В продолжение статьи:
Если с нами раз за разом «оказывается» зависящий от нас несамостоятельный человек, то это может оказаться проекцией нашей собственной, нуждающейся в безопасной привязанности, (детской) части
Другими словами, мы можем буквально размещать свою нуждающуюся в заботе и поддержке часть в другого человека и заботиться о ней в нем
Таким образом, отщепляя от себя эту «слабую» часть, мы чувствуем себя сильными и дееспособными
Отказ от подобного способа справляться с собственными эмоциональными потребностями означает «вернуть в себя» эту часть вместе с ее трудными чувствами нужды и беспомощности. Что означает в прямом смысле сместить фокус внимания с другого на себя и начать заботиться о себе
В этом месте может возникнуть беспокойство, связанное с мыслью, что «мне тогда никто не будет нужен», что выглядит как перспектива одиночества. Само по себе это беспокойство является лишь отражением убеждения, что я могу быть любимым, только если я приношу пользу, а если точнее «я недостоин любви»
Фактически, взрослый в этом случае относится к себе также, как к нему относились его родители - пренебрежительно или просто как к набору функций
Одной из задач терапии становится «стать» для себя тем родителем, которого так не хватало в детстве, чтобы смочь строить партнерские, а не только детско-родительские отношения с другими
Как?
Почувствовать себя уже достаточно хорошим, чтобы претендовать на любовь
Поддерживающей и принимающей фигурой, может стать терапевт, рядом с которым можно почувствовать себя иначе и нащупать мысль, что «дело-то не во мне, со мной с самого начало было всё в порядке, я всегда был достоин любви, просто рядом были люди, неумеющие или неспособные любить»
«Это не я топал, а ваш пол скрипел» (Айрапетов А.)
