К тридцати годам Михаил уже твердо стоял на ногах как талантливый сценический актер и поэт-лирик. А тут еще и «Последняя электричка» — песня, которую подхватила вся страна . Правда, пел ее не сам Ножкин, а Владимир Макаров, но чье это авторство знали все, кто хоть немного интересовался эстрадой.
ЗДЕСЬ НАЧАЛО ИСТОРИИ О ЖИЗНИ МИХАИЛА НОЖКИНА:
В это же самое время его пригласили в кино. Впрочем, дебютная роль в фильме «На два часа раньше» пролетела как-то незаметно. Ну, снялся и снялся. Коллеги похлопали по плечу, зрители не заметили, критика промолчала. Бывает.
— Ну что, артист, как успехи? - спросил его как-то сосед по коммуналке.
— Да какие успехи, - отмахнулся Ножкин. — Сыграл так, что сам себя в кадре не узнал.
— Не расстраивайся. Первый блин комом. А вот следующий может таким выйдет... закачаешься.
Сосед оказался пророком.
Режиссер Вениамин Дорман искал актера на роль Синицына-Бекаса в «Ошибке резидента». Нужен был человек, который сыграет уголовника, но не просто блатного, а своего в доску, пацана с московской окраины, который вдруг оказывается замешан в шпионских играх. И чтобы в глазах читалось: свой в доску, но и чужой.
Дорман пересмотрел кучу актеров. Кто-то переигрывал, кто-то был слишком интеллигентным, кто-то, наоборот, слишком грубым.
— А этот у вас кто? - спросил режиссер у ассистентки, просматривая фотографии.
— Ножкин Михаил. Поэт. В кино почти не снимался.
— Зовите.
Ножкин пришел на пробу без особой надежды, но его сразу утвердили. Тогда он еще не знал, что спокойная жизнь закончилась. Премьера картины «Ошибка резидента» стала событием. Фильм гремел на всю страну, очереди в кинотеатры выстраивались с утра, а молодого артиста теперь узнавали на каждом углу.
Особую ноту в фильм внесли его композиции «Образованные просто одолели», «А на кладбище все спокойненько». Но настоящим хитом стала песня Евгения Аграновича «Я в весеннем лесу пил березовый сок», которая ушла в народ моментально.
осле Бекаса режиссеры потянулись к Михаилу с предложениями. Известный своими лирическими картинами Самсон Самсонов позвал его в мелодраму «Каждый вечер в одиннадцать». Сыграть предстояло интеллигентного мужчину, эдакого рохлю, который заводит телефонный роман с одинокой вдовой.
— Вы ничего не путаете? - переспросил Ножкин на встрече. — Я после Бекаса всю страну с уголовником ассоциируют. А вы меня в лирику?
— Потому и зову,- улыбнулся Самсонов. — Хочу показать всем другого Ножкина.
И правда, зрители, пришедшие на фильм после «Ошибки резидента», потирали глаза. Не может быть. Тот самый Бекас? Да он же тут... влюбленный дурак! И ведь как убедительно.
А вот критики встретили «Каждый вечер в одиннадцать» прохладно. Рецензенты писали, мол, камерная история, ничего особенного, очередная мелодрама. Ножкин пробегал глазами газетные вырезки и пожимал плечами.
— Ну не нравится и не нравится, - сказал он как-то исполнительнице главной роли Маргарите Володиной. — Их работа критиковать.
— И знаешь, мне кажется, зритель всегда умнее критиков, - улыбнулась та.
И оказалась права.
Письма на киностудию шли мешками. Каждый второй рассказывал свою историю: как познакомился, как искал, как боялся подойти, как в итоге нашел. Или не нашел, но очень надеялся.
— Михаил Иванович, вам опять мешок принесли, - вздыхала секретарша на студии.
— Читать будете? - интересовалась Володина.
— Буду, - кивал Ножкин. — Они же не просто так пишут, они доверяют.
Михаил сидел вечерами с кипой конвертов, читал и отвечал. Коротко, по-человечески: "Спасибо", "Держитесь", "Обязательно позвоните ей", "Не бойтесь, все получится".
В 70-е годы актер снялся еще в нескольких картинах. В фильме «Освобождение» также прозвучала его песня про "последний бой, он трудный самый". А роль Вадима Рощина в фильме «Хождение по мукам», Ножкин и сегодня считает своей самой лучшей работой.
Потом были другие фильмы. Но в 1985 году его фильмография неожиданно оборвалась. Не потому, что забыли. Наоборот, предложения сыпались регулярно. Сериалы, боевики, детективы — все, чем было полно телевидение в девяностые и нулевые. Ножкин читал сценарии и качал головой.
— Ну что это? - спрашивал он у агента, откладывая очередную папку. — Где характеры? Где люди? Сплошная стрельба и постельные сцены.
— Миша, время такое, - вздыхал тот. — Сейчас это востребовано.
— А мне неинтересно. Я лучше на эстраду пойду.
В личной жизни Ножкин оказался человеком основательным. Без скандалов, без громких романов, без измен направо и налево. Одна женщина на всю жизнь.
Лариса Голубина появилась в его судьбе, когда ему было двадцать, а ей тридцать семь. Интеллигентная, умная, с идеальной речью и должностью завлита в Театре эстрады. Она работала в Министерстве культуры, потом вместе с самим Николаем Смирновым-Сокольским создавала Театр эстрады, где Ножкин только начинал делать первые шаги.
