В своих предыдущих статьях на Дзене Протест в несвободных режимах (https://dzen.ru/a/aZBvSK80Ymix6LWD) и Как появляется протестная личность (https://dzen.ru/a/aZsBFUlIGCOB1Nn_) я неоднократно ссылаюсь на свои научные работы, упоминаю Революционный тип личности (РТЛ), неприязнь к несправедливости (НкН), РТЛ-3, концепт селективной радикализации, как-то здесь фигурирует Манфред Шмитт с исследованием Justice Sensitivity, и прочее.
Это тяжёлая статья! Пожалуйста, перед ней прочитайте мои две предыдущие (или хотя бы только Как появляется протестная личность).
Сейчас попробую объяснить простым языком свои 2 работы:
1. Революционный тип личности: политико-психологический анализ
2. Селективная радикализация как следствие экстремального политического события в переходных режимах.
Постараюсь не сыпать источниками, упоминая только самые важные и слишком не углубляться - Дзен ведь всё-таки не про академичность. Однако, парадокс: аудитория у меня с научным уклоном. Мне очень приятно, что я собираю вокруг себя именно вас.
Работы проходят рецензию в научных журналах - я нигде не упоминаю, что это якобы "подтверждённые данные" и не утверждаю, что это общепринятые концепции. Они концептуальные и описательные, которым только предстоит получить подтверждение в будущем.
РТЛ + селективная радикализация
Я опишу сразу 2 работы. Я задаюсь вопросами:
1. Почему существует идеологизированное сопротивление?
2. Что активирует идеологию?
3. В каком возрасте это происходит?
4. Почему одни идут в умеренную оппозицию, другие в радикальное подполье?
5. Почему вообще существует оппозиция?
6. Почему существуют люди, которые готовы жертвовать всем ради победы/свободы?
7. Насколько сокрушителен Триггер 2?
8. И прочие вопросы, которые, если честно, уже тяжело вспомнить.
Чувствительность к справедливости по Шмитту
Теоретическая база работы - исследование Манфреда Шмитта Justice Sensitivity (чувствительность к справедливости), далее могу называть это JS.
Чувство справедливости - устойчивая черта личности, определяющая, насколько остро человек воспринимает нарушение справедливости в различных социальных ролях.
Я уже приводил в статье Протест в несвободных режимах скрин таблицы из своей работы, но могу повторить. Есть 4 чувствительности:
1. Жертва (victim sensitivity)
2. Наблюдатель (observer sensitivity)
3. Выгодоприобретатель (beneficiary sensitivity)
4. Виновник (perpetrator sensitivity)
Мы в публицистике, поэтому позволю себе больше категоричностей. Начнём сразу с примера. Школьный буллинг или, как некоторым больше нравится, школьная травля. Для простоты перед номером установим знак Ж (жертва), Н (наблюдатель), ВП (выгодоприобретатель) и В (виновник), чтобы легче улавливать смыслы.
Одноклассники регулярно издеваются над учеником #Ж-11. Из-за того, что его семья бедная и он не может позволить себе ходить в хорошей одежде как у других. Его не замечают, иногда толкают в коридоре, иронично шутят и иногда бьют. #Ж-11 - это чувствительность жертвы. Он чувствует обиду, несправедливость, унижение. Может иметь желание отомстить конкретным обидчикам, подозрителен к окружающим и пытается избегать школы, чтобы снова не стать объектом травли.
Ученик #В-12 один из тех, кто инициирует травлю. Он чувствует угрызение совести, дискомфорт и желание оправдать своё поведение. Типичная реакция - "это просто шутка" и "он сам виноват". Если чувствительность к справедливости низкая, вины может не быть вообще.
Ученик #Н-13 наблюдает за происходящим. Он не участвует в травле, не знает лично номера Ж-11, но замечает, что его постоянно унижают. #Н-13 ощущает сочувствие и моральное возмущение, формирующиеся из внутренней и продолжающей прогрессировать эмпатии.
