СТО ТРЕТЬЯ ЧАСТЬ
Копирование текста и его озвучка без разрешения автора запрещены.
-Да, что они там с ума, что ли посходили? – ахнула я, – Им, что, совсем свою жизнь не жалко?
Дело не в жалости, просто эта война уже всем надоела, а ей конца и края нет. Думали, что всё... Изничтожили эту проклятую ведьму, стёрли с лица земли, ан нет... Она как гидра, ей голову отрубишь, а она отрастит три другие... Все хотят с ней побыстрей покончить и мирно зажить.
Хм... – усмехнулась я, – задумали наивные мужики биться с хитрющей бабой. Вы думаете, что принимая бой один на один, вы сможете её победить? Она же ушлая и вы будьте с ней хитрее.
-Если ты такая умная, то почему такая бедная? – огрызнулся ведун, – Ты думаешь что, мы тут все дураки? Мы уже кучу способов борьбы с ней испробовали, но ни к чему так и не пришли. Все наш попытки заканчиваются на краю нашей же деревни. Мы даже переместиться не успеваем в лес. Оборотни полукольцом окружили деревню так, что до леса добраться вообще возможности нет.
Я удивлённо посмотрела на ведуна. Само слово "полукольцо" уже давало возможность выбраться, а он говорил с таким отчаяньем, будто сидел в плотном окружении. Конечно, возможно, я чего-то не понимала, возможно, как и любому советчику, со стороны казалось всё легко, но что-то мне подсказывало, что выход есть, но кое-кто просто упёрся в забор рогом.
-А, может быть... – начала я было говорить, но меня резко прервал Стефан.
-Не может! Ты девонька лучше своими делами займись, вон, лучше людей лечи, война не бабское дело...
-Пф... Подумаешь, – с обидой произнесла я и под нос себе пробубнила, – раз ты такой грубый, то в следующий раз доведу тебя до полусмерти и только потом начну лечить. Когда тебе будет очень больно и ты станешь просить помощи, тогда и посмотрим, каким тоном заговоришь.
-Саш, принимай ещё, – услышала я позади себя.
Прибыла ещё пара раненых ведунов и я плюнув на обиду, принялась за работу. В этот раз раны были наисвежайшие, поэтому их было легко лечить обмыла раны водой из ручья, помазала мазью и приказав следить за температурой, переходила к следующему. Кто-то температурил, кто-то нет, но к вечеру первые бойцы уже вернулись в строй, а их место заняли новые раненые. По моим расчётам, судя по передвижениям ведунов, бой длился почти сутки, но атмосфера на поляне царила какая-то бесшабашная, что ли. Даже тяжело раненые не стонали, не впадали в беспамятство, а старались держаться из последних сил, не стонать, а улыбались и шутили без умолку. Я тоже поддерживая их боевой дух, шутила, смеялась и залечивая раны, порхала как бабочка от больного к больному. Но только от этого уставала ещё больше, чем в прошлые сутки. Первые двенадцать часов ещё кое-как справлялась, но когда солнце зашло за горизонт, я поняла, что мой заряд энергии закончился и меня начало вырубать. Я стала рассеянной, трижды сварила отвар от температуры, вместо заживляющего. Слава Богу, что все зелья более или менее отличались друг от друга по цвету и я сразу смогла понять что к чему. Часам к десяти вечера уже поняла, что ничего не соображаю, поэтому вырвала из тетради листок и стала все необходимые действия записывать. Сейчас я как никогда поняла, зачем врачи заводят карту больного. Под утро, когда я сидела под навесом и изо всех сил старалась не заснуть, чтобы не испортить драгоценное зелье, у моих ног бухнулся последний, в этом бою, раненый – Платон.
-Привет, – сказал он тихо с идиотской улыбкой на губах и робко помахал рукой, - расчёт окончен.
-Бились, конечно же до последнего, – хмуро заметила я и без лишних слов задрав футболку ведуна, автоматически потянулась к бутылке.
-Может, я сам, – предложил он и осторожно выдернул её из моих рук.
-Ну, сам так сам, – безэмоционально ответила я и указывая пальцем на банки с зельями, пробубнила, – промоешь рану, сначала этим помажешь, потом если темпер вылезет, вот это выпьешь, а я спать.
Платон, кажется, что-то мне ответил, но мой мозг уже выключился и я на автомате передвигая ногами, добралась до матраса и рухнула на него, даже не совершив попытки снять хотя бы рубашку.
Утром следующего дня, открыв глаза, я поняла, что ненавижу солнце. Какого рожна оно встаёт так рано, чего ему не сидится на той стороне планеты Земля. С трудом сев, я потянулась и прислушалась к шуму снаружи. Кто-то тихо переговаривался и мне сразу же стало понятно, что мне снова толком не помыться. Пожалев себя в очередной раз, с тоской посмотрела на полотенце и подумав, что при чужих мужиках я точно мыться не буду, отмахнувшись, вышла из палатки.
Под навесом сидели трое, незнакомых, мне ведунов.