Поговаривали, что за ней ухаживал сам Леонид Утесов. Может, и правда. Лариса была из тех женщин, на которых обращают внимание. Но из всех поклонников она выбрала Мишу.
— Ты на меня смотрел весь вечер, - сказала она ему однажды после репетиции. — Я уже начала проверять, не прилипло ли что к юбке.
Он смутился, но тут же нашелся:
— Прилипло. Это я... И, кажется, надолго.
У Ларисы за плечами уже был неудачный брак, пятилетний сын Митя и опыт, которого у двадцатилетнего мальчишки быть не могло. А он смотрел на нее так, будто она его единственный шанс на правильную жизнь. Они стали жить вместе. Через два года он сделал предложение.
— Я намного тебя старше. Что скажут люди? - сомневалась Лариса.
— А я устал слушать разговоры за спиной, что живу с тобой ради карьеры, - отрезал Михаил. — Хватит. Пусть теперь говорят, что я твой муж.
Правда, счастье оказалось неполным. Лариса не могла больше иметь детей. Когда-то в молодости, она серьезно занималась гимнастикой, травмы дали о себе знать. Врачи строго-настрого запретили ей рожать.
Михаил узнал об этом уже после свадьбы. Для него это был удар. Он хотел детей, хотел большую семью, шумный дом. Но посмотрел на жену, увидел ее виноватые глаза и сказал:
— Значит, будем жить втроем.
Лариса расплакалась. А он обнял ее и больше никогда не поднимал эту тему. О том, что у мужа есть взрослый внебрачный сын, Лариса Лаврентьевна так и не узнала. Он просто ей не сказал...
С матерью своего будущего ребенка Михаил познакомился на съемках картины «Хождение по мукам». Ножкин играл Рощина, а красивая, статная, с тяжелой русой косой актриса Валентина Колосова появлялась в кадре лишь в нескольких эпизодах. Но этого хватило, чтобы он ее заметил.
Только вот незадача: оба были несвободны. Валентина замужем, Михаил женат на Ларисе. Но сердцу, как говорится, не прикажешь. Отношения закрутились сразу, но со всеми предосторожностями конспирации. Встречались влюбленные урывками на съемках, да в коротких перерывах между гастролями. Никаких свидетелей, никаких лишних разговоров.
В 1981 году у Колосовой родился сын, которого Валентина решила назвать в честь отца.
— Ты уверена, что он мой? - спросил Ножкин, когда она сообщила ему новость.
— Абсолютно,- ответила та. — И ты это знаешь.
Михаил-младший рос с матерью. С отцом виделся урывками, но всегда чувствовал его присутствие.
— Мама мне никогда подробно не рассказывала, как у них с отцом все начиналось, - вспоминал потом Колосов. — Но я с пеленок знал, кто мой папа. И он всегда был рядом. На расстоянии вытянутой руки.
Ножкин помогал деньгами, советами и участием, но никогда это не афишировал. Когда сыну было года три, Валентина с мужем развелась и больше никогда не пыталась устроить личную жизнь. Словно поставила крест на себе, посвятив все силы сыну.
— Папа высылал деньги. Даже когда самому было туго, всегда находил возможность передать. И никогда не забывал про дни рождения, - продолжал Колосов.
Вот только официально признавать сына Ножкин не спешил. У него была супруга, была репутация, был страх разрушить ту самую идеальную семью, о которой все говорили.
В 2004 году Ларисы не стало. Ножкин остался один в пустой квартире. Казалось бы, теперь можно перестать прятаться, признать сына, объяснить все людям. Но он молчал. Потом умер Дмитрий — приемный сын, которого он вырастил как родного. Теперь уже Михаил Иванович был один по-настоящему.
— После смерти жены он стал чаще звать меня в гости, - рассказывал Михаил Колосов. — На концерты приглашал, домой. Мы общались, смотрели старые фотографии. Но слово "сын" так ни разу и не произнес.
Сына это задевало. Не потому, что хотел славы или денег. Просто хотел, чтобы отец признал его вслух.
— Он в интервью рассказывает, какая у него была замечательная жена Лариса Лаврентьевна. А про мою маму Валентину Ивановну ни слова. Ни разу. И мне обидно не за себя даже, за нее. Она же его любила всю жизнь.
***
Михаил пошел по стопам родителей. Сначала отучился в театре-студии «Арлекин», потом окончил институт Наталии Нестеровой по специальности "режиссура кино и телевидения". Мать поддержала, отец не мешал, но и не помогал протекциями.
Он уже давно не ждет официального признания. Просто знает, что у него есть отец.
— Мы иногда созваниваемся, - рассказывает Колосов. — Спрашиваю: "Как здоровье, пап?" Он отвечает: "Держусь". И больше ничего не надо.
Актрисой стала и внучка Ножкина, дочь Дмитрия. Сегодня Лариса Голубина(полная тезка своей бабушки) служит во МХАТе имени Горького.
Дорогие подписчики и гости канала! Чтобы не пропустить публикации на канале в Дзен, рекомендую подписаться на Телеграм канал, где я своевременно информирую и даю ссылку на новую статью.
ЕЩЕ НА КАНАЛЕ: