– Посылаю лучи любви! С вами Лучик-сказочник из Волшебного леса!
Гавлем засунул уменьшенную Сонечку себе в карман и отправился в подвалы замка. Башня являлась частью замка, поэтому у нее тоже была подземная система ходов, объединяющая все здание.
– Чего вы хотите, мой повелитель? Я могу полететь в эти катакомбы вперед и все разведать! – услужливо каркал Хмырь, нарезая круги над Гавлемом.
– Прекрати мельтешить, пернатый! – рявкнул Дикий и чуть не цапнул Хмыря за хвост, но не достал, потому что ворон взлетел выше.
Винтовая лестница уводила вниз, в темноту. Они спустились в пыльные, затянутые паутиной, но, как ни странно, сухие подвалы. Гавлем стукнул своим посохом о пол, вызывая на конце посоха огонек, освещающий им путь. Хмырь порхал под потолком, а раздраженный Дикий задирал голову, пытаясь его цапнуть.
И вдруг, когда они прошли несколько коридоров, а Дикий смотрел в потолок, пытаясь достать до Хмыря, Дикий ахнул:
– Эй, вы все! Гляньте-ка на потолок, что это?
Все задрали головы, разглядывая потолок. Потолок подвалов был испещрен сияющими пересекающимися кругами, рунами и символами.
– Может, это вместо факелов? Чтоб освещать путь? – предположила Чача, но Гавлем вдруг восторженно завопил:
– Вот она! Вот где находится система защиты замка! Символы начертаны под полом, в подвале! Они проложены по всему замку! Если я сотру и уничтожу их отсюда, то замок падет!
– Ух ты, значит, я молодец? – кисло переспросил Дикий, который, в общем-то, был не очень рад помогать Гавлему, но Гавлем уже не обращал на него внимания, воздев посох вверх и чертя в воздухе замысловатые знаки.
С посоха сорвался красный луч магии и столкнулся с сияющим синим символом на потолке подвала. Символ начал мерцать и тухнуть. Потолок задрожал, сверху посыпались мелкие камушки. Гавлем вычерчивал своим посохом знаки, удерживая красный луч заклятия, словно хлыст. Защита замка Котощея трещала, красное заклятие вырывало и стирало символы прямо из камня. За стенами послышался какой-то грохот. Хмырь вылетел из подвала посмотреть, а потом вернулся, восторженно каркая.
– Каменные горгульи попадали со стен, разбиваясь в дребезги! Они больше не опасны! –торжествовал Хмырь.
– Значит, этот символ отвечал за горгулий! Другие символы отключат рыцарские доспехи и энергетические барьеры! И все прочие ловушки этого дурацкого замка! Я должен уничтожить их все! – кричал Гавлем, воздевая посох вверх, к потолку.
Красный луч бил в потолок, как раскаленная молния, и Гавлем шагал по коридору, не опуская посоха, словно косарь, идущий по пшеничному полю.
Синий круг с вписанным треугольником вспыхнул, зашипел и рассыпался искрами.
Где-то наверху раздался металлический лязг, пол под их ногами дрогнул.
Из щелей в стенах высыпались проржавевшие мечи и алебарды, наверняка являющиеся ловушками для непрошенных гостей. Теперь они бессильно валялись грудой железа.
С потолка посыпалось еще больше пыли, паутины и камней.
– Эй, костяной, а если потолок рухнет? – проскулила Чача. – Ты что, решил похоронить нас под завалами?
Но Гавлем уже шел дальше.
Следующий символ был сложнее – переплетение шести кругов, соединенных тонкими линиями. Он сиял ярче других и пульсировал, как сердце.
– Это барьеры, – прошептал Гавлем, глаза его сверкнули. – Энергетические щиты внутри замка, сквозь которые я не смог проникнуть.
Он сделал широкий взмах посохом. Красный луч раздвоился, ударил в центр символа и разошелся по линиям.
Синий свет попытался сопротивляться – вспыхнул, как волна, и даже отбросил Гавлема на шаг назад. Из его кармана послышался тоненький голос Сонечки:
– Что происходит? Почему все вокруг шатается? Да выпустите же меня, душегубы!
Гавлем злобно усмехнулся, никак не реагируя на копошащуюся в кармане единорожку. Он вычертил в воздухе еще один знак. Луч стал гуще, темнее, будто налился кровью.
Символ треснул, по потолку побежали черные прожилки. Сверху, из глубин замка, донесся глухой хлопок, как будто лопнул гигантский пузырь. Где-то внутри замка погас защитный купол.
Коридоры вились, как кишки чудовища, а потолок повсюду был испещрен символами: одни мелкие, другие огромные, во весь пролет.
Гавлем уничтожал их один за другим.
С каждым уничтоженным знаком подвал становился темнее. Синий свет гас, уступая место красноватым отблескам посоха.
Но вместе с этим замок начинал стонать. С потолка сыпалась пыль, стены покрывались трещинами.
– Может, хватит? – нервно проговорила Чача. – Замок же разваливается!
Но Гавлем явно вошел в раж, не слыша никого и ничего. Он не замечал, что с потолка начали обваливаться куски камней, и они рисковали остаться под завалами. Они уже давно ушли из башни в основной подвал замка, и теперь не представляли, где именно находятся, и какая часть массивной многовековой постройки может рухнуть прямо на их головы.