-Какие-то проблемы с выздоровлением? – спросила, поздоровавшись, я.
-Угу, - дружно кивнули все трое, – температура всю ночь не спадала, к утру опустилась до тридцать семь и пять. Платон сказал остаться, чтобы ты за нами понаблюдала.
-Что, у всех троих одинаковые симптомы? – удивлённо спросила я и когда ведуны кивнули, нырнула под навес, – Очень любопытно... Ладно, давайте осмотрим ваши раны.
Осмотрев их всех. и расспросив о том и о сём, я поняла, что ребята примерно одинакового возраста, с самого детства крепко дружили, с одинаковым родом занятий, живут в одном регионе и только и смогла покачать головой. Конечно, это могло быть всего лишь совпадением, но мне почему-то казалось, что между ними существует какая-то связь, что-то напоминающее ведовские родственные связи. Причину я не нашла, но пометочку в тетради сделала. Немного подумав, ещё дописала, что таких ребят не следует отправлять всех вместе на одно задание. В такой компании одного ранят, а загнуться от боли все. Подождав, когда температура у больных понизится до нормальной, отпустила домой.
Солнце приближалось к зениту, когда всех разогнав и убравшись в палатках, устало плюхнулась на табуретку у стола. Посмотрев на вымытые банки, я подумала, что нужно бы ещё сварить зелья, но делать этого не хотелось, если честно, то меня от него уже тошнило. Становилось жарко и ужасно хотелось помыться и отдохнуть. Покрутив головой и окинув взглядом свои волшебные владения, я плюнув на всё, написала записку на случай чьего-то появления, прихватила ворох грязного белья и переместилась домой.
Как всегда я появилась посреди двора, недалеко от стола, находящегося в моём меленьком садике и, пока не зашевелилась странная толпа за забором, наощупь потопала по дорожке к дому.
-Эй, красотка, и куда мы так борзо направляемся? - неожиданно для себя услышала я окрик.
Голос был явно мужской, но ни с голосом сына, ни с голосом Платона он не имел ничего общего, что меня крайне удивило. Выглянув из-за горы белья, увидела странную картину. Пока меня не было, кто-то на крыльце нагло похозяйничал. С правой стороны крыльца, между двух столбов, служивших опорой для навеса, висел ярких цветов гамак и сейчас в нём кто-то лежал.
-Эй, красотка, я тебе говорю, что в моём вопросе не понятно? – без всякого уважения, обратился ко мне обладатель гамака.
Опершись на край оного, он лениво приподнял голову и я увидела конопатую физиономию соседского мальчишки Сёмки, лучшего друга моего Николая.
-А по сопатке? – ответила я ему с вызовом и опустила бельё пониже, чтобы парень увидел моё лицо.
-Ой, блин, тёть Саш, – испуганно пропищал Семён и, совершив несколько резких движений, вывалился из гамака. Упав на крыльцо, он ойкнул и быстро поднялся на ноги. – Ой, теть Саш, тебя совсем не узнать. Я думал девка какая-то из этих зомби во двор пробралась. Извините.
Он сделал неловкий кивок головой и как рак, бочком, мелкими шажками начал приближаться к входной двери.
-Семён, каким ветром тебя занесло в нашу деревню? – стараясь не смеяться, спросила я.
-Так это... Меня Коля позвал... Он же ж второй месяц тут гасится, у него уже отпуск заканчивается, а мы даже ещё не бухали... Ой, – тут же спохватился он и тут же покрылся пунцовой краской, - извините, не посидели с ним не разу, – тут же поправился он.
-Ага, давай, рассказывай, вешай мне лапшу на уши. – подумала я и, глядя себе под ноги, начала подниматься по ступенькам, – А чего в гамак полез?
-Так это, Катя в доме убирается, Колян в огороде за домом возится, – затараторил парень, – а я тут, значит, на стрёме стою. Ты не подумай чего, меня сам Коля позвал на помощь... Ну, и Катя, опять же...
-Причём тут Катя? - подумала я и скомандовала, – Дверь открой.
Семён услужливо открыл мне дверь и как только я вошла в дом, тут же закрыл её за мной.
-Дочь, ты где? – крикнула я, кинув у порога грязное бельё.
Катя выглянула из кухни.
-Мам, привет, я так и знала, что ты опять стирку принесёшь. Мальчишки уже натаскали воду, можешь сразу закидывать стирку. В душе вода, уже тёплая, можешь сразу идти мыться.
Закинув в машинку несколько простыней, я тут же схватилась за полотенце и свежую одежду.
Современный человек с большого континента давно уже воспринимает блага цивилизации как нечто само собой разумеющееся, и совершенно не понимает, что принимать теплый душ, да ещё и с гелем для душа это почти как дар свыше. – думала я, подставив лицо под тонкие струйки воды, – Боже, как же это хорошо, не то, что ковшиком мыться...
