Он обладал идеальным «киношным» набором: фактурой героя, пронзительным взглядом и голосом, который можно было слушать бесконечно. Но в фильмографии Леонида Маркова, увы, было не так много главных ролей, и не нашлось места для роли, способной стать визитной карточкой. Друзья называли его недооцененным гением, чей масштаб так и не был измерен режиссерами большого кино.
"Да, Леня снялся в нескольких десятках фильмов, но ни один из них не дает даже приблизительного представления о таланте Маркова! Это все равно, что винегрет, сделанный по случаю поваром экстра-класса" - с горечью говорила потом сестра актера Римма Маркова.
Корнями артистизм Маркова уходит в детство, прошедшее на колесах. Его отец, Василий Демьянович, служил в провинциальных театрах, и семья моталась за ним по всему Союзу. Маленький Леня впитал любовь к театру с молоком матери, но поначалу его манили вовсе не аплодисменты, а кисти и глина. Он видел себя скульптором и художником.
К сцене его привела сестра. Римма первой пошла в театральную студию, а следом подтянулся и Леня. Юношеский максимализм и природная одаренность сделали свое дело: педагог из Вологды разглядела в молодых людях будущих звезд и рискнула отвезти их в Москву. Столица встретила провинциалов гостеприимно — Марков был принят в труппу «Ленкома».
Леонид Марков принадлежал к той редкой породе артистов, для которых сцена была не работой, а жизнью. Служба в Театре имени Пушкина, а затем в легендарном Театре Моссовета подарила ему встречу с большой классикой. Он играл в «Вишневом саде», выходил на подмостки в «Преступлении и наказании», участвовал в постановке «Поднятая целина» — и в каждой роли зрители видели не просто актера, а глубокого, думающего художника.
В кино Марков дебютировал скромно — эпизодами в фильмах «Жуковский» и «Мать». И, возможно, так и остался бы театральным актером, если бы не судьбоносный 1956 год. Режиссер Григорий Чухрай искал героя для своей картины «Сорок первый». Пробы Маркова произвели на постановщика сильнейшее впечатление. Казалось, роль у него в кармане. Но в последний момент Чухрай отдал предпочтение Олегу Стриженову.
«Он не смог вырваться. Да и не рвался, если откровенно. Не было в нем стремления ухватиться, локтями растолкать», — вспоминала потом Римма Маркова.
Однако самой горькой страницей в кино-биографии брата Римма Васильевна считала даже не упущенный «Сорок первый», а историю, приключившуюся на съемках «Агонии» Элема Климова. Режиссер, впечатленный фактурой и мощью Маркова, изначально видел в нем Григория Распутина. Утверждение состоялось, пробы были позади, но внезапно Климов изменил решение и пригласил на роль Алексея Петренко.
Казалось бы, точка поставлена. Но когда фильм вошел в стадию озвучания, режиссера посетило запоздалое озарение: Распутин должен говорить именно голосом Маркова — этим низким, завораживающим тембром, от которого у зрителей перехватывало дыхание. Однако позвонить актеру, которого он сам же и отстранил, Климов постеснялся. Режиссер пошел в обход, обратившись с деликатной просьбой к Римме Васильевне.
И тут в дело вмешались сестринские чувства. Римма Маркова, всегда остро переживавшая за брата, не сдержалась и в довольно резких выражениях высказала драматургу все, что думает об этой ситуации. Когда весть о ее «дипломатическом демарше» дошла до Леонида Васильевича, он расстроился.
Но причина его огорчения была вовсе не в режиссерском решении. Марков, в отличие от многих коллег, был напрочь лишен актерской ревности и не завидовал успеху Петренко. Ему было больно оттого, что сестра, желая защитить его, лишила его пусть малой, но радости — возможности подарить Распутину свой голос.
Говорить, что Леонид Марков остался без ярких киноработ, — значит грешить против истины. К началу 70-х он уже прочно обосновался в советском кино: сначала зритель запомнил его как Авдея Угрюмова в «Русском поле», затем актер засветился в историческом «Последнем гайдуке», а после вошел в каждый дом вместе с полюбившимся миллионам сериалом «Следствие ведут ЗнаТоКи» (роль Михаила Багрова).
