Роман ТЕНЬ ИНЖЕНЕРНОГО ЗАМКА здесь
Роман МАТЬ ДРАКОНА здесь
назад Глава 6 вперед
- Фу, как скучно! Как они живут в этом сером мире?! – Лиза придирчиво оглядела в зеркале костюм, надетый специально для посещения Смольного. Консервативный серый жакет, белая блузка, умеренно узкая юбка и туфли на каблуке-«визитке». Волосы стянуты в пучок, ни грамма макияжа. Руки так и чесались добавить… нууу… хотя бы, брошь. Но нет, нельзя!
- Так, сегодня по плану: комитет по охране памятников, пожарные и, на десерт, управляющий особняком Брусницыных. Я вечером свидание с Марком. Первое, блин, настоящее… И как, скажите мне, я появлюсь перед ним в таком унылом виде?
Еще немого посопев и повздыхав, она все-таки сунула на дно сумки пестрый шелковый платок Хермес из последней коллекции. В десятый раз проверила наличие всех документов в папке и выдвинулась на бой с бюрократией.
***
Секретарша лениво постукивала по клавишам, пила чай, отвечала на звонки и делала вид, что Лизы не существует в природе. Вот не сидит она прямо здесь уже битый час. Спина и ноги затекли, телефон, поставленный на беззвучный режим, разрывался, драгоценное время утекало в никуда. Девушка медленно начинала закипать. Особенно ее злило, что на секретарше такой же костюм, похожая блузка и темные волосы аналогично уложены в консервативный пучок.
- Вот же, грымза! – мысленно Лиза уже применила десяток удушающих приемов и припоминала одиннадцатый, как дверь в заветный кабинет, наконец, отворилась.
- Мария Ивановна, здравствуйте – губы сами собой сложились в сладкую улыбочку, - Как я рада снова вас видеть!
- Здравствуйте, Елизавета! Не могу ответить вам взаимностью. Насколько я понимаю, вы опять попросите что-то недопустимое.
- Ничего такого! Мы просто хотим провести мероприятие в особняке Брусницыных.
- О чем я и говорю! Недопустимое и незаконное. Особняк закрыт для посещений.
Лиза порылась в своей папке, выудила несколько листков и выложила их перед вредной чиновницей.
- Смотрите! Вот акт о том, что особняк не находится в аварийном состоянии и туда возможны посещения, в особых случаях. Вот копии разрешений, которые выдавались для съемок фильмов. А вот заявка на конкурс «Ресторанная пальмовая ветвь». Мы ж не для себя! Если выиграем, а мы выиграем, это хорошо для города.
- Ох, Елизавета – устало вздохнула Мария Ивановна – Петербург город большой. Что ему ваши конкурсы? Никто даже не заметит.
- Не скажите! Российская премия входит в европейский конгломерат. А это уже международное внимание.
- Ну хорошо, покажите, что вы там задумали.
Папка хлопнула крыльями обложки и на стол легли пестрые страницы макетов: фотозона, гигантский аквариум, костюмы, декорации.
- Хм, интересно! А вот это что? – один из листков замер в ухоженных пальцах.
- Это очень интересно! Есть данные, что Петр I привез из Европы идею масонства и даже был первым в России Великим магистром. Для него это была скорее игра, чем серьезное увлечение, но атрибутику он, одно время, охотно использовал.
- Масо-о-ны… - задумчиво протянула Мария Ивановна – И что, вы хотите воспроизвести масонский ритуал?
- Не совсем так. Ритуал дело тонкое и непосвященной публике неведомое. Есть риск наделать ошибок. Мы возьмём только эстетику, атмосферу тайны, так сказать.
- Что ж, это правильно. У меня муж много лет интересуется этой темой. Он бы с вами согласился. Давайте ваши бумаги. Я посмотрю, что можно сделать!
Примерно в таком же режиме Лиза провела следующие восемь часов, состоящих, в основном, из ожидания.
Время от времени она выскакивала на улицу подышать и поныть в телефонную трубку Ирэне:
— Ты даже не представляешь, что здесь творится. Они требуют справку, что стены выдержат вес декораций. Откуда я знаю, выдержат ли стены, построенные при Александре Втором?!
— А ты скажи, что мы не собираемся сверлить их исторические стены, мы же не сумасшедшие. Все декорации будут на независимых конструкциях.
— Да сказала я. Прикинь, один меня спросил, не вылетит ли аквариум в окно и не рухнет ли на голову туристам. Я ответила, что в аквариуме три тонны воды и он очень вряд ли соберется взлететь.
— Лиз, ты герой. Я в тебя верю. – рассмеялась Ирэна.
***
Для свидания Марк выбрал панорамный ресторан на площади Александра Невского.
