Рассказ "На распутье"
Глава 1
Глава 14
Девушки сразу нахохлились, спускаясь с крыльца и уставившись на Лиду. Глаза их горели огнем, уголки губ были опущены, пальцы рук сжимались в кулаки. Лида замерла. Сейчас её точно «накажут» местные красавицы за то, что она осмелилась увести у них Павла.
— Зойка, — Павел, загородив своим телом Лиду, сделал шаг вперед, — прекрати устраивать перепалку только из-за того, что я тебе отказал когда-то. Если хоть волос упадет с головы…
В клубе уже прошла волна, мол, на улице намечается девичий скандал. Якобы Зойка опять делит своего бывшего с какой-то городской приезжей. Молодёжь выскочила наружу и начала весело присвистывать, подначивая взбешенную Зойку помахать кулаками.
— Испарись, — приказным тоном обратилась к Паше Зоя, раздув ноздри. — Иначе пришибу.
— Не вздумай, — тем же голосом не унимался Паша.
Народ на крыльце замолк, выжидая, что же будет дальше, но вдруг из-за угла здания раздался вопль:
— Я её знаю!! Из соседней деревни приехала!
Молодежь обернулась и увидела еле стоящего на ногах парнишку, который застегивал ремень на штанах, двигаясь к Павлу.
— Наша она, лапинская. Бабку её Верой Иванной кличут. Дядя Лёня, ик, – её сын, приходится этой девахе дядькой родным. Не обижайте, хорошая она, правда, несчастная.
Зоя, переведя взгляд на приближающегося парня, фыркнула:
— Вечно ты все испортишь, Стёпа.
— А что ж, на тебя смотреть, что ли? — усмехнулся тот, вынув спичку из коробка и сунув ее в рот. — Ты у нас без царя в голове, а я – за правду.
— Айда, подружки, отсюда! Танцы кончились, — махнула Зоя девушкам. Те поморщились, но делать нечего. Баянист – отец Зойки, по её щелчку он перестанет играть, а других музыкантов в деревне не водилось. Вздохнув, вся компания оставила клуб и ушла гулять по местным улицам.
— Здоров, Стёп, — Паша протянул руку парню.
Тот ответил на рукопожатие.
— Твоя? — спросил у Паши.
Паша кивнул. Лида, спрятавшись за его спину, чувствовала себя неловко. Первая прогулка оказалась чересчур опасной. В деревне Лиды тоже бывали ссоры среди молодых, но она этого не видела, только слышала разговоры, как девчата или парни хвалились друг перед другом успехом изгнания приезжих из соседних сёл.
— Ничего такая, - усмехнулся Степан, косясь на макушку низкорослой дивчины. — А чего грустная такая? Не бойся, девки тебя не тронут. Бабушку твою я знаю, так что…
— Стёп, — Паша вновь пожал ему руку, — мы пойдем. Клуб вон, уже закрывается…
— С какого перепугу? — обернулся Степан и увидел, как баянист пытается попасть крючком от замка в петлицу. — Дядь Вань! Ты это брось!
Степан, покачиваясь, пошел к мужику, а Павел, повернувшись к Лиде, тихо сказал:
— Пойдем, до дома тебя провожу.
Лида поняла, её тайна, раскрытая бессовестным образом, испортила отношение Павла к ней. Ну и пусть, всё равно они друг другу ничего не обещали.
Они шли по улице и оба молчали. Издалека были слышны песни. Видимо, это Зоя со своими подругами не давала уснуть жителям. Это были даже не песни, а частушки. Лида прислушалась. Как неприятно! Гадкие частушки были явно адресованы ей!
Ой, соперница моя,
Как лягушка без костей.
С моим милым постояла
Много было радостей…
Или:
Соперница моя,
Рыжая кобыла!
Все я песни перепела —
Про тебя забыла!
Лида краснела, сжимая губы и слушая пакости, которые Зойка так задорно распевала. Паша же шёл молча, будто оглох и не слышал Зойкины возгласы. Некоторые слова она выделяла громче всех. Остальные сопровождающие хохотали, разрывая своим лошадиным ржаньем деревенскую тишину. Лида была готова заплакать, но держалась из последних сил. Она хотела заговорить с парнем, но не посмела. Чувствовала его холод, даже пренебрежение, тянущиеся тяжелым шлейфом от него.
— Ну всё, — они пришли к дому, Павел остался стоять на дороге, — пока.
Подняв на него грустный взгляд, Лида глубоко вдохнула. Павел только успел повернуть голову в сторону, собираясь уйти, но Лида, резко обняв его за пояс, прильнула лицом к его груди и горько зарыдала.
— Я не виновата, — Лида умывала слезами рубашку парня, — он пристал, а я не смогла отбиться…
(в понедельник)