Дорога обратно в деревню заняла меньше времени — на душе у Насти было легче. Рядом на заднем сиденье, закутавшись в плед, дремала Лиза. Павел Сергеевич вёл машину, изредка бросая в зеркало заднего вида взгляды на пассажирок.
— Наконец‑то дома, — вздохнула Настя, когда показались знакомые очертания деревни. — Андрей, наверное, уже волнуется.
Андрей действительно ждал их у ФАПа с горячим чаем и свежеиспечённым хлебом от Анны Фёдоровны.
— Всё прошло отлично! — бодро отчитался он. — Приём вёл по вашему плану, карточки заполнял, даже успел провести мини‑обследование у пожилых пациентов. Вот отчёт.
Он протянул папку с аккуратно подшитыми бумагами. Настя пробежала глазами по строкам: всё чётко, по делу, с пометками и рекомендациями.
— Ты просто чудо, — искренне сказала она. — Спасибо тебе огромное.
Но радость была недолгой. На следующий день из районной больницы пришло официальное письмо: из‑за оптимизации кадров Андрея перераспределяли в другой район — в село за 50 км отсюда.
— Но я же только начал помогать! — растерянно сказал он на прощание. — И пациенты уже привыкли ко мне…
Настя обняла его:
— Спасибо за всё, что ты сделал. Ты оставил после себя отличную систему работы. Мы будем поддерживать связь.
Павел Сергеевич похлопал его по плечу:
— Если захочешь вернуться на практику — дай знать. Здесь тебя всегда ждут.
После отъезда Андрея Павел Сергеевич стал чаще появляться в ФАПе. Он находил поводы зайти: то помочь с ремонтом полки, то разобрать старые архивы, то просто принести свежие газеты.
Однажды вечером, когда Настя закрывала кабинет, он остановил её у двери:
— Настя… я давно хотел сказать…
Она подняла руку, мягко прерывая его:
— Павел Сергеевич, я всё понимаю. И очень ценю твою дружбу, поддержку, помощь. Но… я не могу дать тебе того, чего ты ждёшь. Давай останемся хорошими друзьями?
Он на мгновение замер, потом кивнул:
— Конечно. Извини, что поставил тебя в неловкое положение.
Настя видела, как ему больно, и от этого на душе стало тяжело.
Тем временем Лиза постепенно приходила в себя. Она помогала Насте с уборкой, сортировкой медикаментов, вела записи.
— Можно я буду бесплатно помогать здесь? — однажды спросила она. — Мне нужно чем‑то занять себя, почувствовать, что я снова приношу пользу.
Настя задумалась. Она помнила, как Лиза когда‑то подвела её, но сейчас в её глазах читалась искренность и раскаяние.
— Хорошо, — решила она. — Будешь помогать с карточками и приёмом лёгких случаев — под моим контролем.
Лиза благодарно кивнула:
— Спасибо. Я не подведу.
Но вскоре Настя начала замечать странные вещи. Сначала пропало несколько упаковок обезболивающих. Потом — запас бинтов и антисептиков. Она проверила журнал учёта — записи были аккуратными, но количество не сходилось.
«Может, ошибка в подсчётах?» — подумала она и пересчитала всё заново. Пропажа подтвердилась.
Она поговорила с Лизой:
— У нас небольшие расхождения в учёте медикаментов. Ты не замечала ничего странного?
Лиза побледнела:
— Нет… ничего. Может, кто‑то из пациентов случайно унёс?
Её голос дрогнул, а взгляд скользнул в сторону. Настя почувствовала, как внутри зарождается тревога.
На следующий день пропали ещё несколько упаковок лекарств. Настя решила установить скрытую камеру в шкафу с медикаментами.
Вечером, просмотрев запись, она увидела, как Лиза открывает шкаф, берёт несколько упаковок и прячет их в сумку.
Сердце сжалось. Настя вышла в коридор и встретила Лизу, которая как раз шла к выходу.
— Лиза, подожди, — тихо сказала она. — Нам нужно поговорить.
Та замерла, потом медленно повернулась. В глазах стояли слёзы.
— Я… я не хотела, чтобы ты узнала так, — прошептала Лиза. — В Москве я… подсела на запрещённые вещества. Сначала думала, что смогу контролировать, а потом всё вышло из‑под контроля. Лекарства… я их обмениваю. Мне нужно снять ломку, иначе я не справлюсь.
Настя почувствовала, как внутри всё похолодело.
— Почему ты сразу не сказала? — тихо спросила она. — Мы могли бы найти другой выход.
— Было стыдно, — Лиза опустила голову. — Я думала, справлюсь сама. Думала, что это ненадолго…
Настя глубоко вздохнула, пытаясь совладать с эмоциями. Она подошла ближе и взяла Лизу за руку:
— Так нельзя. Воровать — не выход. И пытаться справляться в одиночку — тоже. Тебе нужна профессиональная помощь.
— Но где её взять здесь? — с отчаянием спросила Лиза.
— В районной больнице есть врач‑нарколог. Я договорюсь о консультации. А пока… ты остаёшься здесь, под моим присмотром. Будешь жить у меня, пока не разберёмся с этим. И никаких больше тайных дел. Всё — открыто и честно. Договорились?
Лиза кивнула, и впервые за долгое время Настя увидела в её взгляде не страх или отчаяние, а надежду.
— Спасибо, — прошептала Лиза. — Я правда хочу вылечиться. Честное слово.
— Я верю, — твёрдо сказала Настя. — И я помогу. Мы справимся.
За окном уже темнело, но в ФАПе горел свет — свет, который, казалось, мог согреть и осветить даже самые тёмные уголки души.
Начало истории здесь. Продолжение здесь.