- Где она живёт, не говорила тебе? – озадаченно глядя по сторонам, спросил Феликс. Люба ушла всего на десять минут раньше, но в поле зрения её уже не было. И как можно догнать человека, когда даже не знаешь, в какую сторону он пошёл? – Может, хотя бы вскользь упоминала что-то? Например, магазин рядом с домом, стадион, площадь?
Начало здесь. Предыдущая глава 👇
- Нет, – ответила Алиса, набирая номер женщины. – Мы о личном и бытовом вообще не говорили. Только о деле. Выключен! Почему она до сих пор его не включила? Почему? И мы столько времени вместе провели, прощаясь, даже не напомнили ей, чтобы она была на связи!
Она нервничала, хоть и не до конца понимала, почему Феликс так всполошился. И почему Люба ему понадобилась так срочно, прямо сейчас. Договорились же встретиться, разве этого недостаточно? Нужно книгу искать! Будучи старостой, Алиса привыкла всё и обо всех знать, поэтому обычно всегда задавала много вопросов. Только не сейчас.
Всё изменилось. Феликс – уже не просто друг, не студент её группы. Он Хранитель. И у неё появился некий трепет перед ним. И даже добровольное подчинение. Захочет объяснить, объяснит. Ну или она спросит в более подходящее время.
- Не кричи так, ничего страшного ещё не произошло, – заметил Феликс. – Нам нужно найти Любу, и вместе с ней отыскать Михаила. И как же я раньше не подумал!.. Впрочем, и времени думать пока не было. А Люба телефон не включила, потому что просто забыла. Столько всего на неё навалилось! Проблемы с мужем, гибель Савелия, мы ещё загрузили… Может, он у неё разрядился. Ладно, попробую её почувствовать.
Но почувствовать Любу или попытаться настроиться, чтобы её почувствовать, не получилось. Феликс не собирался перемещаться, но внутри снова появилось чувство, похожее на сигнализацию. И с охотниками оно никак не было связано. Он посмотрел на Алису и тихо произнёс:
- Мне срочно нужно в Хранилище, – а в следующую секунду, он уже шёл решительным шагом по бесконечному зелёному залу.
Его появление не ожидал книгоед, притаившийся возле одного из стеллажей. Феликс увидел его, несмотря на дальнее расстояние от двери. Казалось, здесь нет уголка, закутка, куда бы он ни мог проникнуть взглядом. Шёл он целенаправленно, глядя, как червь пытается не шевелиться. И о чём это существо думает? Что если не будет шевелиться, то его и не заметят? И думают ли вообще книгоеды?
Страха не было. От слова совсем. Феликс чувствовал себя полноправным хозяином этого места. Всего несколько дней, как он узнал о хранилище, а уже такая метаморфоза! Он понимал, что ничего ему книгоед не сделает.
Хранитель легко мог сжечь его даже на расстоянии. Достаточно чётко сформулировать эту мысль и выпустить огонь, который уже разгорелся внутри, но в последний момент передумал. «Сковать бы его верёвкой и выведать, что он знает про книгу Сони», – подумал Феликс.
И в этот момент книгоед оказался скован, только не верёвкой, а серебряной цепью. Как и корешки книг, она была окутана дымкой нежно-голубого цвета. Цепь обвивала его по рукам и ногам, но не прикасалась к телу. Несколько раз дёрнувшись, существо задело цепь и прошипело, словно от боли. Сбежать книгоед не смог, и Хранителя это порадовало.
Феликс подошёл к нему и решительно стянул тряпку с головы. Зрелище оказалось не для слабонервных! Лица как такового у него не было. Да и голова оказалась неестественно маленького размера. Небольшой рот, больше похожий на присоску, нет глаз. По бокам, вместо ушей, отверстия. Никакой растительности – ни волос, ни бровей, ни ресниц.
- Какой же ты мерзкий, – произнёс Феликс вслух. – И что мне с тобой сделать? Сжечь? Слишком просто, не так ли? Давай мы с тобой вот как поступим: я буду задавать тебе вопросы, а ты отвечать. Как ты сюда попал?
В ответ раздалось шипение, без попытки что-то сказать. Так шипит кошка, проявляя агрессию.
Феликс слегка сжал руку, и цепь оплела червя, коснувшись его. Тот снова зашипел, но теперь от боли. Стараясь не выдать своего удивления, молодой человек повторил вопрос, разжимая ладонь:
- Как ты сюда попал?
- Через книгу! – прошипел червь, кивком головы указывая на произведение с абсолютно чёрным корешком.
Феликс взял её в руки. Даже обложка этого человека потемнела. Что-то конкретно нехорошее сделал владелец этой книги. По-настоящему тёмное.
Это было недостающее звено в его осознании нового мира. Есть Хранилище, в которое как-то попадают черви, хотя кроме Хранителя, здесь никого не должно быть. Значит, вот оно как! Человек сам выбирает свою судьбу, но хочет он того или нет, влияет и на остальных.
Здесь это вполне осязаемо. Через их чёрные книги к другим подбирается зло. И исправить это никак нельзя! Нельзя просто заставить людей быть добрыми, жить по совести. Тем более что каждый волен сам выбирать свой путь.
Значит, вот она задача Феликса: предотвращать диверсии. А если он кого-то упустит, ему на помощь придут охотники, способные отыскать книги в мире обычных людей. Уходят книгоеды, видимо, тем же путём: через книги.
И книги их порождают. Точнее, люди, которые их пишут. Червей создаёт отнюдь не Серолик, а человек.
- Кто украл книгу Сони? – спросил Феликс. – И не ври мне, что ты не знаешь, о ком идёт речь. Ох, не ври!
- Не знаю, чья книга. У меня нет глаз. Он показал, мы забрали, – прошипел червь. Только теперь Феликс понял, почему такое название у книгоедов: окованный цепью, он извивался, как червяк, пытаясь вырваться.
- Как же он показал, если у тебя глаз нет?
- Мы слышим движение. Мы слышим направление.
Решив не спешить, Феликс отправился вдоль стеллажей вглубь зала. Он не боялся, что книгоед ускользнёт от него: время от времени он задевал цепь и шипел. Пусть помучается, может, посговорчивее будет. Никакой жалости к нему Феликс не испытывал. Это просто отвратительный, воняющий сгусток злости, принявший вид, отдалённо напоминающий человека.
Из-за этого существа ему пришлось оставить Алису одну посреди улицы! Но проигнорировать сигнал внутри он никак не мог.
Молодой человек чувствовал силу и чувствовал от неё усталость. Казалось, без перерыва в голове восстанавливаются воспоминания всей его жизни. Он уже не погружался в них, как в начале, а просто знал так, будто всегда помнил. Всё, в мельчайших подробностях.
И это тяжело. Хорошо, что обычные люди не держат в памяти подробности каждого дня своей жизни. Это может свести с ума. Забвение – самый великий дар, посланный человечеству!
Феликс его лишён. Теперь он видел всё, происходящее вокруг, как-то по-особенному чётко. Будто всё знал! Только не мог понять одного: зачем дедушка вынес его книгу из Хранилища. Хотя и здесь догадка была. Осталось её подтвердить. Ничего, у него есть вражеский «язык».
- Серолик чувствует книги? – задал новый вопрос Феликс. Он успел отойти достаточно далеко от своего пленника, но не сомневался, что тот его услышит. Книгоед услышал и прошипел в ответ:
- Как ты… Вы одинаковые. Здесь он их чувствует. Знает.
- А там? За пределами Хранилища?
Червь промолчал, Феликс сжал ладонь, отчётливо представляя, как сжимается цепь вокруг книгоеда. Тот взревел, и Хранитель разжал ладонь.
- Итак… – негромко произнёс молодой человек, но его голос, подобный раскату грома, прогремел на всё Хранилище.
- Нет! Как ты! И мы не видим. В нашей власти только то, что сами забираем.
Феликс развернулся на пятках и отправился обратно к книгоеду.
- А как вы книги забираете? Серолик не смог, – спросил он, заглядывая в лицо существу. Как же ему хотелось, чтобы у книгоедов были глаза! Чтобы заглянуть в их мрачную глубину.
- Свои зовут, – извиваясь на месте, прошипел червь. – Чёрные… наши. Если тихо, никто не зовёт, то белые, не наши. Их и берём. Некоторые не даются. Обжигают… убивают. Другие пробуждаются от нашего прикосновения.
- Как?
Коротко вспыхнув, книгоед вдруг исчез, так и не ответив на вопрос, цепь с грохотом упала на мраморный пол и тоже исчезла, а за спиной раздался холодный голос Серолика:
- В каждом есть что-то, что мои ребятки могут пробудить одним прикосновением. И забрать книгу. Чаще всего люди подавляют гнев. Не борются с ним, а именно подавляют. А ещё алчность, похоть, зависть. И это бесконечное: дай, дай, дай! Ненасытность в еде, желаниях. О, как много всего прячут в себе люди, даже те, кого вы условно называете добрыми. Они делают добрые дела, тщательно пряча внутри свою истинную суть.
