа. А это, знаете, покрепче всяких творческих поисков будет.
На кухне закипел чайник, который Катя поставила машинально, когда зашли. Артём отпустил дочерей, и они пошли на кухню. Лена достала чашки, Катя - печенье. Обычная жизнь, обычный вечер. Только мамы за столом не было. И неизвестно, будет ли когда-нибудь.
В съёмной квартире Нина вздрогнула от звука сообщения в телефоне. Она решила написать Григорию. Но его телефон был выключен. Она набрала снова. И снова.
Свечи на столе догорали. Халаты висели в ванной. Шампанское в холодильнике ждало, когда его откроют. Нина сидела в тишине, глядя на два бокала, которые поставила на журнальный столик. Ровно, красиво, надеясь.
Решила позвонить мужу, посмотреть на его реакцию.
Нина набрала номер Артёма. Гудки шли долго, и с каждой секундой её сердце билось всё чаще. Она уже почти решила сбросить вызов, когда в динамике раздался щелчок и знакомый, спокойный голос произнёс:
- Слушаю.
Нина замялась. Она не ожидала, что он ответит. И так ровно. Без тени волнения или злости.
- Артём, это я.
- Я понял. Ты как? Устроилась?
Это начало.
Продолжение: На шаг впереди. Часть 2.
Если заметили опечатку/ошибку, пишите автору. Внесу необходимые правки. Буду благодарен за ваши оценки и комментарии! Спасибо.
Фотографии взяты из банка бесплатных изображений: https://pixabay.com и из других интернет-источников, находящихся в свободном доступе, а также используются личные фото автора.
Другие работы автора:
- за 2023 год: Навигатор 2023
- за 2024-2025-2026 год: Навигатор 2024
- подборка работ за 2020-2025-2026 год: Мои детективы