- Он такой яркий, прямо как ты! – захлебывался он эмоциями, приглашая свою даму сердца.
- Мужики! – поморщилась Лиза – ничего в женщинах не понимают. Даже такие умные. Как можно перепутать яркость с безвкусицей? – но вслух, разумеется этого не сказала.
— Ты когда в последний раз была в ресторане не по работе?
— Не помню. Наверное, когда ещё в разведшколе училась. Мы там ходили в одно место, отрабатывать навыки наблюдения.
— И как, успешно?
— Я срисовала, что официант нас обсчитал на пятьсот рублей, а преподавателя — нет. Получила зачёт.
- Что, официант был из ваших? – захохотал Марк.
Как же ему с ней хорошо. Снова и снова Марк с удивлением ловил себя на том, как в груди растекается тепло. Что держать ее маленькие, обманчиво хрупкие ладони в своих, это отдельное удовольствие. Что можно подкалывать друг друга и тонуть в нежности.
Закончив ужин, парочка медленно побрела по Синопской набережной не желая расставаться.
Они повернули на мост и остановились полюбоваться на воду. Лиза быстро замерзла в тонком кашемире, и Марк укутал ее в свое необъятное черное пальто.
- Я чувствую себя в нем, как малогабаритной квартире –мурлыкнула Лиза, прижимаясь к нему.
— Знаешь, о чём я думаю? — Марк задумчиво гладил светлые волосы. — О княжне Таракановой.
— Сейчас? Ну а как же, о ком же ещё?!
— Нет, серьёзно. Мы все ищем в ней политическую авантюристку. А она ведь была женщиной, очень красивой женщиной. Вертела как хотела не последними мужчинами. И вдруг влюбилась в графа Алексея Орлова. Для нее самой это, наверное, было неожиданностью. Она ему доверилась, а он ее предал. Версии там разные, но, в сухом остатке, предал ведь…
— Ты хочешь сказать, что это история не про политику, а про личную драму?
— Да. Именно в тот момент, когда она отказалась от интриг и просто захотела быть любимой, ее использовали…
На мосту зажглись фонари, и Лизины волосы начали отливать золотом. Марк обнял ее покрепче и вгляделся в любимое лицо.
— Вот ты бы что сделала на её месте?
— Я бы не повелась. Я бы Орлова на первом же свидании раскусила. — хихикнула Лиза. — Но я же не она.
***
Аленка с Женькой провели этот день в Российской национальной библиотеке. Женька был брошен на изучение старых газет, а на себя девочка взяла подшивки городских легенд.
— Слу-у-шай, вот тут в "Петербургском листке" за 1903 год заметка: «Таинственный музыкант спас детей во время наводнения. Он зарабатывал на жизнь играя на флейте». И таких объявлений несколько.
— А дата наводнения есть? — Аленка с облегчение оторвалась от самиздатовской полуслепой подшивки.
— А как же. Аж три: 1824, 1903, 1924...
— Это как? Если он спас детей в первый раз в 1824, то ему было, ну-у, допустим, лет пятнадцать... Это значит, что в 1924 ему было сто пятнадцать. Что-то не сходится.
— Может, это не один человек, а легенда, которая кочует?
- Смотри, я нашла будто бы в девятнадцатом веке в районе Коломны жил старик, который играл на дудочке и угощал детей конфетами. Дети шли за ним, а он уводил их от опасных мест — от пожаров, от обвалов, от наводнений. А вот еще, это уже современный миф: в 90-х в подземных переходах играл мальчик-флейтист, и считалось, что он появляется только в самые тёмные времена.
- Я и говорю, - подхватил Женька с умным видом, — Это не один человек. Это архетип. Музыкант, который приходит, когда детям грозит опасность. В разные эпохи — разный, но всегда с духовым инструментом.
- С духовым… Я сразу представила себе бас-геликон, - захихикала Аленка. – Все Жень, я больше не могу. Пойдем отсюда.
Она затащила приятеля в старый заросший деревьями двор, которыми богата старая Садовая.
- Стой смирно. Я сейчас сниму ролик для канала и поедем. Как думаешь "Ищем Крысолова — миф или реальность?", норм название.
Женька только собрался открыть рот, чтобы сказать все, что он об этом думает, как в их разговор вмешался старичок, мирно дремавший на дворовой лавочке.
— Крысолов? А вы в Щемиловке были? Там до войны жил один музыкант, старик Степан. Говорили, что он ещё в Гражданскую детей от голода спасал. Играл на дудке, а люди несли ему еду. Он эту еду детям отдавал. Вокруг него вечно беспризорники крутились. А в блокаду... — старик поперхнулся и тяжело сглотнул. — В блокаду он в нашем дворе играл. Я сам слышал, своими ушами. Мне пять лет было, я умирал уже. Мать меня на руках вынесла во двор. Думала, в последний раз. Она со мной вот на этой лавочке сидела, а он играл. И я почему-то выжил. Потом его многие искали — как сквозь землю провалился.
