3 глава
Март в тот год выдался звонким и быстрым. Снег оседал на глазах, превращаясь в рыхлую кашу, с крыш свисали длинные сосульки, и капель барабанила по железному подоконнику так громко, что Феня просыпалась и сердито ворчала. Аня бегала в школу по мокрой тропинке, в бабушкиных варежках, снимать их было нельзя — ещё холодно.
Всё изменилось. Аня больше не ждала. Она привыкла к мысли, что мама далеко и, наверное, надолго. Иногда по вечерам, когда они с бабушкой сидели у печи и пили чай с вареньем, она вспоминала город, их маленькую квартиру, мамины духи. Но это были воспоминания без боли — просто картинки из другой жизни.
В последнее воскресенье марта бабушка послала Аню проверить почтовый ящик. Аня натянула резиновые сапоги, накинула куртку и побежала к калитке. Ящик-скворечник видел немного: сюда приходили квитанции, да газета «Сельская жизнь», которую бабушка выписывала.
Аня открыла дверцу — и замерла.
В ящике, прислонённое к стенке, белело письмо. Обычный конверт, чуть помятый, с маркой и штемпелем. И на конверте — знакомый почерк. Мамин.
Сердце сначала ухнуло куда-то вниз, а потом забилось быстро-быстро, как птица в силках. Аня взяла конверт дрожащими руками. Пальцы в мокрых варежках плохо слушались, она чуть не порвала его. В обратном адресе какой-то город, которого она не знала.
— Бабушка! — закричала Аня, срываясь с места. — Бабушка!
Она влетела в дом, чуть не сбив с ног Феню, которая дремала в сенях. Бабушка вышла из кухни, вытирая руки о фартук.
— Ты чего? Пожар?
— Письмо! — Аня протянула конверт. — От мамы!
Бабушка взяла конверт, повертела в руках, посмотрела на штемпель. Лицо её стало серьёзным.
— Ну, читай, — тихо сказала она. — Я тут рядом.
Аня села за стол. Конверт никак не открывался, пальцы тряслись. Наконец она разорвала его и вытащила сложенный вчетверо листок в клеточку, вырванный из тетради.
Почерк был торопливый, буквы скакали.
«Дорогая моя доченька Анечка!
Прости, что долго не писала. Я всё время думала о тебе, но не могла собраться с мыслями. У меня столько всего случилось, что я даже не знаю, с чего начать.
Я встретила хорошего человека, дядю Витю. Мы с ним поженились. Он добрый. Я не знала как ты к этому отнесешься и поэтому молчала. Ты прости меня, может я и не права была.
А сейчас мы уезжаем в другой город, где у него работа. Там ему дают квартиру, и мы будем жить вместе.
Анечка, я очень хочу тебя забрать к себе. Но пока не могу. Витя говорит, что сначала надо обустроиться, встать на ноги. Там холодно, школа непонятно какая. Ты пока поживи у бабушки. А как всё наладится, я обязательно тебя заберу. Обещаю.
Я тебя очень-очень люблю и скучаю. Ты пиши мне, я буду отвечать. На конверте мой новый адрес.
Целую крепко. Твоя мама».
Аня перечитала письмо два раза. Потом ещё раз. Слова складывались в предложения, но смысл ускользал. Мама вышла замуж. Уезжает далеко. Не забирает. Обещает позже.
Она сидела неподвижно, глядя в одну точку на стене. Бабушка подошла, осторожно взяла письмо из её рук, прочитала сама. Потом тяжело вздохнула и присела рядом.
— Анюта… — начала она.
— Я не плачу, бабушка, — перебила Аня. Голос у неё был ровный, даже удивлённый. — Странно, да? Я не плачу. Я думала, что буду плакать.
— Это хорошо, что не плачешь, — бабушка погладила её по голове. — Значит, понимаешь.
— Я понимаю, — Аня посмотрела на бабушку. В её глазах не было слёз, только глубокая, недетская задумчивость. — Она не виновата. Ей трудно. Я читала её дневник.
Бабушка вздрогнула.
— Ты… дневник?
— Да, я нашла его в комоде. Там всё написано. Про папу, про то, как ей тяжело. Она меня любит, бабушка. Просто… просто она не может сейчас.
Бабушка долго молчала. Потом притянула Аню к себе и обняла крепко-крепко.
— Умница ты моя, — сказала тихо она. — Всё понимаешь. Сама. А я боялась тебе говорить.
— А что говорить? — Аня высвободилась из объятий и посмотрела бабушке в глаза. — Я здесь останусь. С тобой. Можно?
— Можно, — у бабушки дрогнул голос. — Конечно, можно. Тут твой дом. Всегда был.
В тот вечер они долго сидели на кухне, пили чай с баранками и говорили. Просто так, про всякое. Про школу, про Нюру, про то, что весной надо сажать картошку. И ни разу больше не вспомнили про маму. Как будто что-то важное решилось само собой.
Аня легла спать, и впервые за долгое время ей не приснилось ничего грустного. Просто снилось поле, солнце и Феня, которая бежит за бабочкой, неуклюже переваливаясь с боку на бок.
