— Государь, одумайся! Иоанн — мальчишка, неопытный, необученный. А Никифор — зрелый муж, полководец, кесарь. Твоя дочь порфирородная! Она должна править.
Анна стояла на коленях у отцовского ложа, впиваясь ногтями в ладони. Её мать, императрица Ирина Дукиня, уже который час убеждала умирающего мужа отдать трон ей, а не сыну. Константинополь задыхался от зноя в августе 1118 года, но в опочивальне императора Алексея Комнина было холодно… от близкой смерти.
Император молчал. Его грудь вздымалась с хрипом, глаза закатывались. Анна смотрела на отца и видела в его чертах себя — тот же орлиный нос Комнинов, та же упрямая складка у губ: «Неужели он предаст меня?»
— Отец, — голос Анны прозвучал тверже, чем она ожидала. — Я первородная. Ты сам возложил на меня венец. Ты сам обручил меня с Константином Дукой, чтобы я стала наследницей. Неужели всё было зря?
Алексей пошевелился. Медленно, с нечеловеческим усилием, он поднял руку. В ней блеснул императорский перстень — печать василевсов ромеев. Ирина метнулась вперед, протягивая ладонь.
Но Алексей, собрав последние силы, разжал пальцы перед самым лицом жены. Перстень упал не в её руку. Он упал в подставленные ладони евнуха, который тут же скользнул к потайной двери. Там, за дверью, ждал Иоанн.
Час спустя император Алексей Комнин умер. А ещё через час её брат Иоанн уже надевал одежды василевса. Анна смотрела на это из окна своих покоев и молчала. Она молчала и когда через три дня, на отцовских похоронах, её наемники промахнулись, заколов не того человека. Она молчала, когда её собственный муж Никифор Вриенний не явился в условленное место для решающего удара.
— Ты трус, — выдохнула она ему в лицо, когда они остались вдвоем. — Ты мог стать императором.
Никифор посмотрел на неё с печальной усталостью.
— Я не хочу императорской власти, купленной кровью брата, Анна. И тебе не советую.
— Тогда зачем ты женился на мне? — прошептала она. — Зачем я рожала от тебя детей, если не хочешь для них трона?
— Может быть, — он коснулся её щеки, — затем, что ты — единственная женщина, которую я любил. А трон… трон — это просто камень.
Анна сбросила его руку. Через год её сослали в монастырь. Всё, что она имела, отобрали. Запретили появляться во дворце. Запретили видеть детей. Запретили даже упоминать её имя при дворе. Но женщина выжила и написала книгу, которая переживет и брата, и его детей, и саму империю. Книга — её месть, исповедь и её бессмертие.
Порфирородная
Чтобы понять, почему Анна Комнина так отчаянно цеплялась за корону, нужно вернуться на тридцать пять лет назад, в декабрь 1083 года, когда впервые крик новорожденной девочки прозвучал в Порфировой палате Большого императорского дворца — зале, облицованном пурпурным мрамором, куда имели доступ только роженицы с императорским титулом. Родиться там значило родиться с правом на трон в крови.
Императрица Ирина Дукиня уже чувствовала приближение родов, но знала: муж на войне где-то в Иллирике. Если ребенок родится без присутствия отца — это станет дурной приметой. Ирина перекрестила живот и прошептала: «Подожди еще, дитя мое».
Свекровь, властная Анна Далассина, пришла в ужас:
— Ты с ума сошла! Роды не ждут!
Но судьба благоволила. Через три дня Алексей Комнин триумфально вернулся в столицу и успел принять новорождённую дочь в объятия. Девочку нарекли Анной в честь бабушки. Младенцев в императорских семьях стремились связать политическими браками, едва они начинали держать голову.
— Она будет наследницей, — решил Алексей. — У нас нет сына. Найдем ей мужа, который станет моим соправителем.
И нашли. Константин Дука — сын свергнутого императора Михаила VII и Марии Аланской. Мальчик на девять лет старше Анны, ангельской красоты, воспитанный при дворе в роскоши.
Маленькую Анну, ещё не умевшую толком говорить, перевезли в дом будущей свекрови Марии Аланской. Мария была женщиной поразительной красоты, и Анна запомнит её на всю жизнь: «Это была живая статуя, предмет восторга для всякого человека, наделенного чувством красоты, или, вернее, это был воплощенный Амур, сошедший на землю».
Но главным человеком для неё стал Константин. Нареченный казался ей существом неземным. Через полвека, в монастырской келье, она напишет о нём с не остывшей нежностью: «Константин был наделен, казалось бы, небесной красотой, не от мира сего… он подобен Купидону художника». «Чудо природы, шедевр, созданный рукою Бога» — так называла она того, кто должен был стать её мужем.
В доме Марии Аланской Анна получила первые уроки жизни при дворе. А бабушка, Анна Далассина, позаботилась об образовании: девочку учили математике, астрономии, философии, античной литературе. Она штудировала Гомера и Фукидида, постигала логику Аристотеля. Училась тайком: считалось, что женщине не пристало знать слишком много.
— Если мне суждено править, я должна понимать, о чём говорят министры и патриархи, — говорила себе Анна.
В 1087 году императрица Ирина родила сына. Иоанн. Багрянородный мальчик, пусть младше сестры, но он — автоматически главный наследник. Политический смысл союза Анны и Константина Дуки исчез в одночасье. Жениха принцессы лишили всех привилегий. А в 1095 году девятнадцатилетний красавец скоропостижно скончался.