Далее последовала череда перевоплощений, доказывающих невероятный диапазон артиста. В драме «Долги наши» он предстал суровым, но справедливым Крутовым. В экранизации Стендаля «Красное и черное» примерил на себя европейский костюм господина де Реналя. А в «Схватке в пурге» и вовсе стал главным героем — мужественным, решительным, способным выжить в любых условиях.
Но, как это часто бывает с большими артистами, зрительская память разделила Маркова на несколько ипостасей. Для поклонников мелодрамы он навсегда остался тем самым вдовцом из «Моего ласкового и нежного зверя» — человеком, чью личную трагедию видишь даже сквозь экран.
Для любителей производственной драмы — железным секретарем обкома из «Соли земли». А для многомиллионной армии поклонников рязановского «Гаража» — Павлом Смирновским, профессором, членом профкома.
Несмотря на плотный съемочный график (в 70–80-е вышли «Безответная любовь», «Коней на переправе не меняют», «Полет с космонавтом», «Наследство»), театр оставался для Маркова главной сценой и главной ареной для проявления характера.
Войдя в худсовет Театра имени Моссовета, он получил право голоса в вопросах репертуара. И здесь скромный, деликатный человек, каким его знали друзья, превращался в бескомпромиссного судью. Однажды на обсуждении спектакля Юрия Завадского «Поющие пески» Марков не стал щадить мэтра: заявил, что декорации этой работы после двух-трех представлений стоит отправить в сарай и забыть о них. Резкость формулировки шокировала коллег, но время подтвердило правоту актера — постановка действительно не нашла отклика у зрителей.
"Он же мог “приложить”, уничтожить словом! — признавалась Римма Васильевна Маркова. — Леня по натуре своей был человеком зажатым. Но как выпьет — словно узда спадала! Сплошь и рядом рубил сплеча».
Личность Леонида Маркова была соткана из противоречий. Он мог быть застенчивым и зажатым, но стоило рядом возникнуть хамству или подлости — мгновенно превращался в бойца. Умел казаться разгульным и жестким, но пасовал перед откровенным нахальством. А уж когда дело касалось женщин — тут скромность улетучивалась, уступая место темпераменту заправского сердцееда. О романах актера в буквальном смысле ходили легенды...
"Я вижу, навстречу мне идёт викинг! Просто красавец! В него нельзя было не влюбиться, было бы смешно. Я же живой человек, живая женщина" - вспоминала Людмила Хитяева.
Римма Васильевна знала за братом эту слабость и даже сочувствовала обманутым девушкам. Поговаривали, что отвергнутые пассии частенько приходили к ней за утешением или советом. Сестра лишь разводила руками: мол, Леонид такой человек, переделать его невозможно, да и вряд ли он когда-нибудь остепенится.
Но жизнь, как это часто бывает, опровергла даже самые уверенные прогнозы. Римма Васильевна ошиблась.
Первой избранницей Маркова стала Тамара Басова, актриса того же «Ленкома». Союз этот, судя по воспоминаниям родных, был обречен с самого начала — уж слишком разными оказались супруги.
Племянница актера Татьяна позже описывала этот брак как столкновение стихий: «Леня — застенчивый, робкий и одновременно невероятно красивый и влюбчивый. А Тамара — жесткая, властная». Ревность и желание полностью подчинить себе мужа быстро переросли в домашнее насилие. Басова не только третировала Леонида словесно, но и пускала в ход руки. К тому же ей удалось рассорить Леонида с его любимой сестрой... Тамара поставила ультиматум - или она, или Римма. И Леонид подчинился...
Два года родные люди существовали в одном театре, но словно в параллельных вселенных. Коллеги с недоумением наблюдали немую сцену: брат и сестра, еще недавно не разлей вода, теперь проходили мимо друг друга, не оборачиваясь. Никто не решался спросить, что случилось. Римма злилась, плакала по ночам, но гордость не позволяла сделать первый шаг.
Развязка наступила неожиданно. Обычный вечер, обычный коридор общежития. Римма возвращалась домой, усталая, с тяжелой сумкой, и вдруг замерла. У двери маячила длинная тень. Тень шагнула вперед, и Римма узнала брата.
— Прости меня, сестра, — голос его дрожал. — Я так её любил. Дурак! Потерял голову…
Однажды Римма Маркова, зайдя к брату, увидела на его шее свежие следы от женских ногтей. Долго выяснять отношения с самой Тамарой она не стала — пришла прямо в театр и при свидетелях вынесла жесткий ультиматум: «Больше к нему не подходи». Угроза сестры подействовала, но брак к тому моменту уже трещал по швам.
