- Интересно, - произнес Саша с такой интонацией, что Марине стало не по себе.- Это откуда же вы ехали с Геной в садик?
- Мы были дома, а потом поехали, - рассказывала Света, ободренная тем, что папа очень внимательно слушал ее.
- Саша, ты не понял, - попыталась объяснить Марина.
Однако Саша не дал ей закончить:
- Не мешай нам, - не глядя на нее, ответил он, - видишь, мы с дочкой разговариваем? Так куда вы поехали?
- В садик, - уверенно сказала Света. – Мы с Геной сидели сзади.
- А дома у вас кто был? – не отставал Саша.
Марина попыталась прекратить этот разговор:
- Саша, о чем ты спрашиваешь? Конечно, дома мы были только вдвоем!
- Доча, так кто был у вас дома?
Девочка недоуменно смотрела на родителей, не понимая, почему у них такие лица.
- Саша, ну о чем ты говоришь? – воскликнула Марина со слезами в голосе. – Никого у нас дома не было! Он ехал мимо и увидел нас.
- И куда же это он ехал мимо через наш переулок?
- Я не знаю, Саша!
Марина вдруг почувствовала себя очень неуютно: она соврала, сказав, что Валерий ехал мимо. Ведь он специально подъехал к их дому. Но как об этом сказать Саше, ведь он уже ревнует ее к Валерию, подозревает ее в измене? Она замолчала, не желая больше объясняться, ведь объясняться, в общем-то, не в чем.
Вечер они провели, почти не разговаривая, Саша больше общался с дочкой, только изредка обращаясь к Марине. С одной стороны, это нравилось ей, ведь обычно Саша не очень уделял внимание дочке, а сегодня весь вечер он с ней, но с другой – видно, что он не верит ей, Марине.
... За окном выла метель. Был конец марта, в Крыму – весна уже хозяйничает, а здесь еще глубокая зима. Марина думала о том, что нужно устраиваться на работу, хотя учебный год уже кончается, но все-таки нужно попробовать. Саша против этого: если сейчас она начнет работу, то отпуск у нее будет через одиннадцать месяцев, то есть в феврале. А это значит, что в Крыму еще сезон не наступил, а к его началу уже кончится отпуск. Значит, нужно начинать работать в июле-августе, чтобы в отпуск идти в июне-июле. Хорошо бы в школу попасть, у учителей отпуска всегда летом.
Соседка уже работала – она была техником-строителем, и поэтому сразу стала работать на заводе железобетонных конструкций. Когда приходила с работы, громко рассказывала, как приходится учить стройбатовцев работать:
- Они ведь не видели этого почти все. А большинство из них или с Кавказа, или из Средней Азии. В стройбате зарабатывают на калым за невесту. По-русски плохо разговаривают! Правда, те, что служат уже второй год, работают хорошо.
Марина молча слушала ее, готовя ужин.
- А знаешь, ведь все дома новые построены тут стройбатом из наших панелей! И наш дом тоже! – не останавливалась соседка.
Видно было, что она гордится своей работой, чувствует себя выше Марины, сидящей дома, на голову. Конечно, Марина и сама ощущала себя слегка уязвленной тем, что была домохозяйкой. Тем более, что Надежда, соседка, не уставала повторять:
- Ой, превратиться в кастрюльку, с которой не о чем будет поговорить, я не хочу!
Правда, один раз Марина ответила ей так, что больше соседка не упоминала о работе:
- Конечно, если у женщины нет детей, чем ей еще заниматься, особенно в таком городке, как наш? Только работать.
Дело в том, что Лена не хотела рожать, или, может быть, не получалось, но она всегда говорила, что нужно пока пожить для себя, а потом уже рожать ребенка.
- Голову завязать пеленками я всегда успею!
Но однажды Марина услышала ее разговор с мужем: они говорили громко, поэтому все было слышно. Муж говорил о том, что пора уже завести ребенка, на что Лена отвечала, что она тоже рада была бы, чтобы не тыкали ей в нос, что у нее нет ребенка, но ведь не получается!
- Иди к врачам, выясняй, почему не получается! – настаивал муж.
В конце концов Елена, заплаканная, вышла в кухню и молча стала готовить.
Вечером пришел Саша, мужчины купили вина и предложили поужинать вместе. Марина не очень любила такие застолья, но понимала, что жить в одной квартире – значит, поддерживать какие-то отношения, хотя выпивку не считала средством для отношений.
За столом Михаил, муж соседки, видимо, расслабившись, стал расхваливать Сашу и Марину:
- У вас комнатка маленькая, но такая уютная, а у нас большая, но в ней, как на стадионе – пусто и неуютно!
Елена обиделась:
- Ты же сам хотел большую комнату, даже про мать придумал, а чем теперь недоволен?
При этом она вспыхнула, поняв, что высказала то, о чем, конечно, догадывались соседи, но вслух не говорилось. Михаил поспешил свернуть тему, перевел на скорый выход в море:
- Санек, а ты не хочешь перевестись на другой корабль, чтобы сходить на боевую службу? За нее платят неплохо.
- Да нет, пока не собираюсь, - отвечал Саша, - мы летом собираемся в Крым, а если перейду, то Марине со Светкой придется ехать к родителям.
Он бросил взгляд на жену, в котором Марина прочитала: в Крым мез него она не поедет!
Марина вспомнила, как Валерий, провожая ее, говорил, что ждет их со Светой летом, что покажет им такие места, о которых она, конечно, не знает.
- Конечно, моя жена очень любит Севастополь, правда, Мариша? Но одну я туда ее не пущу!
- Да, я очень люблю этот город, - сказала Марина, глядя на мужа, - и с удовольствием поехала бы туда.
Эта фраза и улыбка, с которой это было сказано, почему-то рассердили Сашу, он налил всем вина и произнес:
- За Севастополь и за все, что в нем осталось!
Потом подумал секунду и добавил:
- И за всех, кто там остался!
Елена поняла это по-своему и с улыбкой спросила:
- Это кого же ты, Саша, там оставил? Марина, тебе не интересно, кто там остался к него?
Марина покачала головой.
Уже слегка опьяневший Саша произнес:
- Я выпил за мою жену. Это она там осталась!
- Ну, Сашок, что-то тебя понесло! – сказал Михаил. – Твоя жена рядом с тобой. Или ты имеешь в виду кого-то еще?
- Нет, это только оболочка моей жены, - продолжал Саша, - а все ее мечты, вся ее душа там, в Севастополе! Правда, жена?
Марина посмотрела на Сашу внимательно, потом негромко произнесла:
- Наверное, Саша, нам уже пора спать. Тебе вставать рано, так что, уважаемые соседи, мы пойдем к себе! Спокойной ночи!
Через несколько минут она вышла в кухню, чтобы убрать и помыть посуду. Лена сразу спросила ее заговорщическим шепотом:
- Это что Саша имел в виду, когда говорил, что твоя душа осталась там?
- Откуда же я знаю, что у пьяного на уме? – ответила Марина.