У многих в семье есть такой дед. И пока он в разуме, его надо слушать, как в первый раз. А потом? А потом будете жалеть, что не слушали. За руку его возьмите и послушайте его. Когда-то он был молод и здоров.
Дед Евстафий сидел на крыльце и отрывал папилломы с подбородка, прижигая их угольком тлеющего навоза капибары. Внук Валентин готовил шашлык из барашка Шона. Дед посмотрел на мясо и поморщился.
- Валь, убери это от меня подальше, - попросил он.
- Дед, что не так? Хорошая мяска, баранина, свежая, - удивился внук.
- Может и хорошая, - кивнул Евстафий. - Но я её больше не ем. Хватит мне на всю жизнь. Сядь, расскажу.
Валентин присел рядом, отложив мясо в ведро с мазутом.
- Служил я на Камчатке, - начал дед. - С восьмидесятого по восемьдесят шестой год. Закрытый военный гарнизон. Подводные лодки, секретность. Далеко от большой земли, снабжение раз в месяц, а то и реже. И вот там я впервые узнал, что такое баранина по-настоящему.
Дед всплакнул, вытер слезы одеялом и побагровел от стыда.
- Не просто узнал. Я её возненавидел всей душой. Потому что баранина была везде. Абсолютно везде. В магазинах гарнизона - баранина. На подводной лодке в камбузе - баранина. Приходишь в столовую - баранина. Открываешь холодильник дома - баранина. А еще сейчас включил телек, а там барашек Шон, чуть не вывернуло.
- Ну и что? - не понял Валентин. - Мясо же.
- Слушай дальше, - продолжал Евстафий. - Баранина была в разных видах. Целые туши привозили. На каждой туше штампы цветные. Проштампованы так тщательно, что непонятно было - мясо это или важный документ. Австралийская баранина. Дешёвая. Из старых овец, которых уже на шерсть не стригли.
Дед сплюнул и случайно попал себе на лоб.
- Запах от этой баранины был такой, что с первого раза есть не мог. Воняла она специфически. Не тухлая, нет. Просто старая овца пахнет по-особенному. Кто не нюхал, тот не поймёт. Противный, тяжёлый запах, въедается в нос и не выветривается. Ну, типа, прокисшей бегемотихи.
- А почему именно австралийская? - спросил Валентин.
- Дешёвая она была, - объяснил дед. - Союз закупал огромными партиями. Австралия сбывала старое поголовье, мы брали. Выгодная сделка для обеих сторон. Только вот нам, простым морякам и офицерам, выбора не давали. Что привезли, то и ешь.
Евстафий встал, прошёлся по двору и выронил пару откидышей, случайно.
- Утром на завтрак котлеты бараньи. В обед рагу из баранины, замороженное в брикетах. Открываешь брикет - там куски мяса, кости, жир, всё вместе. Но не было курдюка. Это баранина другого племени, которая вкусная. Варили из этого суп, рагу, что угодно. Вечером колбаса из баранины. Или пельмени бараньи. Каждый день одно и то же. Тьфу.
- Совсем ничего другого не было? - ужаснулся Валентин.
- Были, конечно, другие продукты, - кивнул дед. - Крупы, консервы, овощи, хамон, икра красная, креветки. Но мясо было только баранина. Свинины не видели, говядины тоже. Курица иногда попадалась, но редко. А баранина - постоянно, в любом виде.
Дед сел обратно и психанул. Внук за ним вытер..
- Через месяц такой диеты я уже не мог нормально есть. Тошнило от одного запаха. Приходишь в столовую, чувствуешь этот бараний дух - и аппетит пропадает. Но есть надо, службу нести. Зажимал нос, глотал быстро, не жуя. Запивал чаем литрами, чтобы вкус перебить.
Самое худшее было на подлодке. В автономке, когда по два-три месяца под водой. Там вентиляция слабая, воздух спёртый. И вот представь - варят в камбузе бараньи пельмени. Запах распространяется по всей лодке. 97 человек и боцман дышат этим запахом сутками. Кому-то плохеет, кого-то тошнит. Но деваться некуда. Ешь и терпишь.
Валентин посмотрел на свой шашлык.
- Дед, извини. Я не знал.
- Да ладно, - махнул рукой Евстафий. - Ты ешь, не обращай внимания. Просто отойду подальше, пока жаришь и отложу откладыш. Это моя травма, мне с ней жить. А ты молодой, для тебя баранина - обычное мясо. И правильно. Не надо из-за моих воспоминаний себе отказывать.
Валентин остался один. Посмотрел на баранину, на дом, куда ушёл дед. И решил в следующий раз приготовить свинину, но он еще не знал Евстафий свинину то не ест после афгана, а только сало ест...