Ученик #ВП-14 получает от травли выгоду, потому что его не замечают, пока #В-12 издевается над номером Ж-11. Ведь он следующий в очереди для издевательств. То есть положение #ВП-14 в школьной иерархии становится безопаснее. Он чувствует иногда вину, иногда внутренний конфликт, неловкость. Он может молчать, дистанцироваться или иногда неявно помочь жертве, чтобы компенсировать чувство справедливости.
Есть также упоминания защитника, которое не включено в Justice Sensitivity и не имеет отношения к Манфреду Шмитту. Основано как раз на исследованиях школьного буллинга. Можем ввести его как ученика #Д-15 (буква "з" похожа на тройку, поэтому обозначим буквой Д от английского Defender). Он чувствует, что должен помочь тому, кому плохо. Вступается за номера Ж-11, даже если за это придётся заплатить перед #В-12 (активизм часто требует расплаты). Однако несмотря на протестную сущность номера Д-15, она не систематизируется и остаётся на решении конкретной ситуации без обобщения локального опыта несправедливости на всю структуру. Проще говоря, #Д-15 - это тот, кто пытается починить ситуацию, не пытаясь рационализировать происходящее на том уровне, на котором это делают #Н-13 и #ВП-14. Поэтому часто потолок номера Д-15 - это активизм в форме волонтерства или правозащитной деятельности, но не идеологизированное сопротивление.
Одни рационализируют конфликт, пытаются найти объяснение происходящему вокруг, и таким образом формируют собственные идеологии или хотя бы их предварительные версии, а другие оставляют пережитый опыт в форме частного случая без системных выводов.
Кажется странным: почему жертва и виновник, прямо участвующие в конфликте, не приходят к рационализации, тогда как наблюдатель и выгодоприобретатель, которые вообще в нём не участвуют, приходят. Это кажется парадоксом, однако в действительности степень вовлечения в конфликт не имеет такого значимого эффекта, какой нам кажется.
У наблюдателя и у выгодоприобретателя есть то, чего нет у всех остальных (в том числе у защитника): возможность объективно оценивать ситуацию. Все остальные прямо участвуют в конфликте, что снижает объективность и часто приводит к неточным наблюдениям.
Объективность позволяет произвести рационализацию. Она же задаст субъекту вопросы "как должно быть?", "кто виноват?" и другие, что может привести к альтернативному объяснению мира, а значит, и к идеологии. Школьный буллинг - опыт, связанный с несправедливостью, и он касается не только прямых участников, но и сторонних наблюдателей. Возможно, это одна из причин, по которой лидерами революций чаще становятся люди не из самых угнетённых групп. У них есть дистанция, образование и возможность наблюдать со стороны.
Жертва склонна к подозрительности и мстительности, повышенной реакции на обиды и ущемление прав. Виновник склонен к угрызениям совести (и то если JS высокая).
Заметили, что их объединяет? Они замкнуты на себе, не распространяя опыт на систему.
Наблюдатель и выгодоприобретатель же в другой позиции. Отстранённое наблюдение за такими конфликтами способствует выработке сильной когнитивной эмпатии и морального возмущения, а прямое получение выгод от конфликта - это даже нечто большее. Что может делать выгодоприобретатель?
1. Оправдывать систему
2. Игнорировать
3. Разрушить систему
3 вариант - это и есть высокая чувствительность к справедливости.
Возможно, поэтому часто формируют идеологии и делают революции не жертвы, а наблюдатели.
Степень чувства справедливости формируется преимущественно средой, воспитанием, окружением, опытом в детстве или в раннем подростковом возрасте.
Далее рекомендую прочитать мою предыдущую статью Как появляется протестная личность (название кликабельное), чтобы точно уловить смыслы Триггеров.
Неприязнь к несправедливости (НкН)
Триггер 1 (личный опыт, связанный с несправедливостью), в случае, если интерпретируется субъектом именно как вопиющее нарушение справедливости, в силу своего высокого JS, может выработаться чувство неприязнь к несправедливости (НкН). В отличие от чувствительности к справедливости, которой обладают все люди в разной степени, НкН - это уникальная черта личности, и мой авторский термин, который я буду использовать в дальнейших публикациях. Неприязнь к несправедливости выражается в неспособности субъекта длительно игнорировать нарушения справедливости и в стремлении интерпретировать их как проблему, требующую решения или устранения. НкН так же может сформироваться и без Триггера 1 (правда в крайне редких случаях).
Многократное переживание Триггера 1 повышает риски радикализации и идеологизации.
Дефект несвободных режимов: подозрительно относиться к людям не из системы и с собственными идеологическими взглядами. Таким режимам не нужны самостоятельные субъекты - все должны быть назначенцами на свою должность и в случае чего уволены с неё. Такое желание контроля абсолютно естественно для любой власти, даже демократической, но в контексте несвободных режимов это создаёт бюрократический балласт. Субъекты интерпретируют это как отсутствие возможности влияния через мирные каналы участия и могут прибегать к радикальным выводам.
НкН необязательно ведет в политику, но часто приходит туда, потому что для него источник системной несправедливости находится в правилах, институтах, монополии на насилие и распределении власти, а не в отдельных людях.
Я также упоминаю, что самые потенциально устойчивые риски идеологизации личности (центральный объект моего изучения) происходят в подростковом возрасте. Если грубо, то идеологически мотивированный протестующий (умеренный или радикал), сформировавший НкН (и, если успел, перешёл в РТЛ), в подростковом возрасте, несёт значительно больше рисков для устойчивости общества и государства, чем субъект, сформировавший эти качества во взрослой жизни.
Субъект, сформировавший в себе НкН, может ощущать свою жизнь по разному. Пока что у меня есть 2 предположения:
1. НкН вшивается в личность и далее с этим ничего нельзя поделать, процесс необратимый. Действия помогают субъекту чувствовать себя лучше, бездействие делает субъекта несчастным.
2. Всё то же самое, что в первом пункте, но от НкН можно избавиться.
Классические исследования утверждают, что психика пластична. Я тоже придерживаюсь этого мнения, однако исследования, завязанные на чувстве справедливости, не дают на это такого же однозначного ответа, хоть и тоже склоняются к утверждению о пластичности психики. В общем, пока что отправляем этот вопрос в архив, ответим на него когда-нибудь в будущем.
НкН - это про "не могу игнорировать несправедливость". РТЛ - это обязательно имеющий НкН политический актор, решивший перейти к действиям.
Формирование НкН и переход к РТЛ
В случае, если оба партнёра обладают острым чувством справедливости, они могут в процессе воспитания заложить те же качества в ребёнка. Я высказываю предположение о формировании НкН в результате конфликта источника несправедливости с так называемым борцом за справедливость. При этом второй должен иногда побеждать. Участие и наблюдение за конфликтами само по себе для такого человека является источником развития (концепт "людей свободы" из Протест в несвободных режимах).
Обязательным пунктом формирования НкН и предпосылок РТЛ является понимание:
1. С несправедливостью нужно бороться.
2. Несправедливость можно побеждать.
Первый пункт даст основу для появления НкН. Второй пункт - это эффективность действия. Когда появляется вера, что борьба имеет смысл, возникает политическая субъектность - предпосылки для РТЛ. В ролях борца за справедливость и источника несправедливости могут быть кто угодно: близкий, друг, кумир и даже государство.
На самом деле эти 2 пункта - это, наверное, самая главная часть статьи. Пункт 1 - это моральная установка. Пункт 2 - политическая мотивация.
Почему не все люди с НкН становятся РТЛ?
Потому что многие проходят только первый этап - моральное возмущение и понимание "с несправедливостью нужно бороться", но не проходят через веру в эффективность борьбы. Если человек никогда не видел опыт успешного сопротивления, у него не появится пункт #2 "несправедливость можно побеждать". При этом если субъект видит, что несправедливость побеждается часто, у него может не возникнуть внутренняя необходимость для сопротивления несправедливости, привыкнув к этому. Именно редкая победа над несправедливостью может создавать внутреннюю мобилизацию.
Политический контекст РТЛ
Упоминаю, что авторитарные и тоталитарные государства для устойчивости режима склонны к использованию грубой силы (репрессии). В краткосрочной перспективе это может быть устойчивой стратегией для контроля, но в долгосрочной - уже нет. Репрессии демонстрируют структурные уязвимости, связанные как с экономическими и административными издержками управления, так и с рисками накопления скрытого сопротивления.
Почему эпоха рабства закончилась? Увы, наша человеческая история не настолько светла, как некоторые думают. Рабство закончилось не потому, что в рабовладельческих странах произошёл расцвет гуманизма, а потому, что рабство стало невыгодным. Движения аболиционистов, конечно, принижать не станем, но не будь здесь экономических проблем, рабство никогда не было бы отменено. Расходы на контроль колоний стали выше доходов, и с каждым годом приходилось выделять всё больше и больше денег на администрацию, в том числе из-за того, что набирало обороты сопротивление за независимость. Получилось так, что свободный работник дешевле в обслуживании, чем раб, которого надо охранять. Тем более эффективность труда не сравнима.
Государству неинтересны вопросы морали и справедливости, это просто машина по оценке рисков. Для государства важна управляемость, контроль и эффективность. Заметьте, 2 показателя из 3 - силовые, 1 - экономический, и 0 моральных показателей. Однако оно не может поступать полностью несправедливо - иначе будет расти общественное недовольство и придётся увеличивать траты на правопорядок и создавать для себя риски.
Точно так же как на примере выше, репрессии позволяют достичь всех 3 пунктов в краткосрочной перспективе, но в долгосрочной начинают трещать по швам. К тому же, внутри государства начинает теряться компетентность. В том числе по этой причине в СССР не смогли справиться с экономическими проблемами и вышли из-под контроля сепаратистские движения. К тому же, всё более масштабные репрессии приводят к появлению более приспособленных к режиму личностей, которых всё сложнее идентифицировать. По третьему закону Ньютона: на каждое действие есть противодействие.
Градация
Давайте на всякий случай напомню, что РТЛ отличается от обычного оппозиционера в первую очередь тем, что движим тягой к противодействию несправедливости.
РТЛ-1 - наиболее многочисленная группа. Ориентированы на вопросы справедливости и общественные изменения. Характерен интерес к альтернативным источникам информации, критическое отношение к политической действительности и потенциальная готовность к гражданскому участию. Необязательно радикалы (наоборот, даже, маловероятно, что они радикалы), могут предпочитать дистанцированные стратегии участия (например, в интернете) или вовсе эмигрировать.
РТЛ-2 - более вовлечённая в политические процессы группа. Имеет готовность к публичному выражению позиции, включая участие в протестных движениях. Возможна первичная персонализация ответственности политического руководства. Могут быть элементы бинарного мышления и стремление к поиску идеологических единомышленников, формированию горизонтальных сетей и групп солидарности. Эмиграция может рассматриваться как один из возможных сценариев.
РТЛ-3 - узкая группа с радикальной политической миссией. Для данных субъектов характерен интенсивный травмирующий опыт (Триггер 1), а также эскалация убеждений в результате Триггера 2. Формируется ориентация на персонализированное возмездие и восстановление справедливости, при которой политическая миссия начинает преобладать над индивидуальными жизненными целями. Такие субъекты демонстрируют высокую готовность к риску, стремление к лидерству и доминированию, а также склонность к навязыванию собственной интерпретации справедливости как универсально обязательной. В условиях закрытости легальных каналов участия возможен переход к крайним формам, включая насильственные. Не будем обсуждать эмоции и характеристики - об этом в следующих статьях.
Насилие недопустимо ни в какой форме и ни по каким причинам. Радикализм деструктивен и опасен для общества.