Аленка почувствовала, как по спине побежали мурашки.
***
- Ирэнка, любовь моя, ты уже дома?
- Ага! Кофе тебе варю.
Ирэна выглянула из кухни и чмокнула мужа в районе подбородка.
- Устал?
- Ужасно! Но доволен. Новый поставщик отличный, и в целом, хороший день.
Стас с облегчением уселся на диван и вытянул бесконечные ноги.
— У меня к тебе разговор, — сообщил он, осторожно принимая от жены горячую кружку. — Родители звонили. Хотят приехать. С братом и его семьёй. Отец говорит: «Сын, давно не виделись. Ты теперь бизнесмен. Хотим посмотреть, что да как». Мать волнуется, конечно.
— А брат?
— Олег с женой Наташей и двумя племянниками. Старшей, Кате, восемь, младшему, Паше, уже пять. Будут шуметь, обещаю.
Ирэна задумалась, прикидывая в уме метраж квартиры:
— Стас, у нас две комнаты. Мы с тобой в одной, Алёнка в другой. А это шесть человек гостей. Куда мы их всех?
— Я понимаю. — вздохнул Стас. — То есть, ты против?
- С ума что ли сошел? – удивленно вскинула брови Ирэна. – С чего бы это? Я с твоими отлично лажу. Надо только придумать, как все это организовать.
- Маам! – грохнув входной дверю, завопила Аленка.
- Я за нее.
— Мам, это не один человек. Это образ. Вечный подросток — или старик, но с душой подростка, — который приходит, когда нужен, и исчезает, когда опасность позади. Мы можем сделать его собирательным.
- Так, еще раз и человеческим голосом. Кто, куда, откуда?
- Да ну Крысолов же! – Аленка с досадой задергала плечом - Пусть у нас будет совсем молодой актёр, который играет на флейте, и он появляется в разных местах программы — то тут, то там, как видение. А в финале, когда все опасности позади, он просто исчезнет.
— Ты это сама придумала?
— Ага. С Женькой и с одним дедушкой на Садовой.
— Какие ж вы у меня молодцы. Горжусь вами.
***
Эскизы, наброски, еще эскизы… Черт бы побрал эту бессонницу! – Марк с досадой отбросил карандаш и начал нарезать круги по комнате. Мысль о несчастной княжне не отпускала его. Добиться такого успеха на политической арене, как она, можно только будучи человеком умным, холодным и расчетливым. Она четко знала, что делает и играла европейскими политиками, как фигурами на шахматной доске. И вдруг любовь! И все… Все рухнуло, весь здравый смысл. Что она чувствовала?
Он снова схватил карандаш и начал рисовать: женская фигура в пышном бальном платье кружится в вальсе с блестящим офицером. Женская головка доверчиво ложиться на его плечо… затем та же женщина в цепях и следом…уже над водой - подсвеченная снизу, прозрачная, почти невесомая.
- Да-да, мы так и сделаем. – забормотал он. – сначала танец, любовь, идеальная пара. Затем сцена предательства, свет меняется, музыка искажается. Орлов растворяется в темноте, вокруг княжны смыкаются тени. Она оказывается в клетке. Потом наводнение – вода поднимается все выше и выше, она рвется, мечется, но цепи держат. М-да, если актриса будет мокрой, мы потеряем эстетику. Придумал – я сделаю аквариум с двойными стенами, пустой резервуар внутри. Да! Вот так получается! И потом она возносится. Уже не живая женщина, а душа. Она танцует в воздухе все тот же вальс, но теперь одна. Постепенно тает, растворяется…
Он схватил телефон и набрал Ирэну, не глядя на часы.
- Марик, тебе чего? Что-то случилось?
— Ирэн, прости, что разбудил. Я придумал княжну.
— Жги! – было слышно, как она возится на том конце, видимо устраиваясь и сгоняя с себя сонную одурь.
— Она будет не просто жертвой. Мы покажем её счастливой — танец с Орловым. А потом — предательство, цепи, вода. И в конце она не тонет, а освобождается и взлетает. Подсветка снизу, она становится прозрачной, призрачной — и растворяется. Понимаешь? Она становится легендой прямо на глазах у зрителей.
— Марк, это... это очень круто. Вот что с человеком любовь-то делает.
— Да брось ты! Ты меня смущаешь.
— Какие мы нежные, можно подумать. Завтра еще обсудим с командой. Но идея супер.
Продолжение
Заказать организацию мероприятия - здесь
Заказать корпоративное питание и кейтеринг СПб и ЛО - здесь