Доброй ночи!
Верхняя Пышма, май 2013 года. Обычное утро в популярном гастрономе. Покупатели выбирают продукты, продавцы выкладывают товар. Рутина. Одна из сотрудниц спускается в подсобку, чтобы достать мясо из морозильной камеры. Среди брикетов с заморозкой она натыкается на странный пакет. Он тяжелый, плотный. Любопытство берет верх, она разворачивает полиэтилен и в ужасе отшатывается.
Внутри лежат два маленьких, скованных льдом тельца. Младенцы.
Следователи, прибывшие на место, сначала даже не смогли определить пол детей — настолько сильным было обморожение. Экспертиза покажет позже: это два мальчика. И самое страшное — они родились живыми. В их легких был воздух. Их не убили ударом, не задушили. Их просто положили в холод умирать.
Эта находка вскрыла историю, от которой стынет кровь даже у бывалых оперативников.
Нить расследования привела к 29-летней Ирине Тимошенко, продавщице того самого магазина. На первый взгляд — обычная женщина. Разведена, воспитывает дочку, крутится, чтобы выжить. Никто из коллег и подумать не мог, что эта тихая мать-одиночка носит в себе (и в своем багаже в буквальном смысле) такую страшную тайну.
На допросе Ирина раскололась быстро. Её исповедь — это хроника падения, где страх и бедность вытеснили человечность.
Всё началось в 2008 году. Ирина, оставшись без мужа, с маленькой дочкой на руках и вечно недовольной матерью за спиной, пыталась устроить личную жизнь. Романы были короткими, мужчины менялись. Итогом стала беременность. Денег на аборт не было, а признаться строгой матери она боялась до дрожи. «Семью не сохранила, нагуляла, позор!» — эти слова звучали в её голове набатом.
Ирина приняла решение. Она скрывала живот (благо, комплекция позволяла), на учет не вставала. Когда подошел срок, она отправила старшую дочь к бабушке, а сама родила дома, на съемной квартире. В одиночку. Сама перерезала пуповину кухонным ножом.
Ребенок, мальчик, был здоров. Он закричал. Но для матери этот крик был не радостью, а угрозой разоблачения. Она положила новорожденного в пакет и убрала в морозилку своего холодильника. Между пельменями и курицей.
Но ужас ситуации в том, что это повторилось.
В 2010 году Ирина снова забеременела от другого мужчины. Сценарий был тот же: тайные роды, пакет, морозилка. Любовнику она соврала, что сделала аборт. Тот вздохнул с облегчением и забыл.
Самое непостижимое в этой истории — хладнокровие. Ирина не избавилась от тел. Она хранила их в своей морозилке годами. Когда переезжала на другую квартиру — перевозила с собой. Когда устроилась работать в гастроном в Верхней Пышме, принесла пакеты туда и спрятала в служебном холодильнике. Видимо, дома стало опасно, или просто не хватало места.
Коллеги годами ходили мимо этой камеры, брали оттуда продукты, не подозревая, что лежит на дне.
Психиатрическая экспертиза длилась три месяца. Три врача и психолог пытались найти у Тимошенко отклонения. Безуспешно. Вердикт: вменяема. Она полностью осознавала, что делает. Она понимала, что убивает своих детей. Она просто решала свои бытовые проблемы самым чудовищным способом.
Суд, состоявшийся в 2014 году, стал шоком для общественности. Тимошенко судили по статье 106 УК РФ — «Убийство матерью новорожденного ребенка». Это так называемая «привилегированная» статья, сроки по ней небольшие.
За убийство первого сына (2008 год) её освободили от наказания за истечением срока давности. За убийство второго (2010 год) дали два года колонии-поселения.
Но Ирина не провела за решеткой ни дня.
В зале суда она попала под амнистию в честь 20-летия Конституции РФ. Сыграло роль наличие несовершеннолетней дочери и то, что преступление квалифицировали как средней тяжести. Прокурор требовал переквалифицировать дело на более тяжкую статью («Убийство двух лиц с особой жестокостью»), но суд отказал.
Ирина Тимошенко вышла из зала суда свободной женщиной. Она вернулась домой, к своей дочери и матери. Два её сына так и остались безымянными вещдоками в материалах дела, мальчиками из морозилки, чья жизнь стоила дешевле спокойствия их бабушки.
Ставьте лайки и подписывайтесь на канал.
Читайте также: