Разговор с братом начался случайно. Анна заехала к Игорю в Петербург — привезти от матери банки с вареньем. Стояла на пороге двухкомнатной квартиры, которую бабушка когда-то подарила им обоим, и смотрела, как брат разбирает пакеты.
— Вань, — сказала она тихо, — ты же помнишь, что бабушка нам двоим квартиру оставила?
Игорь поднял голову, вытер руки о джинсы.
— Ну помню. А что?
— Я хочу после школы в Петербург переехать. В институт поступить. У нас в городе никаких перспектив.
Брат кивнул, поставил банку на стол.
— Не переживай, Анюта. Как закончишь — приезжай к нам. Будем вместе жить. С женой моей вы вроде ладите, так что проблем не будет.
Анна выдохнула. Плечи расслабились. Она улыбнулась — легко, как давно не улыбалась.
— Точно?
— Точно, — брат махнул рукой. — Куда ты денешься? Семья же.
Она ушла с этой улыбкой. Шла по улице, представляла, как будет жить здесь, в Петербурге. Учиться. Работать. Строить свою жизнь. Всё получится. Игорёк обещал.
Только в голосе брата что-то дрогнуло, когда он говорил. Она не придала значения тогда.
Мир рухнул через полтора года.
Родители ругались всё чаще. Отец приходил поздно, мать встречала его криком. Анна сидела в своей комнате, зажимала уши ладонями, но голоса всё равно пробивались.
— Если бы ты знала, как ты мне надоела! — орал отец. — Всю жизнь испортила!
— Это я?! — мать швыряла что-то на пол. — Это ты лучшие мои годы забрал! Видеть тебя не хочу!
Развод оформили быстро. Квартиру продали. Купили две однокомнатные — в разных концах города. Анна осталась с матерью. Но ненадолго.
— У меня появился человек, — сказала мать однажды вечером, теребя край платка. — Ты взрослая уже, Аня. Понимаешь, да? Тебе с нами неудобно будет.
Анна сглотнула.
— Тогда я к папе переберусь.
Мать кивнула, отвернулась.
Отец встретил её на пороге своей новой квартиры. Постукивал пальцами по косяку двери.
— Дочь, я бы с радостью. Но у меня женщина появилась. Где ты спать будешь? На кухне неудобно, а с нами в одной комнате… Ты же понимаешь.
Анна стояла и смотрела на него. Внутри всё сжалось в комок. Никому я не нужна.
— Тогда я к Игорьку поеду, — сказала она. — Он обещал.
Отец кивнул, закрыл дверь.
Игорь открыл дверь не сразу. Анна слышала, как за дверью плачет ребёнок, звенит посуда. Наконец брат появился на пороге — лицо усталое, раздражённое.
— Что случилось?
— Вань, помнишь, ты говорил, что я смогу у вас пожить? Родители развелись. Мне некуда идти. Я последний класс доучусь и сразу работать устроюсь, не буду мешать.
Игорь скривил губы.
— Ты что, Аня! У меня семья, ребёнок маленький! Ты будешь нам только мешать. И вообще, в этой квартире твоей комнаты нет. Мама оформила её всю на меня. Ищи себе другое место.
Он говорил отрывисто, рублеными фразами. Не смотрел в глаза.
Анна стояла на лестничной площадке, сжимала кулаки. В горле встал комок. Она открыла рот, хотела что-то сказать, но слова не шли.
— Извини, — бросил Игорь и закрыл дверь.
Анна спустилась по лестнице, вышла на улицу. Села на лавочку у подъезда. Руки дрожали. Где же мне жить? Куда теперь деваться?
Позвонила матери.
— Мама, Игорь сказал, что квартира оформлена на него. Почему ты мне не сказала?
Мать вздохнула на том конце провода.
— Да, я оформила на Игоря. У него семья, работа в Петербурге. Ему нужнее.
— А я? А где мне жить?
— А тебя я в деревне прописала. В домике, где бабушка раньше жила. Туда и поезжай. Школа там есть, одиннадцатый класс закончишь. С документами я помогу. Тебе понравится — тихо, спокойно, никто мешать не будет. Ты взрослая уже, Анька, можешь жить отдельно.
Анна положила трубку. Сидела на лавочке, смотрела на серое небо. Никому я не нужна. Совсем никому.
Дом в деревне встретил её холодом. Деревянные стены, старая печь, скважина во дворе. Баню нужно было топить заранее, туалет — на улице. Шестьдесят километров до ближайшего города.
Анна стояла посреди комнаты, обнимала себя руками. Морозный воздух пробирал насквозь. Она подошла к печи, попыталась растопить. Руки не слушались. Дрова не разгорались. Она присела на корточки, уткнулась лбом в колени.
Как же так? Почему все нашли своё место, а меня просто вычеркнули?
Ночью она лежала под двумя одеялами, слушала, как ветер свистит в щелях. Плакала тихо, чтобы никто не услышал. Хотя вокруг никого не было.
Утром пришла соседка — тётя Лена. Принесла дров, помогла растопить печь.
— Ты не переживай, — сказала она, улыбаясь мягко. — Мы тут все друг другу помогаем. Что-то нужно будет — говори.
Анна кивнула, прошептала:
— Спасибочки большое.
Тётя Лена погладила её по плечу и ушла.
Школа была в пяти километрах. Анна ходила пешком, иногда ловила попутку — местный автобус возил детей туда и обратно. Родители переводили по пять тысяч рублей каждый месяц. Этого хватало на самое необходимое. Еду делили соседи — то картошку принесут, то банку с огурцами.