====
Через три дня Аня села писать ответ. Она решила, что напишет сама, без бабушкиной помощи. Достала листок, карандаш и долго сидела, глядя в окно. За окном таял последний снег, воробьи дрались из-за корки хлеба, которую выбросила соседка.
Потом она вывела:
«Здравствуй, мама.
Я получила твоё письмо.
Я рада, что у тебя всё хорошо. Пусть у вас с дядей Витей всё будет хорошо.
У меня всё отлично. Я хожу в школу, учусь на четвёрки и пятёрки. Мы с бабушкой весной будем сажать огород. Феня здорова, хотя старая уже. Кот тоже живой.
Мама, ты не волнуйся за меня. Бабушка меня любит, и я её люблю. Я тут не одна, у меня подружка Нюра есть. Мы с ней в школе дружим.
Я останусь у бабушки. Ты не думай, что я обижаюсь. Ты когда сможешь, тогда и приедешь. Или я приеду. Но пока мне тут хорошо.
Я тебя люблю. Твоя дочка Аня.
P.S. Я твоё письмо бабушке показала. Она тоже не сердится».
Она перечитала и запечатала конверт. На конверте вывела адрес — тот, что прислала мама. И пошла к почтовому ящику.
Опуская письмо в щель, она вдруг подумала: «Интересно, а мама обрадуется?» Но ответа на этот вопрос у неё не было.
====
Весна ворвалась в деревню стремительно. Ещё вчера лежал снег, а сегодня уже вовсю бежали ручьи, набухали почки на тополях, и солнце припекало совсем по-летнему. Аня ходила в школу в одной кофте, варежки бабушка спрятала до следующей зимы.
С Нюрой они теперь были не разлей вода. После уроков бегали к речке, смотрели, как плывёт лёд, или просто сидели на лавочке у Нюриного дома и болтали. Нюра рассказывала про своих братьев, про корову, которая вот-вот должна отелиться, про то, как они с матерью пекут блины.
Аня слушала и удивлялась, как много всего интересного происходит в простой деревенской жизни. Раньше, в городе, ей казалось, что деревня — это скучно. А теперь она видела, что здесь каждый день что-то случается. То куры убегут, то петух подерётся с соседским, то телёнок родится.
— А ты не хочешь к мамке уехать? — спросила как-то Нюра, когда они сидели на крыльце и лузгали семечки.
Аня пожала плечами.
— Не знаю. Наверное, нет.
— А чего?
— Там у неё жизнь теперь другая. Муж. А я тут привыкла. И бабушка одна. Кто ей помогать будет?
Нюра понимающе кивнула. У неё самой отец работал в городе вахтами, и они с матерью тоже вдвоём хозяйство тянули.
— Это да, — сказала Нюра. — Бабку нельзя бросать.
====
Май подкрался незаметно. Отцветали сады, воздух наполнился ароматом сирени и молодой зелени. В школе готовились к Последнему звонку. У их класса была своя программа: они читали стихи, пели песню про школу и дарили цветы учительнице.
Аня выступала в паре с Нюрой — они читали стихотворение про первый класс. Аня очень волновалась, но бабушка сказала: «Не робей, у тебя получится». И сшила ей к празднику новое платье из ситца в мелкий цветочек — почти такое же, в каком Аня приехала год назад, только теперь по росту.
На линейку пришли все родители. Нюрина мама принесла огромный букет пионов. У других детей тоже были мамы и папы. А Аня стояла в строю и искала глазами бабушку. Бабушка стояла в сторонке, в своём выходном платье и тёмном платке, и улыбалась. Аня помахала ей рукой.
После линейки тётя Поля вручила ей похвальную грамоту за хорошую учёбу. Аня держала её в руках и чувствовала гордость. Она сама, без маминой помощи, всё это заработала. Бабушка потом подошла, обняла и сказала:
— Молодец, внучка. Я тобой горжусь.
Домой они шли через всю деревню, и Аня несла грамоту, как знамя. Феня встретила их у калитки, виляя хвостом. На ужин бабушка испекла пирог с яблоками, и они сидели на веранде, пили чай и смотрели, как садится солнце.
— Бабушка, а трудно было меня растить? — вдруг спросила Аня.
Бабушка удивлённо посмотрела на неё.
— С чего ты взяла?
— Ну, мама говорит, что ей трудно. А тебе?
— Мне? — бабушка задумалась. — Мне не трудно. Ты хорошая. И потом, я же не одна. Ты мне помогаешь.
— А я останусь с тобой, — сказала Аня. — Навсегда.
— Это ненадолго, — улыбнулась бабушка. — Вырастешь, захочешь в город, учиться.
— Ну, это потом, — отмахнулась Аня. — А пока, с тобой.
====
В августе, когда уже поспели яблоки и пахло свежим сеном, пришло ещё одно письмо от мамы. Аня уже не бегала к ящику с замиранием сердца — просто заглянула по пути с речки. Увидела конверт и спокойно взяла его.
Мама писала, что они устроились на новом месте, что квартира хорошая, и она уже нашла работу. И ещё:
«Анечка, я очень скучаю. Может, ты захочешь приехать к нам погостить? На каникулы, например. Витя не против. Я бы тебе всё показала. Тут очень красиво. Напиши, согласна ли ты. Я бы выслала деньги на дорогу».
