*НАЧАЛО ЗДЕСЬ.
Глава 50.
- Нина Алексеевна, вы меня простите, думаю, вас не обрадует то, о чём я хочу поговорить, - Люба сидела в небольшой кухоньке квартиры Нины Алексеевны, перед ней дымилась чашка чая, но пить она не могла от волнения.
- Ох, Любаша, я и сама знаю, что впереди у нас война, как ты и сказала в самом начале, - вздохнула Нина Алексеевна, - Сергей приезжал ко мне, один, без Елены, требовал, чтобы я сказала ему, где ты. Кричал, что я его предала…
Голос Нины Алексеевны задрожал, Люба не выдержала, взяла свекровь за руку, обняла за плечи и стала успокаивать.
- Простите меня, это я виновата… Я знала, что так будет…
- И я знaлa, Любaшa, я и сaмa всё знaлa, поэтому ты тут совершенно ни при чём. Ещё тогдa, когдa Сергей зaстaвил меня продaть нaш дом… уже тогдa мне нужно было взять ремень и отходить его кaк следует пониже спины! Но тогдa я и сaмa былa кaк в тумaне, столько всего случилось… Столько свaлилось нa нaс, и я дaже не зaмечaлa, кaк этa Еленa сидит в кресле, смотрит нa меня, и улыбaется… хищно тaк, противно! И потом, когдa после продaжи домa Сергей купил мне эту квaртиру, a я его спросилa – кудa он дел рaзницу, Еленa вдруг зaявилa, что меня это не кaсaется. Тогдa я и скaзaлa, чтобы ноги её здесь не было! Сергей отдaл мне деньги, я их нa чёрный день отложилa, в вaлюте, мне посоветовaлa однa моя знaкомaя, онa в бaнке рaботaет. Любaшa, знaешь… мне кaжется, это уже не мой сын. Сергей тaк изменился зa всё это время. И, нaверное, в этом есть и моя винa.
- Нина Алексеевна, ни в чём вы не виноваты. Он не школьник, который двойку получил, он взрослый человек, принимающий решения и несущий за это ответственность. И я пришла сегодня к вам с просьбой… Я боюсь за вас, и за Алёшку. Моя мама в пансионате, под присмотром, а вы… Поэтому я прошу вас – возьмите моего сына и уезжайте из города на какое-то время. Нужно подумать, куда вас отправить, чтобы никто не знал, и никто не догадался.
- Любаша… ты думаешь, Сергей способен на такое? Навредить матери и собственному сыну?!
- Нина Алексеевна, честно сказать… может и не он сам, но те люди, с которыми он связался… Я думаю, они способны на всё. Понимаете…
И Люба рассказала всё без утайки, что говорил ей Сергей, как угрожал расправой над Алёшей, и то, как требовал деньги.
- Я думаю, эти вклады – только часть того, что он прячет от нынешней жены. И что там ещё обнаружится - представить страшно. Я отдам всё, мне чужого не нужно, только эти деньги на вкладах оставлю себе. Считаю – это справедливо. Но вот только я боюсь… отдать-то я отдам, но этого Сергею будет мало. Почему он это всё делает тайком от жены? Значит, всё это имущество или что там у него, не принадлежит Сергею. Нина Алексеевна… я боюсь, Сергей сам не понимает, что он в опасности. Он ваш сын, и я не могу даже представить, каково вам сейчас… Но у меня нехорошее предчувствие. Потому и прошу – уезжайте, пока всё это не закончится. И тогда он не сможет давить на меня, пугая расправой над сыном.
Любе было тяжело сейчас это говорить. Она только-только вкусила спокойной и размеренной жизни в посёлке, пусть работа у неё была там и не очень денежная, но ей нравится помогать людям. Нравится и то, что они вместе с сыном столько времени проводят! Встают утром, кормят пятерых молодых курочек, которых им соседка тётя Валя дала. Курочки уже привыкли, стали давать «гостинцы» Алёшке, которые Люба утром приносила из курятника к завтраку. Потом они вместе шли в отделение почты, Любе ещё нужно убраться там до открытия, половина ставки уборщицы тоже была на ней.