- Тебя не приглашали, – холодно заметил Феликс, оглядывая стеллаж, через который проник в Хранилище червь. Он приметил на полке целую полку книг с корешками от тёмно-серой до чёрной дымки. Почему-то именно этот ряд показался ему наиболее подходящим для прохода Серолика.
Феликс повернулся и смело посмотрел ему в глаза
- А мне не нужно приглашение, – ответил тот, оглядывая Хранителя. – С тобой или без тебя, но я заполучу твою книгу. Только теперь у тебя уже нет выбора. У тебя не будет той спокойной жизни, о которой ты мечтал. Ты будешь подчиняться мне.
- Или ты мне, – невозмутимо заметил Феликс. В глазах Серолика он увидел промелькнувший страх. Неужели он боится? Всё произошло так быстро, что уже через несколько секунд, молодой человек засомневался в том, что увидел.
Резко взмахнув рукой, он отправил Серолика обратно в те книги, из которых он вылез. И тут же расставил их на полке так, чтобы между ними попадались светлые.
- Ну посмотрим, как ты ещё раз попадёшь сюда без приглашения, – произнёс Феликс. Он понимал, что Серолик, в отличие от книгоедов, не порождён чьими-то пороками. Он сам отдельная, злая личность. Сильная, но всё же не всесильная.
И книгоеды нужны ему, как Феликсу нужны охотники.
Ему было обидно, что он так и не узнал, где книга Сони. И что потратил много времени на вопросы, которые никак не сдвинули с места поиски. Зато стало ясно, почему Серолик не может трогать книги, а черви их похищают. Они часть произведений! Часть людей.
Он оглядел зал. Мысленно. Ему теперь не нужно было бегать в этом бесчисленном множестве книг. Не увидев нигде прохода для Серолика, Феликс подумал об Алисе и исчез.
***
Девушка стояла посреди улицы, не зная, что же делать дальше. Поехать домой к Феликсу и ждать? Но сколько можно медлить! Соня там доводит родителей, неизвестно, что ещё выкинет!
Где может жить Люба?
Больница!!!
Алиса помчалась к метро. Она точно помнила, что Миша отвёз Любу в третью городскую больницу. Они это обсуждали в машине, пока она ещё ехала с ними. Значит, минимум там могут знать, где она живёт. Максимум – женщина и сама туда поехала.
О том, что информацию о больных посторонним не разглашают, девушка даже не подумала. Алиса уже была на грани отчаяния, наверное, поэтому голова отказывалась думать.
Прямо у дверей она столкнулась с Мишей, хмуро прохаживающимся по крыльцу. Увидев девушку, он разозлился:
- Ты что здесь делаешь? Просил же, оставь нас в покое!
- Люба мне ничего такого не говорила, – заметила Алиса, разглядывая мужчину. Миша изменился: осунулся, побледнел, и даже будто бы стал ниже ростом.
- Иди сюда, – сказал он, грубо схватил девушку под локоть и потащил в сторону небольшой аллейки, гордо именуемой больничным парком. Погода не особо благоволила для прогулок, и здесь почти никого из больных не было.
Оттащив Алису подальше от входа, он зло прошипел:
- Ещё раз тебя рядом с моей семьёй увижу…
- И что же будет?
- Увидишь. Я ни перед чем не остановлюсь! Любе нужно время, но она тоже поймёт, как это опасно якшаться с вами сейчас… когда не пойми что происходит! Нет, это не наша война, но если ты будешь мелькать здесь, я… я…
- Мне тоже интересно, что ты сделаешь, – спокойно и холодно спросил Феликс, появляясь прямо рядом с Алисой. Одной рукой он освободил девушку от цепких рук Миши, а другой нанёс ему точный удар прямо в нос.
Раздался хруст, вскрик, и Миша, отскочив на пару метров, грозно, но уже невнятно произнёс:
- Тебе не победить! Ты же ничего не знаешь! Сам сгинешь, и нас за собой утащишь. Хранитель-самоучка, блин!
Он развернулся и пошёл прочь, оставляя за собой на белом снегу капли алой крови.
Не забывайте подписываться на канал, сообщество VK, ставить лайки и писать комментарии! Больше рассказов и повестей вы найдёте в навигации по каналу.
Продолжение 👇