Разомлев от удовольствия, я потянулась за мочалкой и в тот же миг услышала нарастающий шум голосов. Подозревая, что это гомонят подзаборные гости, я не стала выскакивать из душа в чём мать родила и принялась тщательно намыливаться. Я почему-то подумала, что минута - две и всё прекратится, но мои ожидания не оправдались. Голоса не утихли, но и не стали громче. Складывалось ощущение, будто это кто-то завел монотонную пластинку.
-Странно как-то всё это, – подумала я, смыла с себя пену и быстро одевшись, приоткрыв дверцу, выглянула во двор.
Люди за забором явно были чем-то встревожены, все их взоры были направлены вглубь двора. Сначала я не сообразила в чём дело, но выйдя из душа, увидела Катю, спокойно накрывавшую стол в саду к обеду.
-Дочь, может не стоит людей злить, – сказала я, вытирая волосы, на ходу, - а то не дай Бог ещё на заборе все повиснут и сломают его к такой-то матери. Да, ладно бы просто сломают, так ещё же и внутрь попадут. Тогда мы даже и убежать в дом не успеем.
-Не, тёть Саш, не сломают, не боись, - успокоил Сёмка, принеся кастрюлю с чем-то горячим и торжественно водрузив её в центре стола, – эти зомбаки совершенно безобидные.
-Откуда ты знаешь, – наехала я на него, – почему ты так уверен? И кстати, почему именно зомбаки?
-Зомбаки они и есть, – фыркнул парень, – от этого и взялась уверенность. А почему? Так ты на них сама взгляни. У них движения, у всех синхронные, они двигаются как брошенные персонажи в компьютерных играх. Это как... Ну, ты играешь, такой играешь и тут раз, в туалет приспичило. Ты бросаешь всё и бежишь в сортир, а в это время перс стоит и топчется на месте, будто в стену уперся и раз за разом повторяет одни и те же движения.
-Ну, половину из твоих объяснений я конечно ж не поняла, – хмыкнула я, – но суть уловила. Ты хочешь сказать, что сейчас они тихо топчутся на месте.
-Ну, да, причём, заметьте, они делают это синхронно.
-Я это когда осознал, – продолжил разговор, подошедший к нам, Николай, - честное слово, даже мне стало жутко.
-Так может, чтобы никого не смущать, мы уйдём в дом, - робко предложила я.
-Да, ну их, мам, – небрежно отмахнулась Катя, – пусть топчутся, мы уже к этому привыкли, а тебе, если не по себе, сядь к ним спиной.
Я тут же представила как сижу к толпе спиной, а они тихонько подкрадываются сзади ко мне на цыпочках и меня тут же передёрнуло.
-Бррр, да ну их нафиг. Нет уж, я лучше к ним лицом сяду. И вообще, пока нет боёв, нужно взять и с ними разораться, это же не дело под таким надзором жить. Давайте, излагайте ваши наблюдения, подумаем, что с ними сделать.
-Да, в общем-то мы уже рассказали всё. Они вроде как безобидные и не вызывают больших опасений. Мы просто так, на всякий случай бдим. – ответил мой сын, – А так, по их поведению и сказать-то больше и нечего, Семён всё правильно изложил.
-То есть вы хотите сказать, что больше не было попыток прорваться внутрь и у них, так сказать, сейчас спящий режим? – ребята дружно кивнули в ответ, – Так, так, так, – протянула я задумчиво, потому что ответ мне, кажется, уже был понятен.
Я почти на сто процентов была уверена, что это то же самое, что творилось у меня за барьером на поляне. Уж очень мне напоминали эти ребята, тех оборотней, только вид у них был другой. И те как клоуны развлекали меня целыми днями, предваряя в жизнь даже самые глупые мои идеи, а этих оставили у забора в спящем режиме. Что, в общем-то тоже подходило под мою теорию. Если взять за основу, что это проделки одной той же ведьмы, то пока не было сильных боёв, она развлекалась, ну или добивалась какой-то своей цели у порога моего дома, кидала в бой своих человекообразных монстров, пытаясь занять мой двор. А потом что-то случилось и она их забросила, снова занялась оборотнями, стараясь сделать что? Чего вообще хочет эта больная женщина, чего добивается? На тот вопрос вообще ответить невозможно. Ну, нет логики в этих действиях, ну хоть ты лопни, хоть тресни, ну нет... Одно понятно, что двумя делами одновременно заниматься она не может. Либо она запускает этих человечков у моего забора, либо ведёт чудовищ в бой с ведунами. Сейчас как раз с оборотнями затишье. И вдруг меня осенило и я перестав жевать, прошептала:
- Ребята, хватаем посуду в руки и валим в дом.
- Куда валим, зачем? – спросил меня мой сын и недоумённо уставился на меня.
Быстро говорю, и чтоб вез вопросов, – процедила я сквозь зубы и, приподняв в воздух скатерть со всем её содержимым, быстро зашагала к дому.
-Ой, мамочки, – прошептала Катя и ребята, выйдя из-за стола, попятились следом за мной, не упуская незваных гостей из вида.
ПРОДОЛЖЕНИЕ