Да, зарплату давали редко, маленькими авансами, но Люба привыкла обходиться малым, да что там – малым, было время, когда у неё вообще ничего не было, и ни гроша за душой! Так что сейчас – жизнь была не такой уж и плохой! Она старалась не тратить без особой необходимости те деньги, что достались ей от Сергея, хоть и против его воли. Покупала только необходимое, да и то, что она помогала людям, ей возвращалось обратно гостинцами и добрым отношением.
Весна принесла тепло не только в дом… за такое короткое время, что они с Алёшкой прожили в доме, душа Любина согрелась и словно бы ожила. Замёрзшая и даже немного будто омертвевшая, теперь душа ждала. Весны, тепла, вечерних прогулок с Алёшкой и Риком, когда шум реки, наполнившейся талыми водами, почему-то радостно тревожит сердце. Снова пришло чувство, вот-вот, уже скоро, случится что-то хорошее, радостное, и не будет больше горя и огорчений! Просто будет жизнь, обычная, размеренная и спокойная.
Люба понимала – всё не так, конечно. Просто весенний ветерок приносит с поля запах свежевспаханной земли, в переживающем не лучшие времена совхозе что-то ещё делали. Зазеленели рощи, и на столе уже появились молодые листочки щавеля, Алёшка с Пашей и Санькой сами его собирали за огородами. А утром, когда солнце ещё только золотило горизонт самым своим краешком, уходило пастись небольшое стадо, пастух, седой дедуля с окладистой бородой, ободряюще покрикивал на коровушек. А скоро начнётся лето…
И вот теперь всё это закончится. Люба понимала, если сейчас ничего не сделать, то придётся каждый день ожидать… придут, потребуют, нажмут! Каждый день – как на пороховой бочке! Нет, она такой жизни не желает! Нужно всё закончить сейчас, отдать всё, что там на ней висит, пусть Сергей сам отдувается – как и у кого он это всё наворовал. Жаль только, что для этого Любе снова придётся расстаться с Алёшкой, пусть и на время…
- Ты права, Люба, - сказала Нина Алексеевна после долгого раздумья, - На Сергея нет надежды, как ни прискорбно мне это говорить. Я его мать, но… я вижу, куда завела его алчность. И не хочу, чтобы он превратил сына в оружие против тебя. Вот что, у меня есть давняя подруга, Лида, они раньше жили по соседству с нами, когда у нас ещё дом был. Сейчас они перебрались южнее, недалеко от моря живут, там им дочка с сыном небольшой домик купили, чтоб всем жить поближе, дети в Краснодаре у них. Лида уже много раз звала меня к себе погостить, да мне всё не до этого было. Сергей об этом не знает, он мало интересовался такими вещами… ну, наверное, взрослые дети нечасто интересуются, с кем там пожилая мать по телефону болтает.
Дело решилось так быстро, что Люба даже удивиться не успела. Лидия Павловна, прожившая с семьёй Нины Алексеевны «забор в забор» много лет, обрадовалась тому, что подруга решила всё же приехать. Билеты Люба взяла сама, собрались тоже быстро, и вот они с Риком уже стоят на перроне московского вокзала, провожая Нину Алексеевну и Алёшку на отдых.
Любино сердце болело, внутри всё скручивало от тоски, она уже скучала по сыну, хоть и понимала – так будет лучше. Да ещё этот вокзал… Люба поняла, что всей душой ненавидит вокзалы! Суету и волнение… даже запах был неприятен, потому что напоминал…
- Как будто сто лет назад было, да, Рик? – Люба погладила пса по голове, - Или это я так постаралась поскорее всё забыть, как мы с тобой до дома добирались, но мне кажется, что было это так давно… Хотя если подумать – совсем недавно. Идём отсюда, терпеть не могу вокзалы! Едем домой, нам нужно как следует подумать, что дальше делать!