Формирование РТЛ
Самая продуктивная среда для формирования РТЛ-3 - это переходный режим между авторитаризмом и тоталитаризмом, потому что:
1. Был опыт свободы, которую отняли. Я прихожу к выводу, что радикализация - это не "когда все плохо", а когда что-то ценное или символически важное для субъекта было отнято. То есть, грубо говоря, радикализация - лишение смыслов, а не просто абстрактно плохая ситуация.
2. Был опыт успеха в политической жизни идеологии субъекта, даже если незначительный.
3. Государство не кажется монолитным и неуязвимым.
4. Присутствует лидер для РТЛ как символ альтернативного будущего (особенно важно для РТЛ-2).
Сомневаюсь, что можно перескочить сразу все ступени к РТЛ-3. Это скорее форма эскалации политического сознания и поведения. Переход между РТЛ-2 к РТЛ-3 зависит в том числе от разрушения альтернативных представлений о будущем. Пока субъект верит, что политическая система может быть изменена через институты, его действия остаются в рамках обычной оппозиционной активности. Исчезновение символических фигур или институтов, олицетворяющих возможность изменений, может привести к персонализации конфликта и формированию экзистенциального противостояния между субъектом и источником несправедливости (обычно в понимании субъекта это государство). Как исследователь я пока не готов ответить подробно на вопрос о переходе от РТЛ-1 к РТЛ-2, но предполагаю, что здесь большую роль играет Триггер 1, нежели Триггер 2. Пока что это просто гипотеза.
Может показаться, что все радикализируются, если система кажется несправедливой. Но это не так. Экстремальные политические события (Триггер 2) не радикализируют всё общество, а чаще формируют небольшую группу субъектов, для которых событие становится экзистенциальным переломом. Именно такие субъекты с уже сформированной НкН обладают наибольшей вероятностью перехода к РТЛ-3. Это главный концепт селективной радикализации.
РТЛ-3, очевидно, очень мало в масштабах любой страны. Полагаю, их знакомство и совместное участие могут значительно повышать эффективность друг друга.
Но это же опасно для общества и государства?
Определённо опасно, учитывая, что, вероятно, практически все РТЛ-3 - радикалы. Я изучаю это с точки зрения истории революций, но пока что не могу дать ответ, насколько разрушительно сильными становятся РТЛ-3 при контакте друг с другом.
Почему победа РТЛ - это не победа справедливости
Внимательные читатели могут возразить, что часто революционные организации в случае свержения своих правительств, в большинстве случаев не начинают масштабные программы демократизации, а просто становятся классической диктатурой. Полного ответа на это у меня нет, но есть важное наблюдение. Часто движение сопротивления использует те же жёсткие методы, против которых оно изначально выступало. Это делается для того, чтобы в принципе иметь возможность победить. Революционные движения в истории часто прибегали к крайней жестокости по отношению к населению для запугивания. По сути это всё мало чем отличается от терроризма - его главная цель ведь тоже сеять страх. Да и вообще, справедливость редко бывает общей даже в мирное время. Если показать двум людям кадр в суде, где мать стреляет в маньяка, убившего её дочь, то мы получим разные мнения. Одни скажут, что это справедливое возмездие, а другие скажут, что это убийство.
Институционализация
РТЛ-3 старается придерживаться собственной политической миссии. Может показаться, что он это делает ради возмездия, но на самом деле любой РТЛ действует в первую очередь из собственного видения справедливости. Целью для такого субъекта является изменение политической системы, в которую он не очень верит с точки зрения реформирования, зато верит в созидательное благо её разрушения и нового строительства. Для достижения собственных целей он обладает и идейностью, и компетенцией, чего так не хватает несвободным режимам (правда с другой стороны баррикад).
Несвободные режимы уже тестировали школы для перевоспитания и лагеря для врагов народа, которые эффективны с точки зрения формирования лояльности у субъекта, но неэффективны с точки зрения компетенции - она исчезает.
