Весной на реке рыба идёт плотной стеной. Вода мутная, с землёй. Нерестовый запрет. Спиннинги в чехле, лодки на приколе. Кто уважает реку, тот ждёт. Но всегда есть и те, кто хочет поживиться нерестовой рыбой здесь и сейчас. А потом хоть трава не расти.
Рыболовная база на Енисее в это время оживает по-своему. Не туристами. Стариками. Трое приезжают каждый май. Седой Архип Степаныч, молчаливый Костик Костыль и Генка. Им за шестьдесят, но ямы на реке они знают лучше любого эхолота.
Они не ловят. Сидят, чинят старые моторы, перебирают снасти, варят шурпу. И смотрят.
В тот вечер на противоположный берег выкатился серый «Патриот». Двое. Лет по тридцать. В камуфляже. Лодку спустили быстро. Мотор - 9,9 -прижатая 15-ка.
- Запрет же, - тихо сказал Гена.
Степаныч только плечом повёл.
Молодые вышли на середину протоки. Там, где мелко, где трава под водой и щука трётся о коряги. Там, где малёк стоит ковром.
Первую сеть поставили поперёк, вторую - чуть ниже по течению. Сеточка свежая, блестит. Ячейка мелкая. Под всё. Хапуги.
Вернулись к машине, разожгли мангал. Молодежь. Городские.
- Сами подставятся, - сказал Костыль, не глядя.
Ночью старики вышли без фонарей. Луна была хорошая. Подошли на лодке к первой сети. Всплески внутри, рыба билась.
Степаныч молча взял нож.
Резали не спеша. Не выдёргивали, не путались. Снимали рыбу аккуратно. Щука, язь, плотва. Икра уже набухшая, тяжёлая.
- Смотри, - шепнул Гена, показывая на комок серебра в ячейке.
Малёк. Десятки, сотни. Впивались жабрами, рвались, но не выходили.
Сняли всё. Сети разрезали на куски по полметра на берегу сожгут. Ни одного целого куска.
Вторую покромсали так же. Всю рыбу выпустили, оставив несколько штук, котрых выпускать уже было бесполезно.
К утру на базе дымил казан. На этот раз не шурпа. Рыбу почистили, икру сложили отдельно. Малёк лежал кучкой на доске. Его не выбросили.
Когда «Патриот» подъехал к воде, старики уже сидели за столом. Спустили лодку.
- Мужики, - крикнул один из молодых, - сети кто-то снял!
Переплыли и вышли на берег к старикам. Хотели было раскрыть рот, но их перебили.
Дорогие читатели, попрошу поддержать лайком мой труд, пока не забыли. Отжимайте и пошли дальше читать Подслушано Секреты Рыболова.
- Садитесь, - спокойно сказал Степаныч. - Уха готова.
Те переглянулись. Подошли.
- Вы не видели тут никого ночью? - спросил второй, пониже ростом.
- Видели, - ответил Костыль. - Вас.
Тишина повисла.
- Мы вообще-то по закону ставим… - начал высокий.
- По какому? - спросил Гена.
Тот замолчал.
Степаныч разлил уху по мискам. Положил каждому по куску щуки.
- Ешьте, - сказал. - Ваша рыба.
Молодые сели. Есть начали неохотно.
На столе рядом лежала доска. На ней - горсть малька, спутанного в сетке.
- Знаешь, сколько в одной такой сети гибнет мелочи? - спросил Степаныч, глядя на высокого.
- Да какая мелочь, - буркнул тот.
Степаныч взял одного малька двумя пальцами.
- Вот это - судак. Ему месяц. Через три года он был бы килограмм. Таких в сети было куча.
- Плотвы куча. Щучки куча. Они даже икру не отдали ещё.
Высокий опустил глаза.
- И что? - упрямо сказал второй. - Все ставят.
- Все - это кто? - спокойно спросил Костыль.
Ответа не было.
Степаныч продолжил, спокойно и без злости:
- Одна взрослая щука даёт до ста тысяч икринок. До взрослой рыбы доживает одна из тысячи. Ты своей сетью сегодня загубил примерно двадцать будущих щук. Это если по минимуму считать. Двадцать.
Он пододвинул миску ближе к молодым.
- И это только одна ночь.
- Нам детей кормить, мы не на продажу - тихо сказал высокий.
- Детей? - переспросил Гена. - А этим кто родитель?
Он ткнул пальцем в малька на доске.
- Мы тут сорок лет ловим. Удочками. По закону. Потому что если каждый будет «детей кормить» сетями - кормить будет нечем.
Степаныч доел, вытер ложку о край миски.
- Мы сети ваши порезали, - сказал он просто. - И будем резать дальше. Не потому что нам делать нечего. А потому что это наш берег и у нас тут, ребятки хорошие связи...
Молодые молчали.
- Хотите ловить - приезжайте в июне. С удочкой. Я покажу яму. Рыба будет. И будет ваша. По закону.
Высокий встал.
- А если мы всё равно поставим?
Костыль посмотрел на него долго.
- Парень, ты глупый? Тогда будете каждый раз покупать новые сети. И каждый раз приходить сюда есть уху из своей же рыбы. Пока не поймёте.
Тот усмехнулся, но без уверенности. Малёк на доске блестел на солнце.
- Заберите это, - сказал вдруг второй, кивая на него.
- Нет, - ответил Степаныч. - Это вы заберите. Покажите своим детям. И расскажите, как вы их кормили.
Молодые постояли ещё минуту. Потом пошли к лодке. Мотор завёлся не сразу. Когда «Патриот» уехал, Гена вздохнул.
- Думаешь, дойдёт?
Степаныч пожал плечами.
- Если нет - будем учить дальше.
Он взял доску с мальком и аккуратно высыпал его в воду у самого берега.
- Может, один из тысячи и выживет, - тихо сказал он.
На реке снова стало спокойно. Запрет продолжался. Старики налили себе по кружке чая и сели смотреть на протоку. Они никуда не спешили. А вы как думаете? Дойдет до молодёжи или нет?