Как работать с чувством вины после сессии

Сессия закончена. Клиент ушёл. А вы остаётесь с тянущим, неприятным ощущением внутри. «Надо было сказать иначе». «Я пропустил важный момент». «Он ушёл расстроенным — это я виновата». Голос звучит настойчиво, убедительно, не оставляя места для сомнений: вы сделали недостаточно. Вы могли бы лучше. Вы не справились.

Знакомо? Это чувство вины после сессии — одно из самых частых и одновременно самых токсичных переживаний в нашей профессии. Оно приходит тихо, но остаётся надолго, отравляя не только вечер после работы, но и уверенность в себе как в специалисте.

Откуда берётся «послесессионная» вина

Важно понять: вина после сессии редко возникает на пустом месте. Она всегда симптом. Симптом чего-то более глубокого, что происходит внутри нас.

Чаще всего это столкновение с собственными профессиональными ожиданиями. У нас есть образ идеального психолога — того, кто всегда вовремя находит нужные слова, безошибочно чувствует динамику, никогда не ошибается. И каждая сессия становится экзаменом на соответствие этому образу. А когда реальность не совпадает с идеалом (а она никогда не совпадает), рождается вина.

Но есть и другой слой. Вина может быть сигналом о том, что в сессии действительно произошло что-то, что мы не заметили, но что клиент почувствовал. Это не ошибка в технике. Это разрыв в контакте, микротрещина в отношениях, которую мы не успели отследить. И тело, наше профессиональное тело, сигнализирует об этом через вину.

Почему вина становится ловушкой

Самое опасное в послесессионной вине — её иллюзорная полезность. Нам кажется, что, мучая себя, мы становимся лучше. Что самобичевание — это форма профессиональной совести. Что если мы перестанем винить себя, то перестанем расти.

Но вина не ведёт к росту. Она ведёт к истощению. Под её давлением мы:

• Становимся осторожными, избегаем творческих интервенций.
• Теряем контакт с собственной интуицией, потому что боимся ошибиться.
• Начинаем работать на результат, а не на процесс.
• Переносим фокус с клиента на себя — на то, как мы выглядим в его глазах.

Вина заслоняет от нас главное: саму сессию, живого клиента, реальность того, что произошло. Мы перестаём видеть его и видим только своё отражение в кривом зеркале самокритики.

Чувство или факт: где проходит граница

Ключевой навык в работе с послесессионной виной — научиться различать: это чувство или это факт?

• Чувство говорит: «Я ужасный психолог». Факт спрашивает: «Что именно произошло в этой сессии?».
• Чувство обобщает, факт конкретизирует. Чувство замыкает на себе, факт открывает к исследованию.

Когда мы остаёмся в чувстве, мы ходим по кругу. Когда мы переводим вину в вопросы, появляется возможность движения: «Что я сделал не так? А точно ли это было «не так»? А что клиент на это сказал? А что я чувствовал в тот момент?».

Но задать эти вопросы себе в одиночку, когда вина уже захватила власть, почти невозможно. Внутренний критик всегда будет громче внутреннего исследователя.

Чувство вины после сессии — не признак плохого специалиста. Это признак живого, включённого психолога, которому не всё равно. Проблема не в том, что оно появляется. Проблема в том, что мы остаёмся с ним наедине, позволяя ему разрастаться и заслонять реальность.

Иногда, чтобы вина перестала быть ядом и стала информацией, нужен кто-то, кто поможет разобрать этот клубок. Кто спросит не «Почему ты опять себя винишь?», а «Что именно в этой сессии отозвалось в тебе так болезненно?». Кто своим присутствием напомнит, что вина — это не истина в последней инстанции, а всего лишь одно из чувств, которое можно исследовать.

Вспомните последний раз, когда вы ушли с сессии с чувством вины. Если бы вам нужно было отделить факты (что реально произошло) от интерпретаций (что вы себе дорассказали), что осталось бы в сухом остатке?

Автор: Александра Богдан
Психолог, Клинический психолог Супервизор

Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru