Вопрос об индустриализации страны и реконструкции сельского хозяйства со всей остротой поставил вновь вопрос о подготовке рабочей силы и роли в этой подготовке политехнического образования...
В кругах просвещенцев уже возобновился затихший было спор о политехнизме и о том, как должно быть поставлено преподавание политехнизма.
Остановимся и мы на этом вопросе.
Вопрос об индустриализации выдвинут партией не случайно, конечно. Сознание необходимости отказаться от старых способов обработки земли и её продуктов охватывает всё более и более широкие слои населения. Необходимость индустриализации страны есть лишь выражение остро назревшей и осознаваемой нами потребности. В письме к Г. Штаркенбургу от 25 января 1894 г. Ф. Энгельс писал:
«Если у общества появляется техническая потребность, то она продвигает науку вперёд больше, чем десяток университетов. Вся гидростатика (Торичелли и т. д.) вызвана была к жизни потребностью регулировать горные потоки в Италии в XVI и XVII веках. Об электричестве мы узнали кое-что разумное только с тех пор, как была открыта его техническая применимость»1.
Потребность в технике толкает вперёд науку. Потребность в технике будит интерес к технике не только в людях науки, но и широких массах. Сейчас интерес к технике в массах велик. Необходимо только его умело питать, направлять в надлежащее русло. Интерес к технике у взрослых заражает, и подростков, и детей.
Недавно мне приходилось наблюдать малыша пяти лет, сына инженера. У мальчика ярко выраженный технический уклон интереса. Он ударяет деревянной лопаткой о каменный пол. Ему говорят: «Что ты, Санечка? Брось! Пол пробьешь». Надо было видеть, с каким презрением он ответил: «Лопатка деревянная, а пол каменный, как же я его пробью?» Я видела, в каком изумлении тот же малыш остановился перед вентилятором: «Что это?» Ему постарались объяснить. И вечером, засыпая, он, полусонный, вдруг открыл глазки и сказал: «А эта вентимельница, почему она вертится?»
Интерес к технике надо будить с самого раннего возраста. Он зарождается сам собой, но мы его всячески заглушаем, топчем. Школа, если она не политехническая, делает это ещё больше, чем семья.
Если мы всерьёз хотим ставить политехническое образование, то мы должны издать письмо для родителей— рабочих и работниц, — как будить у ребят интерес к технике, мы должны просмотреть программу детского сада и посмотреть, как может детский сад будить интерес к технике, мы должны просмотреть с этой точки зрения программы нашей четырёхлетки и семилетки, мы должны соответствующим образом строить всю внешкольную работу.
Обучение всякому труду может носить или профессиональный, или политехнический характер.
Возьмём хотя бы такой обычный предмет обучения, как шитьё. Можно учить шить по-разному. Можно учить часами делать ровные стежки или метать петли. Это будет обучение ремеслу. А можно это обучение поставить совсем по-иному. Можно поставить его так, чтобы оно было связано с изучением материала и инструмента, чтобы ребёнку ясно стало, как для разного материала нужен для производства одного и того же процесса разный инструмент: одной иглой надо шить кисею, другой — сукно, кожу надо шить шилом, бумагу надо не сшивать, а склеивать, дерево надо не сшивать, а сколачивать и т. п. Это будет уже политехнический подход к изучению шитья. Можно давать работать не только в одиночку, но и коллективно: вдвоём, втроём, по счету, — внося в работу ритм, то замедляя, то ускоряя его, а потом проделывая ряд других движений также под ритм, под песню. Можно обучать и шитью на машине по-разному: можно указать только, как вертеть колесо, вставлять челнок и пр., или же можно связать обучение шитью на машине с изучением самой машины и аналогичных машин. Можно, таким образом, обучать шитью как ремеслу, можно обучать шитью, связывая это обучение с анализом материала, инструмента, двигателя и пр., — это будет политехническое обучение.
Ясно, что подход к обучению зависит от политехнической квалификации преподавателя, от умения его связывать простейшие трудовые акты с более сложными, наглядно анализировать все элементы трудового процесса, а не от одного оборудования. Когда существовало только ремесло, тогда не могло быть политехнического образования, ибо между ремёслами была стена, неясно было, что общего между этими ремёслами, не было их анализа. Только развитие машинного производства помогло осмыслить, анализировать ремесленные трудовые процессы, понять, что в них есть общего. И чем дальше развивается техника, тем глубже возможно заглянуть в сущность каждого трудового процесса. Но, для того чтобы использовать этот основанный на базе современной техники анализ, вовсе нет надобности забираться непременно в самую усовершенствованную фабрику. Можно повести ребят на экскурсию на самую передовую фабрику, но, если предварительно не было проведено работы по воспитанию у них технического интереса, по привитию умения сознательно подходить к каждому трудовому процессу, каждой машине, такая экскурсия может дать очень мало; а с другой стороны, экскурсия на сравнительно отсталую фабрику, если проведена соответствующая предварительная работа, может дать очень многое для расширения у учащегося политехнического кругозора. Состояние нашей техники в данный момент определяет возможную степень глубины политехнического воспитания, но это вовсе не значит, что в более отсталых местностях политехническое воспитание поставлено быть не может и мы должны сложить ручки в брючки и ждать, пока индустриализируется страна, а пока заниматься политехническим воспитанием лишь в немногих передовых в промышленном отношении городах. Те, кто так думает, забывают одно, что политехническое воспитание — не только следствие прогресса, но и орудие индустриализации. Политехническое воспитание должно быть массовым, поголовным. Только при помощи масс, при их участии можно индустриализировать страну. Так и думал Владимир Ильич. Это особенно ярко выразилось в его переписке с т. Кржижановским о плане электрификации страны. Надо увлечь массы, разбудить их самодеятельность.
«...Нельзя ли, — писал Владимир Ильич в январе 1920 г. Г. М. Кржижановскому, — добавить план не технический (это, конечно, дело многих и не скоропалительное), а политический или государственный, т. е. задание пролетариату?
Примерно: в 10 (5?) лет построим 20—30 (30—50?) станций, чтобы всю страну усеять центрами на 400 (или 200, если не осилим больше) вёрст радиуса; на торфе, на воде, на сланце, на угле, на нефти (примерно перебрать Россию всю, с грубым приближением). Начнем-де сейчас закупку необходимых машин и моделей. Через 10 (20?) лет сделаем Россию «электрической».
Я думаю, подобный «план» — повторяю, не технический, а государственный — проект плана, Вы бы могли дать.
Его надо дать сейчас, чтобы наглядно, популярно, для массы увлечь ясной и яркой (вполне научной в основе) перспективой: за работу-де, и в 10—20 лет мы Россию всю, и промышленную, и земледельческую, сделаем электрической...
...Повторяю, надо увлечь массу рабочих и сознательных крестьян великой программой на 10—20 лет»2.
Мысль, как увлечь массы, не давала покою Ильичу.
И он пишет т. Кржижановскому:
«Г. М.! Мне пришла в голову такая мысль.
Электричество надо пропагандировать. Как? Не только словом, но и примером.
Что это значит? Самое важное — популяризировать его. Для этого надо теперь же выработать план освещения электричеством каждого дома в РСФСР.
1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. XXIX, стр. 283.
2 В. И. Ленин , Соч., т. 35. стр. 370.
#Крупская Надежда Константиновна, ПСС, т. 4