Анне едва исполнилось двенадцать. Она лишилась жениха, короны, будущего, которое ей обещали с пелёнок. Девочка не плакала на людях, но с того дня в её сердце поселилась ледяная горечь, не растаявшая до самой смерти.
Без любви, но с честью
В 1097 году, едва достигнув четырнадцати лет, Анна стала женой кесаря Никифора Вриенния Младшего, талантливого полководца и дипломата. Согласия невесты, естественно, никто не спрашивал, что ж, дочери василевсов часто выходят за нелюбимого.
Жизнь получилась сложнее девичьих грёз: брак, начавшийся как политическая сделка, стал счастливым. Анна родила Никифору четверых детей: Алексея, Иоанна, Ирину и ещё одну дочь. Она была верной женой, а он — достойным мужем, который, зная о честолюбивых замыслах супруги, до конца сохранял верность императору и не позволял втянуть себя в интриги против брата жены.
Анна же металась между долгом, детьми, спокойной семейной жизнью и уязвлённой гордостью женщины, рождённой править, но так и не познавшей власти. С каждым годом вторая сторона перевешивала.
В покоях императорского дворца плелись интриги: Анна и её мать убеждали стареющего отца передать трон не Иоанну, а мужу Анны — Никифору; тот отказывался наотрез, но женщины не сдавались.
Когда Алексей I, правивший с 1081 года, слёг в августе 1118-го, Анна уже видела корону на своей голове.
После смерти императора Анна и её мать наняли убийц, чтобы настигнуть Иоанна в пригороде Филопатион во время похорон отца, но Никифор не пришёл в условленное место. Струсил или не захотел брать грех на душу? Может быть, он был чище и честнее всех этих родичей, где сестра готова принести в жертву брата, а мать — родного сына?
Иоанн II, новый император, оказался не так глуп, как думала сестра. Казнить Анну значило сделать из неё мученицу и спровоцировать смуту. Новый василевс поступил иначе: всё имущество сестры конфисковали, саму Анну вместе с матерью выслали из дворца в монастырь Богородицы Кехаритомены, который когда-то, около 1110 года, основала сама Ирина Дукиня.
Месть
Монастырь в XII веке означал конец политической жизни, влиянию, личному счастью, конец всему. Анне было около тридцати пяти, когда её заживо погребли за толстыми стенами.
— Я погрузилась в море забвения, — записала она на восковой табличке.
Но её ум не желал угасать. Анна организовала вокруг себя философский кружок, переписывалась с учёными мужами, принимала учеников. И взялась за перо.
В 1137 году умер Никифор Вриенний, оставив незаконченными исторические записки. Анна решила продолжить его труд. И превратила его в грандиозный эпос. Она назвала свою книгу «Алексиада» — в честь отца.
Это был акт возмездия. Рука Анны дрожала от ярости, но разум оставался кристально чистым. Она обессмертила того, кого любила — своего отца. И заклеймила тех, кто отнял у неё трон — брата Иоанна и его потомков.
«Я, Анна, дочь императоров Алексея и Ирины, порфирородная и багрянородная… не лишённая знаний и эллинской мудрости», — так она представляет себя миру. Обратите внимание: она не назвала себя «вдовой Никифора» или «сестрой Иоанна». Она — дочь императора. Только это имело значение.
В своем труде Анна Комнина описывает правление отца с 1069 по 1118 год, смешивая личные воспоминания, рассказы старых воинов и архивные документы; пишет о Первом крестовом походе, видя в западных рыцарях не героев веры, а жадных варваров, которым нельзя верить. Обличает еретиков и восхваляет православие. Но главное — в каждой строчке сквозит горечь женщины, рождённой царствовать, но запертой в келье.
Стиль её безупречен. Она пишет на аттическом греческом, подражая Фукидиду и Полибию, цитирует Гомера. Историки последующих веков будут поражаться: как женщина XII века могла создать труд такого масштаба? Даже враги признавали: Анна была самой образованной женщиной своего времени.
Работа над «Алексиадой» продолжалась примерно до 1148 года. Анна не полагалась на память, использовала официальные отчёты, договоры, свидетельства очевидцев, создала не просто хронику, а живое полотно эпохи.
Бессмертие
Анна Комнина умерла около 1153 или 1154 года. Перед кончиной она приняла постриг, как подобает монахине и смирившейся женщине. Только смирения в ней не было до последнего вздоха.
Её брат Иоанн II и племянник Мануил I правили империей. Мужчины-императоры запрещали упоминать имя Анны при дворе, уничтожали её письма. Труд её воспринимался как ценный, но предвзятый источник. Историки спорили: где правда, а где женская обида? Но время всё расставило по местам.
Империя ромеев пала. Стены Константинополя рухнули под натиском турок. Имена императоров стерлись из народной памяти. Но «Алексиада» осталась. Анну Комнину называют первой женщиной-историком Европы. Её книга — единственное окно в мир крестовых походов, дворцовых интриг и византийской роскоши, которое сохранилось в таком объёме и с такими живыми деталями.
Анна превратила свою несчастливую женскую судьбу в бессмертный памятник. И пусть не осталось ни одного её достоверного портрета — образ умной, властной, страдающей и гениальной женщины навсегда запечатлён в буквах «Алексиады».
Дочь императора проиграла битву за трон, но выиграла войну за вечность.
Спасибо за лайки!