Сидя в вагоне, Люба думала, кому можно довериться, чтобы разрешить всю эту ситуацию. Ей очень нужен был совет знающего и опытного человека, желательно – юриста или сотрудника милиции, только честного! Но таких знакомых у Любы не было, и у Оксаны тоже, как бы подруги не перебирали свои знакомства.
Оксана как раз приехала в посёлок, взяв две недели отпуска, привезла Настёну, которая очень огорчилась тому, что Алёшка уехал. Девчушка сидела на скамейке под окном и грустно разговаривала с Риком, жалуясь на несправедливость этого мира. Только выздоровела, приехала – и вот, на тебе! Но вскоре в калитку заглянули Паша и Санька, Алёшкины товарищи, и жизнь заиграла новыми красками!
- Правильно, что отправила их, - говорила Оксана подруге, - Так тебе спокойнее будет, а Серёжке – труднее тебя дожимать. Вот же гад, конечно… Слушай, может и в самом деле сдать его Жабе с потрохами? И пусть она его сожрёт!
- Сдать недолго, - вздохнула Люба, - Я боюсь того, что мне пока неизвестно… что ещё, кроме денег, «накопил» мой бывший муженёк.
- В БТИ надо сходить, там может узнать, - с сомнением сказала Оксана, - Когда я продавала квартиру, там брала справки какие-то, сейчас уже плохо помню. А сейчас вроде бы ещё какая-то организация этим всем занимается.
- Девчонки, вы чего тут приуныли? – в дверь заглянула соседка Валентина Петровна с маленьким свёртком в руках, - Оксанка, ты что ли приехала? Ну вот и хорошо, а то Люба сказала, что вы с дочкой приболели. Я к вам на чай, варенье вот принесла.
Люба усадила соседку за стол, чайник как раз закипал, Люба купила в Москве пачку индийского чая и теперь все предвкушали приятное чаепитие.
- Ну, рассказывайте, чего у вас стряслось. По глазам вижу! – Валентина Петровна пристально смотрела то на Любу, то на Оксану, - Да и не глухая я, Любаш… слышала, как муженёк-то твой бывший от тебя усвистал недавно, почём зря тебя матом костерил. И мальчишку ты отправила… Что, грозит тебе?
- Да знаете, тётя Валя, - Люба вздохнула, раздумывая… смысла скрываться нет, она сама в тупике, и, может быть, соседка даст какой-то совет… Люба рассказала всё.
- Я так и знала! – выслушав её рассказ, заявила Валентина Петровна, - По его виду сразу понятно, что он из этих, нынешних спекулянтов! Сами они себя, конечно, «бизнесменами» называют! Тьфу, пакость! Вон, наш-то Куликов Венька, который ларёк на повороте у шоссе поставил и торгует, видали его? Нос задрал, пиджак нацепил, и думает – всё, царь и бог тут сделался! Да мы все знаем, откуда он деньги взял на этот ларёк! Бабкин дом в городе продал, саму бабку к себе забрал, голодом морил, она через забор сколько кричала. Мы и милицию звали, и писали везде, а чего толку? Участковый пришёл, поговорил там чего-то, и нам сообщил, что бабка Венькина с ума сошла, вот и кричит всякое. А Маша Попова, которая с Венькой через забор жила, бабке его хлеб да еду какую давала, сама видала, как бабка куски поскорее ест, голодная, давится! Померла потом бабка-то, недолго при таком «уходе» прожила…
Люба с Оксаной слушали, замерев с чашками в руках, почему-то такое впечатление произвели слова соседки…
- А, так я к чему это, - тётка Валя отхлебнула из своей чашки, - Ох, хорош чаёк! Тебе, Люба, к специалисту надо! Самой с таким не разобраться, без подсказки!
- Ага, и я тоже это говорю, - проговорила Оксана, - Тёть Валь, у вас может есть кто знакомый?
