Такаши выписали из тюремного госпиталя в середине января. Благодаря стараниям Клавдии Александровны и ее многочисленным докладам к Дальневосточному руководству, к ним в лагерь были отправлены и ватники, и зимние штаны, и обувь. Новогодним ужином также все не ограничилось, и в их меню два раза в неделю стали появляться не только рис и рыба, в рацион включили и американскую тушёнку, и чай с сахаром, и компот из китайского лимонника, и солёные овощи. Такого ни Такаши, ни кто другой из военнопленных не могли даже представить!
Заключенные японцы, видя Клавдию Александровну, уважительно называли ее: «доктор Клава» и кланялись. И узнав, что Клавдия Александровна говорит на их родном языке, расстилались перед ней, в попытках угодить, которые, впрочем, главный тюремный врач пресекала на корню.
Такаши виделся теперь со своим русским доктором редко, но при встрече все– таки успевал выучить ещё некоторые русские фразы, которые слышал от нее, он уже умел считать на русском языке до десяти.
Жизнь в лагере стала более сытной и сносной. Также пересмотрели и трудовую норму на участках, и теперь они шли туда не пешком, а их возили на старом, видавшем виде грузовике, по проложенной ими же несколькими месяцами ранее широкой просеке среди могучих кедров и сосен.
После трудового дня на строительстве железной дороги, заключенные убирались в бараках. Однажды, Такаши сорвал чем– то напомнившие ему цветы сакуры – ветки багульника! И расставил их на тумбочках в бараке.
А самые красивые ветки багульника отнес в кабинет Клавдии Александровны и, пользуясь её отсутствием, поставил добытое в тайге великолепие в жестяной бидон.
Такаши вылез в окно, и украдкой смотрел, как вернувшаяся в кабинет доктор, ласково погладила нежные лепестки и произнесла: «Какая красота». И её лицо на мгновение смягчилось, маленькая морщинка на переносице разгладилась, и она мягко улыбнулась самой себе.
А на следующий день, как и в предыдущие месяцы, Такаши ехал на участок железнодорожной магистрали, где нужно было валить лес, прокладывая путь рельсам Байкало–Амурской магистрали…
Они, как каждый день проезжали мимо кладбища своих соотечественников, не выживших зимой. Небольшие земляные холмики с березовыми крестами, на перекладинах которых висели таблички – имя, фамилия, год рождения, год смерти. Под одним из холмиков, поросших первой травой, лежал его друг Рока…
Такаши часто думал, глядя на одиноко стоящие березовые кресты: «Неужели и я останусь здесь навсегда? На этом кладбище у сопки?»
Да, теперь условия их жизни отличались как небо и земля, от того, что было раньше! Но тоска, которая то и дело подкатывала к сердцу Такаши, не давала покоя!
Он старался не думать, как там его жена, как маленькая дочь, как Рюносукэ и мама!? Но все равно эти мысли упорно стучались в разум, особенно летними, длинными вечерами, когда на закате куковала кукушка, Такаши спрашивал ее мысленно: «Сколько мне жить осталось?» И считал: «Раз, два, десять…на двадцатом счете сбивался и ругал себя за пустое ребячество».
Только лишь видя Клавдию Александровну, Такаши успокаивался ненадолго и благодарил ее за то, что он всё еще жив! И кукушка кукует, и лето жаркое настало, а в тайге можно найти грибы и даже землянику!
Дважды в месяц их водили в баню. Правда, сидеть на скамейках было больно, из–за худобы. Но зато заряжались русским оптимизмом! Их русский банщик Сергей, всегда начинал запевать что– то протяжное, народное, за ним подхватывал его помощник и получался дуэт на два голоса.
И если кто– то из товарищей Такаши неловко подхватывал мотив, коверкая слова, никто из русских не говорил им «нельзя», наоборот пели еще громче и получался нестройный, но искренний хор русских и японских голосов.
А однажды, когда к ним в лагерь прибыл с инспекцией из Хабаровска начальник медсанчасти, он увидел нарисованного на картоне попугая – подарок Такаши к восьмому марта своему доктору. Птица выглядела, как живая. Инспектор поинтересовался:
— Кто нарисовал?
Клавдия Александровна указала на Такаши, помогавшему ей в этот день в санчасти:
— А вы знаете, что это за птица? — спросил у Такаши начальник.
И тогда Такаши открыл записную книжку и с трудом прочел:
– Попу – гай…
Жизнь продолжалась.
Другие романы автора:
Роман «Бездна»:
https://www.litres.ru/book/nina-romanova-21075853/bezdna-68620645/chitat-onlayn/
Роман «Близнецы»:
https://www.litres.ru/book/nina-romanova-21075853/bliznecy-71764906/
#любовные романы #романы о любви #современный женский роман #романы для женщин #женские романы