После завтрака сидеть за книгами в библиотеке было особенно сложно. Тяжёлая голова клонилась всё ниже к страницам старой книги. Приходилось жмурить глаза и часто моргать, чтобы отекшие веки снова открылись.
Со дня нашего приезда время шло слишком быстро. Пока жила в долине, я не понимала, почему взрослые всё время жалуются на это, но теперь... Казалось, мы с Илем, полные надежд, только вчера въехали на телеге в Азгран. Но на деле пролетела уже седьмица, а у них на руках ещё ни одного трактата, ни одной подсказки, нет даже намёка, что мог бы хоть сколько-то приблизить к разгадке тайны возникновения черной хвори.
Я почувствовала, как начинает покалывать иголочками подвернутую под себя ногу, опустила ее на пол, поёрзала на стуле.
Позади меня, переворачивая страницу, вздохнул Кай.
Ещё вчера он, вместе с Руной, устроил бы мне настоящий скандал из-за того, что я неправильно сижу в библиотеке.
Только сейчас ему не до придирок. Уже скоро за племянником мастера Торна приедет повозка, которая отвезёт его в Управление, мрачное серое здание, где следователь будет задавать ему множество неприятных вопросов. Я не знала, что станет с этим рыжим мальчишкой, если окажется, что тем ночным гостем действительно был он. Может, отведут в туманные пещеры и лишат памяти. Или отправят в храм на вечное послушание и служение. А может, мастер Торн уговорит следователя и его начальство, и Кай уедет к матери или в долину к мастеру Ги. Там, вдали от Азграна с его соблазнами, он будет бесполезен заговорщикам.
Словно подслушав мои мысли, Кай шмыгнули носом. В этом звуке мне послышалась отчаянная беспомощность. Но оглянуться и посмотреть на него я не решилась.
Ведь я сама впустила в дом Эша – чужого мальчишку, которого даже не знала. Дала ему ключи. Разве не мог он поделиться этим знанием с сообщником и привести его в особняк, а затем ловко сыграть роль несведущего? Откуда мне знать, что он храмовник? Сейчас Эш ходит по улицам города в моей старой ученической форме. Может, и одежда служки досталась ему с чужого плеча? Может, он и подкинул платок Кая, когда мы вошли в комнату? Или изначально был с ним в сговоре?
Я так погрузилась в тяжёлые мысли, что не услышала, как открылась дверь библиотеки, и серая, словно мышь, служанка осторожно подошла к Руне, шепнув ей что-то на ухо.
Надсмотрщица подняла глаза, оглядев столы.
- Кай, Майя, Иль оставьте книги. Мастер Торн будет готов через минуту, спускайтесь и ждите внизу, – сказала она и остановила взгляд на побледневшем лице племянника Учителя. - Пришла повозка из Управления.
Вся его заносчивость облетела, как листья с поражённого болезнью абрикосового дерева. По осунувшемуся лицу было не понять, чего он боится.
***
Как и обещал, Учитель не заставил себя ждать, и вскоре повозка уже везла нас по выбоинам и лужам, разлитым большими круглыми зеркалами по мостовой.
Мастер Торн с племянником сидели напротив, едва помещаясь на сидушке вдвоём. Даже на расстоянии я чувствовала тепло, исходившее от них. Мы же с тощим долговязым Илем мёрзли, пряча пальцы в рукавах балахонов.
Гадая, зачем мы с Илем могли понадобиться следователю, я смотрела из окна на серые здания, тёмные скалы, блеклое небо и не знала, для чего приехала в этот город. В моих глупых мечтах не было ни заставленных книгами полок библиотеки, ни бесконечных проливных дождей, ни гниющих от страшной болезни заговорщиков, ищущих спасения у храмовников. Я не думала о том, что не скоро увижусь с мамой и сёстрами. Нет, все мои мысли были о Ромео, о ночных разговорах с ним, о том, что мы встретимся и, наконец, сможем быть вместе, и никто не потащит меня за ухо на глазах у соседей через всю улицу.
Впереди уже выстроились в длинный ряд стволы тополей, узкими макушками подпиравшие небо, и я поняла, что мы подъезжаем.
Повозка остановилась внезапно. Дверца отрылась. Марк уже ждал нас.
Мастер Торн поднялся, шагнул на ступеньку, отчего повозка опасно накренилась, сошел на брусчатку, заставив несчастнуюколымагу снова выровняться и застонать от облегчения, как стонет человек, сбросивший с плеча тяжёлый мешок. Следом нехотя вышел Кай. Мы с Илем выбрались последними.
Гранитное здание возвышалось над нами неприступной скалой, одним своим видом внушая трепет. Марк отпустил возницу и улыбнулся нам измученно. Было видно, что выспаться ему тоже не удалось.
- Идёмте, - позвал он. – Следователь сегодня не в настроении.
На втором этаже Марк остановился у двери кабинета, постучал.
- Я жду, - ответил Даррен.
Помощник открыл и позволил мастеру Торну с Каем войти, задержав нас с Илем на пороге.
Мы посмотрели на него вопросительно.
- Следователь хочет поговорить с Каем и мастером Торном без посторонних, - пояснил он. – Идёмте, я провожу вас.
Он повел нас по узкому темному коридору, больше походившему на катакомбы под храмом, чем на парадную лестницу в особняке мастера Торна. Гул шагов уносился вперед. Тяжесть каменных сводов над головой словно придавливала сверху.
- Ты посадишь нас в келью под землей? – спросила я, припомнив, как обошлись с прокажённым в храме белых богов.
- В свой кабинет, - ответил Марк. – Но такое сопоставление близко к истине.
Вскоре коридор вывел нас к большому помещению с высокими потолками. Вдоль стены стояли клетки, из-за решёток которых на нас красным глазами смотрели люди в потрёпанной одежде.
Почти в центре комнаты у стола, за которым сидел со скучающим видом грузный стражник, возмущалась и махала в воздухе крючковатыми пальцами недовольная его безразличием женщина.
- Понаберут в стражники кого попало! – причитала она. – Сидите тут ничего не делаете! А там этот мужик на меня смотрит! – последнее слово она выделила намеренно. - Вы уж разберитесь! Прошел мимо моего дома и в окно посмотрел!
Охранник меланхолично взглянул на Марка, кивнул ему и снова поднял глаза на заявительницу.
Мы миновали это странное место, повернув на крутую с железными перилами лестницу.
- Почему стражник не хочет женщине помочь? – спросила я.
- Это жалобщица, - отмахнулся он.
- Жалобщица? Это ремесло? – уточнил Иль.
Марк усмехнулся устало.
- Можно и так сказать. Такие как она только и делают, что на кого-то жалуются. Как на работу ходят, работать не дают.
- Но вдруг человек, о котором она говорит, и вправду что-то натворил?
- Ага. Мы так и спросим у него, когда поймаем: «А не натворил ли ты что-нибудь?», - фыркнул себе под нос Марк. - Человек просто шёл мимо, посмотрел в окно без какого-либо умысла. Я сам постоянно в окна заглядываю! Может, теперь и меня в клетке закрыть?
***
Обойдя все тёмные закоулки, будто желал запутать следы, Марк всё же привел нас в полуподвальный кабинет. От приоткрытого окна, расположенного под потолком, тянулся вниз мокрый след.
- Да сколько можно, - выругался помощник следователя. – Опять без меня проветривали и забыли закрыть. Я же просил не трогать это окно! Только недавно плесень вывели.
Он взял тряпку с верхней полки шкафа, и, пытаясь насухо стереть влагу, заелозил ею по стене.
Затем остервенело бросил промокшую ветошь на пол, закрыл окно, сел на стул, привалившись к деревянным створкам.
- Вы не будете против, если я совсем немного вздремну? – неожиданно спросил он.
Мы пожали плечами.
Марк тут же закрыл глаза и вскоре засопел.
Иль осмотрел кабинет, зацепившись взглядом за длинную скамью у стены.
- Хочешь – тоже поспи, - одобрила я его идею, усаживаясь на оставшийся свободный стул и складывая руки на столешнице.
Мир померк, едва мой лоб коснулся предплечья.
Разбудили меня голоса. Просыпаться было тяжело и муторно. Сон никак не хотел отпускать меня из крепких объятий, но услышанное быстро привело в чувство.
- Даррен действительно считает, что это был Кай? – спросил Иль.
- Пока сложно сказать. Нужно выяснить, у кого были ключи, мог ли он попасть в комнаты, и кто ещё мог это сделать. Кроме того, была ли у кого-то возможность взять платок Кая, - объяснил Марк, - В любом случае Даррен во всём разберется, он соображает. Давно ушёл бы на повышение, если бы не эта эпидемия черной хвори.
Я подняла голову и уставилась на столешницу. На дереве были выцарапаны кем-то смешные кривые рожицы. Коснулась пальцами рисунков и почувствовала подушечками борозды.
Я знала, кто способен был легко проникнуть в комнату Лео. Но шуметь он там не мог, ведь в это время был со мной. И подбросить платок не мог, просто потому что у него не было возможности вытащить его у племянника мастера Торна. Разве что… в доме у него был сообщник… Но кто? Кай сумел бы достать ключи от комнаты Лео, но зачем ему было оставлять улику против себя? Выронил случайно, когда двигал мебель?
Я посмотрела на Иля. Мне ужасно хотелось рассказать ему про Эша, чтобы поделиться своими догадками хоть с кем-то. Но он стал слишком близок к Руне и мог ненамеренно проговориться о моей тайне, а уж эта надсмотрщица не упустит возможности заложить меня и мастеру Торну, и следователю Даррену, выставив всё так, будто я и есть настоящее зло.
- Считаете, кто-то мог специально подбросить платок? – догадался Иль.
Марк развел руками.
- Мы тут и не такое видели.
- Надеюсь, вы не подозреваете в этом меня?
Я дернулась.
- При чем здесь ты?
- Вещь Кая могла попасть туда двумя путями. Первый – самый простой: он сам уронил его, начал объяснять Иль. - Второй – кто-то выкрал платок и подложил сразу после того, как все вы ушли из коридора, оставив комнаты без присмотра. Ты, Кай и Руна в этом случае вне подозрений. Вы были у всех на виду. Лилли была на улице, чтобы выяснить далеко ли ушёл тот, кто забрался к Лео. Остаюсь только я. Ведь я один спал в своей комнате. Но мог и не спать…
Одинокие аплодисменты эхом разнеслись под потолком, и мы все повернулись к двери.
- Да, - сказал Даррен, - работать с парнями мне определенно нравится больше. Особенно с теми, кто логично мыслит и не бежит в одиночку ловить преступника, когда велят стоять на месте.
- Вы вызвали меня, чтобы допросить? – задал свой вопрос Иль.
- Не вижу в этом необходимости, - ответил следователь. – Если это был ты, то всё равно слишком умён, чтобы глупо выдать себя или сознаться.
- Тогда зачем вы попросили нас приехать вместе с мастером Торном и Каем?
Даррен сложил свои длинные пальцы, соединив подушечки.
- Я собираюсь ещё раз осмотреть сгоревшую хижину. И надеялся, что вы мне в этом поможете.