- Так я и говорю – есть! – тётка Валя даже чуть рассердилась на недогадливость девушек, - Когда дочка моя и её муж с соседкой своей судились, в коммуналке они жили, так вот… Женщина одна им помогла, доискалась, что соседка чего-то там мухлевала… Ох, вот память, ни к чёрту уже. Не вспомню, чего там было, но дочка хвалила женщину, та вроде адвокат что ли, или юрист. Кто их сейчас разберёт, наплодилось всякого… Зятю моему эту женщину посоветовал его начальник, человек честный, старой закалки ещё.
- Тёть Валя, пойдёмте на почту! - подскочила Оксана, - Там с автомата позвоним дочке вашей, пусть подскажет телефон или адрес! Какая же вы молодец, как вовремя вспомнили!
Оксана подмигнула оторопевшей от скорости событий Любе, прошептала, хоть не зря слушали про Веньку и его ларёк.
- Хоть чай допью, - Тётка Валя чуть зарделась от того, что ей удалось помочь загрустившим девчонкам, поставила чашку на стол и встала, - Ну, идёмте!
Утром следующего дня Люба ехала в соседний город, имя и адрес ей подсказала Марина, дочка Валентины Петровны. Телефон конторы, где работала адвокат Вероника Натановна, Люба узнала в справочном, думая о том, как же хорошо всё-таки работать на почте!
Вероника Натановна встретила Любу в небольшом кабинете, стол её был полон бумаг, лежащих аккуратными стопками. Пригласив Любу садиться, Вероника Натановна открыла блокнот и приготовилась слушать.
Люба уже научилась рассказывать свою историю коротко, почти без эмоций и страшных подробностей. Но это этого рассказ её не становился менее шокирующим, и по окончании повествования Вероника Натановна была бледна… Встала, налила два стакана воды, один поставила перед Любой.
- Любава Андреевна… зовите меня Вероникой, и давайте на «ты», если позволите…
- Конечно, спасибо. А вы, то есть ты меня Любой зови, - Люба немного напряглась, она боялась, что вот сейчас Вероника откажется ей помогать, испугается…
- Я поняла, в чём у тебя вопрос. Всё записала, ещё данные твои нужны, номер паспорта. Позвони мне во вторник, часов в десять, к этому времени я постараюсь узнать, что на тебе имеется. Не могу обещать, но постараюсь, есть у меня знакомства. А там уже будем думать, что делать дальше, хорошо?
- Хорошо, спасибо большое. Вероника, скажи пожалуйста, сколько это будет стоить?
- Пока не за что цену назначать. Информацию я бесплатно предоставлю, а там посмотрим. Честно скажу… пока не представляю, можно ли будет это решить мирно и… в рамках закона, так сказать. Боюсь, как бы твой бывший муж не стал действовать, как сейчас часто делают, чтоб концы в воду. Будь осторожна, Люба.
Люба уже и такой помощи была рада – хоть узнает, за что Сергей так всполошился! Может быть она – «владелец заводов, газет, пароходов»? Да если и не так, то всё равно Люба пока не представляла, что ей делать дальше.
Вторника она ждала с нетерпением, проснулась ещё до рассвета, всё сделала дома и вместе с Риком отправилась открывать отделение почты. Еле дождалась до нужного часа и уединившись в маленьком кабинетике Тамары Тимофеевны набрала номер.
Новости были. Вероника Натановна своё обещание исполнила, и Люба теперь знала, что записал на неё Сергей. Две квартиры в Москве, не в центре, но рядом. Одна квартира в Подмосковье, и два земельных участка где-то… Люба не поняла, от волнения её трясло. И главное – одно нежилое помещение, большое, судя по квадратам. Судя по расположению – рядом со станцией метро в центре Москвы – было понятно, что стоило оно очень дорого. Судя по документам, его Сергей приобрёл всего за полтора месяца до Любиного возвращения в «жизнь».
Назначив Любе новую встречу, Вероника попрощалась. Но по её тону Люба понимала – она боится, и тоже не знает, что делать.
- Ты угроза для него, - узнав новости, сказала Оксана, - Даже если всё отдашь, на него перепишешь, не отстанет. На какие деньги он это всё купил? На заводе заработал, или на фабрике? Сомневаюсь! Я думаю, Серёга неплохо так «обувает» свою Жабу и её папашу! А потому - будет бояться, что ты расскажешь всё. Поэтому – не спеши соглашаться всё ему отдать. Пока хоть что-то на тебе числится, он тебя точно не тронет.
- Я думала рассказать всё отцу этой Елены. Ему явно такое не понравится. Но теперь сомневаюсь, а что, если он решит, что и я с Сергеем заодно? Да и ты верно сказала – такие деньги за короткое время на заводе не заработать. Вор явно украл у вора…
- Так, не впадаем в панику! – Оксана обняла подругу, - Что-нибудь придумаем! Ладно, ты иди в дом, а мне нужно по делам сходить… Присмотришь за Настёнкой? Я ненадолго.
- По каким делам? – удивилась Люба, - Вечер уже…
- Именно, вечер. У меня свидание! – покраснев ответила Оксана.
- Ничего себе! Это с кем? – Люба даже подпрыгнула на месте. – И ничего мне не говорила! Кто он? Немедля признавайся, а не то никуда не отпущу тебя!
- Терапевт новенький, - Оксана ещё гуще покраснела, - Приедет из соседнего посёлка на машине, погуляем немного у реки. Он нас Настёной подвозил, когда мы сюда ехали и на автобус опоздали.
- Ладно, иди, - «милостиво» кивнула Люба, - Терапевт в семье всегда нужен!
- Да ладно тебе! Я же так… ничего серьёзного… просто, чтобы почувствовать себя живой!
Оксана убежала, раскрасневшись от смущения, а Люба стала готовить ужин, болтая с Настёной о всякой всячине. Девчушка скучала по Алёшке, в этом они с Любой нашли общее «горе», поэтому уложив Настёнку в кровать, Люба пообещала ей, что завтра они напишут Алёшке письмо.
Ночь только наливалась чернильной синевой, звёзды загорались над лесом по ту сторону реки, Люба сидела на крыльце с Риком, накинув на плечи кофту. Посёлок затихал, укладываясь спать, тишина звенела ночными звуками реки и леса, Люба слышала, как пропыхтел у магазина последний рейс пригородного автобуса. Теперь рейсы были чаще, начался дачный сезон, да и народу в посёлке прибавилось – закрытые на зиму дома дождались своих хозяев. Люба стала думать, что оговоренный с квартирантами срок заканчивается, на будущей неделе нужно ехать в город, забирать ключи от квартиры… как там всё пройдёт?
Рик навострил уши… Вскочил на ноги и вопросительно глянул на Любу – было понятно, он кого-то учуял.
В свете фонаря, который находился тремя дворами дальше, Люба разглядела силуэт мужчины. Он шёл по улице, уверенно, значит – кто-то местный, решила Люба, но сердце тревожно забилось… Неужто снова Сергей пожаловал? Люба сжала лежащий в кармане ножик.
Продолжение будет здесь.
От Автора:
Друзья! Рассказ будет выходить ежедневно, КРОМЕ ВОСКРЕСЕНЬЯ.
Итак, рассказ выходит шесть раз в неделю, в семь часов утра по времени города Екатеринбурга. Ссылки на продолжение, как вы знаете, я делаю вечером, поэтому новую главу вы можете всегда найти утром на Канале.
Навигатор по каналу обновлён и находится на странице канала ЗДЕСЬ, там ссылки на подборку всех глав каждого рассказа.
Все текстовые материалы канала "Счастливый Амулет" являются объектом авторского права. Запрещено копирование, распространение (в том числе путем копирования на другие ресурсы и сайты в сети Интернет), а также любое использование материалов данного канала без предварительного согласования с правообладателем. Коммерческое использование запрещено.
© Алёна Берндт. 2025