Аня прочитала и задумалась. Поехать? Туда, где чужой дядя Витя, где всё незнакомое? Она представила, как садится в поезд, едет несколько дней… А потом надо будет возвращаться. Или оставаться? Но оставаться она не хотела. Здесь её дом, бабушка, Нюра, Феня.
Вечером она показала письмо бабушке.
— Что думаешь? — спросила бабушка.
— Не знаю, — честно сказала Аня. — Может, и не надо? Я тут привыкла. А там…
— Мать всё-таки, — осторожно заметила бабушка.
— Я знаю. Но я ей написала, что не сержусь. Что у меня всё хорошо. Если она хочет меня видеть, пусть сама приезжает. А я… я не поеду.
Бабушка долго смотрела на неё, потом кивнула.
— Дело твоё. Ты уже большая, сама решай.
Аня так и написала в ответ: «Спасибо за приглашение, мама. Но я пока не хочу никуда ехать. Может, ты сама приедешь как-нибудь? Мы бы тебя встретили. Бабушка пирогов напечёт. Я тебя очень жду.».
Она отправила письмо и больше не ждала ответа. Просто жила дальше.
Осень в тот год была тёплая и долгая. Бабушка с Аней собрали хороший урожай: картошку, морковь, свёклу, тыквы. Всё это сложили в погреб, засолили огурцы и помидоры. Аня уже вовсю помогала по хозяйству — и корову (ту самую Зорьку) научилась доить, и кур кормить.
Феня совсем состарилась. Она почти не выходила на улицу, лежала на своём половике и только изредка тяжело вздыхала. Аня часто сидела рядом с ней, чесала за ухом и разговаривала. Феня слушала и смотрела своими выпуклыми глазами, в которых светилась преданность.
====
Прошло несколько лет.
Ане уже пятнадцать. Она учится в девятом классе в райцентре, живёт там в общежитии, а на выходные приезжает к бабушке. Бабушка постарела, но всё так же хлопочет по хозяйству. Фени давно нет — она умерла тихо, во сне, и бабушка с Аней похоронили её под старой яблоней. Кот тоже куда-то делся — то ли сам ушёл, то ли… Но в доме теперь живёт новый котёнок, рыжий и шустрый, которого Аня нашла на улице.
Мама писала ещё пару раз. Один раз она приезжала — года три назад. Приехала на один день, с дядей Витей. Аня тогда увидела её — изменившуюся, с сединой в волосах, но всё такую же родную. Они обнялись, поговорили. Мама плакала, просила прощения. Аня сказала: «Всё хорошо, мам. Я не держу зла». Они посидели за столом, бабушка накрыла, как на праздник. А потом мама уехала. И больше не приезжала. Только открытки на Новый год и на день рождения.
Аня не обижалась. Она давно поняла: люди разные. Кто-то может быть рядом, кто-то — нет. Главное, что её любят. Бабушка любит. И она сама любит.
В то воскресенье Аня вышла прогуляться. Прошла по знакомой улице, мимо дома Нюры, мимо школы, мимо сельпо. И вышла за околицу.
Всё те же поля, тот же лес на горизонте. И тот же старый пень, на котором она когда-то сидела и ждала маму.
Аня подошла, присела на край. Пень почти сгнил, оброс мхом, но всё ещё держался. Она посмотрела на дорогу. По ней изредка проезжали машины, пылили грузовики. Но Аня уже не ждала.
Она повернулась и посмотрела туда, где виднелась деревня, где над крышами вился дымок, где в палисадниках цвели мальвы, где в её доме горел свет. Там была её жизнь. Её бабушка, её друзья, её воспоминания.
Аня достала из кармана мамин платок — тот самый, в горошек, который хранился у неё все эти годы. Он уже выцвел, но был дорог как память. Она развернула его, посмотрела, потом аккуратно сложила и убрала обратно.
В кармане лежала ещё одна вещь — новогодняя открытка от мамы. Мама писала, что скучает, что у них всё хорошо, что она надеется когда-нибудь увидеться. Аня улыбнулась.
— Привет, мам, — сказала она тихо. — У меня всё хорошо. Правда.
Ветер шевелил траву, где-то запела птица. Аня посидела ещё немного, потом встала и пошла обратно, к деревне. К дому, где её ждали.
За ужином бабушка спросила, где она была.
— Да так, гуляла, — ответила Аня. — На пне посидела.
— На том самом? — бабушка понимающе посмотрела на неё.
— Ага.
— И чего, всё так же смотришь на дорогу?
— Нет, — Аня улыбнулась. — Я теперь на дом смотрю. На наш.
Бабушка ничего не сказала, только погладила её по руке своей тёплой, шершавой ладонью.
За окном догорал закат. Рыжий котёнок играл с клубком ниток на полу. Пахло пирогами. И было тихо, спокойно и по-настоящему хорошо.
Конец.
Впереди много интересных историй. Поставь лайк, если понравилось и Подпишись тут чтобы не потеряться.
Рекомендуем почитать