Когда Леонид наконец решился на развод, Римма Васильевна вздохнула с облегчением. Она никогда не скрывала: этому союзу она была не рада.
Второй брак Леонида Маркова с женщиной по имени Валентина продлился недолго — вероятно, пылкие чувства угасли так же быстро, как и вспыхнули.
Третья попытка обрести семейное счастье оказалась куда более колоритной. Избранница по имени Ирина была женщиной страстной, но совершенно непригодной для совместного быта. Посуда в доме могла не мыться неделями, а грязное белье отправлялось прямиком в мусоропровод — по принципу «нет белья — нет проблем». Удивительно, но какое-то время Марков терпел эти хозяйственные эксперименты: любовь, как известно, способна творить чудеса и закрывать глаза на многое.
Однако Ирина допустила стратегическую ошибку. Она попыталась рассорить мужа с его сестрой Риммой, не понимая, что та имеет на Леонида колоссальное влияние. Итог был предрешен: брак распался. Марков мог простить немытую посуду и даже белье в мусоропроводе, но покушение на общение с сестрой стало точкой невозврата, тем более, что разрыв с сестрой он уже пережил, будучи в первом браке.
Вообще, официальные браки были лишь малой частью личной жизни актера. В кулуарах ходили слухи о его многочисленных романах, а сам Леонид Васильевич как-то признался знакомым, что женщин у него было около тысячи.
Перелом в личной жизни Маркова случился, когда ему было уже за сорок. В 43 года он встретил Елену — инженера телевидения, женщину на 17 лет моложе. Она оказалась той самой родственной душой, которую актер искал всю жизнь. Почти два десятилетия продлился их союз — настоящий рекорд для недавнего сердцееда.
"Произошла неувязка с цветом, Лене надо было поменять рубашку, и я подошла к нему с этой просьбой. Обычно звезды капризничают, а он поднял глаза, как ребенок, и спрашивает послушно: «Куда идти? Где переодеваться?». В ту же минуту я и влюбилась!" – вспоминала Елена.
Но за это счастье пришлось заплатить отдалением от сестры. Уйдя в собственную семью, Леонид Васильевич неизбежно отдалился от Риммы. Позже актриса с горечью признает: в этом охлаждении была и ее доля вины.
Детей у Маркова не появилось. Актер по привычке винил жен, называя их «бракованными», даже не предполагая, что причина может крыться в нем самом. Но, несмотря на это, четвертый брак оказался по-настоящему счастливым. Марков мечтал встретить старость рядом с Еленой — и верил, что так и будет. Он буквально упивался своим счастьем...
Судьба распорядилась иначе. В 1985 году на экраны вышел «Змеелов», где Марков сыграл Петра Котова — человека, угасающего от онкологии. Роль оказалась пророческой. Спустя шесть лет врачи диагностировали актеру рак желудка.
Картина «Отель «Эдем» 1991 года стала для Маркова роковой. Ему предложили роль Сатаны — образ, от которого в страхе отказались многие звезды. Марков, не боявшийся в жизни ни критики, ни худсоветов, ни хамства, не испугался и дьявола.
Съемки завершились в последних числах февраля. Началась озвучка. Марков работал в студии, вживаясь в последние фразы своего героя. И вот прозвучала финальная реплика, которую Сатана произносит в фильме: «Безобразие на земле начинается тогда, когда появляется на ней чистая, светлая душа».
Актер замолчал. И вдруг побледнел, схватился за грудь. Вызванная «скорая» увезла его прямо со студии. Диагноз: обострение онкологического заболевания.
В марте 1991-го 63-летнего Леонида Маркова не стало. После смерти Леонида Маркова близкие и знакомые пытались найти объяснение его раннему уходу. Мнения разделились. Одни винили самого актера: несмотря на тяжелый диагноз, он не желал менять образ жизни.
Другие говорили о злом роке.... Римма Маркова же до конца дней корила себя: в последние годы они с братом отдалились, и она считала, что могла бы сделать для него больше, будь они ближе.
Сама Римма Васильевна прожила долгую жизнь. Она ушла в 2015-м, не дожив всего ничего до 90-летнего юбилея. Успела вырастить дочь, понянчить внука, сыграть десятки ролей.
Также смотрите: