О том, почему Москва не может позволить себе потерять Тегеран, – обозреватель «Абзаца» Андрей Перла.
Не думаю, что сильно кого-то удивлю, если скажу, что большинство граждан России в начавшемся на Ближнем Востоке большом конфликте сочувствуют Ирану и желают поражения Израилю и США. Однако еще меньше я поражу вас, если отмечу, что в глазах многих, если опять же не большинства, наших соотечественников это «чужая война», в которую Кремлю ни в коем случае не нужно вмешиваться.
Плохо, конечно, что Дональд Трамп совершил акт агрессии и попрал международное право, еще хуже, что под бомбардировками гибнут беззащитные дети (от крови 150 учениц начальной школы ни американцам, ни израильтянам вовек не отмыться, им это вечно будут припоминать, как бандеровцам* – Хатынь). Но все-таки это же где-то далеко, через две страны от наших южных границ, рассуждают сограждане.
И ошибаются. То, что происходит с Ираном, – это совсем рядом с нами и может оказаться даже важнее для России, чем события на фронтах СВО.
Хуже того, с иной точки зрения, война там, на далеком юге, сегодня ведется не только против Исламской Республики, но и против Российской Федерации и ее интересов. Чего, собственно, хотят от Ирана его противники?
Формально – отказа от ядерной программы и безопасности для Израиля. Фактически – смены политического режима и политического курса.
Трамп и Биньямин Нетаньяху в последние дни только и делают, что призывают недовольных в Иране к уличному бунту. А в чем смысл этой революции?
В том, чтобы Иран превратился из союзника России и Китая в сателлита США. Разоренного, бессильного, но, самое главное, предоставившего в распоряжение гегемона свой нефтяной экспорт.
С послушного Ирана американцы снимут санкции, чтобы контролировать топливные потоки. Если это произойдет, США черным золотом Исламской Республики станут замещать потребности мирового рынка в нефти российской – для всех, кроме Китая.
Это будет очень серьезным ударом по нашей экономике, способом давления на воюющую Россию. Однако и возможный захват янки иранской нефти – лишь полбеды.
Настоящая беда – разрыв только-только начавшего действовать транспортного коридора Север – Юг. На этом маршруте из Индии в Россию Иран с его портами на Каспийском море – ключевой участок.
Первый пилотный контейнер в порт Махачкалы прибыл в ноябре 2024 года. Развитие торгового пути в 2025-м было вполне успешным. Теперь следует ожидать, мягко скажем, сложностей.
Для чего этот маршрут нужен нашей стране? Все очень просто: транзитное время груза в коридоре Север – Юг морским путем и железнодорожным транспортом от Индии через Иран в Россию – 15–25 дней, а традиционным путем через Суэцкий канал – 25–40 дней.
Время – деньги. Деньги, которые США и Израиль не хотят видеть в карманах России и Ирана. Запад очень надолго наложит лапы на эти средства, если Исламская Республика падет.
На сегодня Россия и Китай очень жестко оценили американскую агрессию. Однако ожидать, что дипломатические усилия в Совете Безопасности ООН к чему-то приведут, не приходится.
У янки там такое же право вето, как и у нас. Они свободны в своих действиях по всему миру, как и мы.
Россия не может позволить себе допустить разгром Ирана и подчинение страны США из этических, гуманитарных, прагматических соображений. Что она будет делать конкретно – покажет время.
Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.
*Степан Бандера – один из лидеров запрещенной в РФ экстремистской организации ОУН-УПА.