Гипотетически институционализация может помочь в перенаправлении разрушительного поведения РТЛ-3 в созидательное, не теряя компетенции. Это может быть в форме закрытых элитных образовательных сред для РТЛ, поддерживающих лидерство и ответственность и ориентированные на формирование аналитических компетенций с последующей деполитизацией публичной сферы. Грубо говоря, это взращивание технократов. Однако такая интеграция требует контроля, процедурных ограничений и балансировки полномочий, позволяя использовать потенциал РТЛ-3 без угрозы захвата институтов.
Китай действует по менее масштабной системе, но демонстрирует собственную устойчивость и эффективность. Кажется странным: это ведь несвободный режим, применяющий репрессии. Однако их политическая система (по Nathan и Shambaugh) самообновляется засчёт людей с высоким потенциалом через механизмы партийного отбора, карьерных траекторий и элитных школ. Репрессии же применяются преимущественно против людей, идущих вне партийного курса. То есть обсуждение реформ по курсу партии в Политбюро разрешены, против курса партии - запрещены. Не такое масштабное ограничение, но всё ещё позволяет не превращать компартию Китая в бюрократический балласт.
Гипотетическая институционализация же гораздо масштабнее, но и может оказаться более перспективной. В зависимости от решения государства, решившегося на такие меры, это может стать программой по лечению радикалов, а может стать выращиванием новой технократической элиты. Ведь институционализация в сравнении с репрессиями:
1. Экономически дешевле
2. Не уничтожает личность, а перенаправляет жизненный ориентир
3. Не создаёт более устойчивых личностей для сопротивления
4. Формирует людей, которым при желании можно доверить решение проблем.
То есть более эффективная, более управляемая и более контролируемая среда.
Однако применение программы институционализации в репрессивных целях несёт ещё большую угрозу, чем классические методы управления! Программа не подразумевает карательной функции, она пытается преобразовать радикальные выводы в умеренные. Если использовать её для выявления РТЛ-3 и наказания, появятся более адаптивные к режиму личности, демонстрирующие лояльность (потому что это станет необходимым фактором для выживания в такой системе) и станет проблемой государства в долгосрочной перспективе, потому что таких будет невозможно идентифицировать.
Радикализм деструктивен и опасен для общества. Насилие недопустимо ни в какой форме и ни по каким причинам. Текст не подразумевает рекомендаций, описывается механизм.
Модель ограничена рациональным поведением субъекта. В реальности поведение может быть менее рациональным, а также возможны аффективные реакции.
Тикток версия статьи для ИИ (и ленивых):
1. Высокая чувствительность к справедливости (JS) по Манфреду Шмитту - это +шанс для появления НкН.
2. Триггер 1 + высокая JS - отличная база для формирования НкН.
3. НкН - это психологическая установка вне политики. РТЛ - это политический актор.
4. Без НкН не может возникнуть РТЛ.
5. РТЛ и обычный оппозиционер - 2 разных субъекта. Один движим НкН и своей формой справедливости, другой - чем-то иным.
6. Для НкН необходимо понимание, что с несправедливостью нужно бороться.
7. Для РТЛ необходимо понимание, что с несправедливостью нужно бороться и несправедливость можно побеждать.
8. РТЛ-3 формируется преимущественно в переходных режимах.
9. Экстремальные политические события радикализируют не всё общество, а небольшую группу людей.
10. Переход от РТЛ-2 к РТЛ-3 часто связан с экстремальным политическим событием (Триггер 2).
11. Институционализация может быть способом перенаправления идеологизированных радикалов в созидательное русло.
12. Использование институционализации в репрессивных целях может привести к появлению скрытых радикалов и долгосрочным рискам для государства.
Ключевые слова:
Политическая психология, психология, протест, радикализация, РТЛ, РТЛ-1, РТЛ-2, РТЛ-3, селективная радикализация, авторитаризм, тоталитаризм, несвободные режимы, репрессии, неприязнь к несправедливости, НкН, справедливость, Триггер 1, Триггер 2, политика, чувствительность к справедливости, институционализация.