Анна научилась топить печь, таскать воду, готовить на скорую руку. Жалеть себя было некогда. Она просто жила. День за днём.
Но ночами всё равно плакала. Чем я заслужила такое? Почему они меня бросили?
Школу она закончила. О Петербурге больше не думала. О институте — тоже. Поступила в училище на товароведа, устроилась по вечерам в продуктовый магазин.
Местные жители приглашали её в гости, кормили, угощали. Молодёжь стала заходить к ней домой — собирались компаниями, сидели допоздна.
Так появился парень. Потом другой. В девятнадцать она поняла, что беременна.
Отец ребёнка посмотрел на неё холодно.
— Откуда я знаю, что это мой? Может, ты его от другого нагуляла. Воспитывай сама.
Больше она его не видела.
Анна позвонила родителям. Голос дрожал.
— Помогите мне, пожалуйста. Я не знаю, что делать.
— Сама нагуляла — сама разбирайся, — ответила мать.
Отец промолчал.
Брат на звонок не ответил.
Тётя Лена забрала её из роддома. Помогла подготовить дом к рождению ребёнка. Она с мужем нянчили малыша, как своего внука.
— Ты же не одна теперь, — говорила тётя Лена. — Мы с тобой.
Анна обнимала её, шептала:
— Спасибо вам. Спасибо.
Деньги нужны были постоянно. Анна договорилась с соседями — они присматривали за ребёнком, пока она уезжала на заработки. Сначала в Финляндию — собирала клубнику. Потом на север России — работала поваром вахтовым методом.
Возвращалась, привозила деньги, обнимала сына. Снова уезжала.
Так прошло несколько лет. Она купила свой дом. Небольшой, но свой.
Сын подрос. Анна решила попробовать зарабатывать дома. Знакомая подсказала идею — выращивать ягоды и овощи на продажу. Анна засадила огород клубникой, потом добавила зелень, огурцы, помидоры. Даже тюльпаны разводила.
Жить было сложно. Всё время казалось, что вот-вот позвонят родители, скажут: «Приезжай, мы по тебе соскучились». Но они не звонили.
Из социальных сетей Анна узнала, что мать снова вышла замуж, родила сына. Отец сменил несколько женщин. Игорь про сестру не вспоминал.
Общие знакомые передали слова родителей:
— Она гулящая. Постоянно мужиков к себе водит. Не получилось из неё толка. А мы столько в неё вложили.
Анна читала эти сообщения, сидела на кухне, смотрела в окно. Они даже не приехали проведать внука. Ни разу.
В тридцать лет она встретила Сергея. Он переехал в деревню после развода, привёз с собой сына. Они начали встречаться. Через год поженились. Ещё через полтора родился общий ребёнок.
Жизнь стала полнокровнее. Сергей работал трактористом, Анна разводила коз, варила сыр. Дети росли. Дом наполнился голосами, смехом.
Однажды вечером позвонила мать.
— Привет, дочь. Давно не виделись. Может, в гости позовёшь? С внуками хочется повидаться. Давай я приеду?
Анна держала телефон, молчала.
Через неделю написал отец:
«Аня, слышал, у тебя второй сынок родился. Поздравляю! Хотел приехать к тебе. Заодно с женой познакомлю».
Потом сообщение от Игоря:
«Давай чаще встречаться. Может, на шашлыки позовёшь? В баньке искупаемся».
Анна читала эти сообщения, сидела на кухне. Сергей готовил ужин, дети играли в комнате. Она смотрела на экран телефона, и внутри всё сжималось.
Больше десяти лет молчали. Никому не было интересно, как я живу. А теперь вдруг вспомнили.
Она вспомнила, как стояла на пороге Игорькиной квартиры. Как он сказал: «Ищи себе другое место». Как мать сказала: «Ты взрослая уже, живи отдельно». Как отец закрыл дверь.
Вспомнила, как плакала ночами в холодном доме. Как таскала воду из скважины. Как рожала одна, без семьи рядом.
Вспомнила, как они называли её гулящей за глаза.
Анна встала, подошла к окну. Посмотрела на двор, на дом, который построила сама. На мужа, который стоял у плиты. На детей, которые смеялись в комнате.
Нет. Не могу. Не смогу снова им довериться.
Она взяла телефон, зашла в настройки, сменила номер.
Сергей обернулся.
— Всё в порядке?
Анна кивнула, выдохнула.
— Да. Всё хорошо.
Он подошёл, обнял её за плечи.
— Как спалось? Сегодня день будет хороший.
Анна улыбнулась — мягко, без напряжения.
— Спасибо тебе за всё. Я счастлива.
Дети прибежали на кухню, обняли её за ноги. Младший тянул ручки вверх.
— Мама, возьми меня!
Анна подняла его, прижала к себе. Посмотрела в окно — утреннее солнце пробивалось сквозь занавески.
Это мой дом. Это моя семья. И я больше не вернусь к тем, кто меня бросил.
Она больше не ждала звонка. Не ждала, что кто-то из них приедет, извинится, попросит прощения.
Она просто жила. С мужем. С детьми. С соседями, которые стали ей роднее, чем родная кровь.
И этого было достаточно.
А как бы вы поступили на месте Анны — простили бы родных или закрыли эту страницу навсегда?
Поделитесь в комментариях, интересно узнать ваше мнение!
Поставьте лайк, если было интересно.