Дорога, соединяющая Шеки, Ширван, Гянджу, похожа на тонкую шелковую нить – она все тянется и тянется, разветвляется и вьется. В стороне от нее, в ущелье, расположено село Баскал…
Процесс производства шелка неспроста окутан легендами. Совершенно непонятно, какой логике следовал человек, первым получивший нить из коконов тутового шелкопряда. Казалось бы, нет ничего более далекого друг от друга, чем переливающаяся тонкая ткань и прожорливая гусеница, паразитирующая на тутовом дереве. Появление шелка связано с великой метаморфозой. Поэтому и возникло множество легенд о нем – у каждого народа своя.
Историки достоверно установили лишь одно: все страны, через которые проходил Великий шелковый путь, рано или поздно узнавали секрет производства шелка. Как ни грозил китайский император расправой за выдачу тайны шелка, коконы тутового шелкопряда, ценившиеся на вес золота, купцы все же вывезли за пределы страны. Территория современного Азербайджана считалась важнейшим перевалочным пунктом Шелкового пути. Это были «ворота» между загадочным Китаем и богатой Европой.
Оживленный торговый путь проходил по территории Азербайджана уже во II–I веках до н. э. Его называют Страбонским (по имени греческого географа, который первым упомянул о нем). Пролегал он от Китая и Индии через Центральную Азию и на территории Азербайджана делился на две ветви: одна шла вверх по течению реки Куры в сторону современной Грузии, другая следовала вдоль побережья Каспийского моря через Дербент. Азербайджан представлял собой наиболее безопасный отрезок пути. Привлекало купцов еще и то, что большая часть маршрута пролегала по воде, что обеспечивало самую дешевую транспортировку товаров. Этим объясняются стабильность и интенсивность «азербайджанской» части Великого шелкового пути. Именно здесь возникали самые оживленные города, строились многочисленные караван-сараи, развивались новые ремесла.
Вместе с диковинными восточными товарами в Азербайджан попала и технология изготовления шелка. Уже в раннее Средневековье тут сформировались центры традиционного шелкоткачества: Шеки, Ширван, Баскал, Гянджа. Начиная с VIII века производство шелка становится традиционным занятием выходцев из Азербайджана. В летописях сохранилась легенда о перчатках, подаренных ширваншахом Ивану Грозному: они были расшиты тончайшей шелковой нитью, и русский царь надевал их в особо торжественных случаях.
Традиционные «шелковые» центры сохранялись и развивались в Азербайджане вплоть до 1990-х годов, однако вместе с распадом Советского Союза начали разрушаться и традиционные торговые связи.
Но прошло десять лет, и в древнем селе Баскал вновь заработал ткацкий станок. По инициативе Рены Ибрагимбековой и Джалила Таривердиева здесь был создан Музей шелкоткачества и восстановлена вся цепочка этого трудоемкого процесса.
О том, какой смысл несет в себе традиционный шелковый орнамент, почему так важно сохранить секреты ручного производства и как можно создать собственный уникальный шелковый платок, Рена ханым рассказала нашему корреспонденту.
БАКУ: Как возникла идея организовать такой необычный музей, к тому же не в столице, а в горном селении, куда нечасто заглядывают туристы?
РЕНА ИБРАГИМБЕКОВА: Мы хотели не просто собрать и сохранить информацию о шелке в Азербайджане. Главным было восстановить традицию ручного производства шелковых изделий, в частности головного платка кялагая – неотъемлемой части национального женского костюма. Для консультаций мы пригласили замечательных специалистов-искусствоведов – академика Расима Эфендиева и Тогрула Эфендиева.
Баскал в этом смысле место уникальное. Cело расположено в ущелье, в стороне от других шелководческих центров. И его жители сохранили традицию изготовления кялагая, которая насчитывает не менее полутора тысяч лет – столько времени здесь из поколения в поколение передают секреты производства, окраски и орнаментирования шелка методом горячего батика. Эти узоры настолько глубоко вошли в быт местных жителей, что они используют их повсюду: вырезают на камне, украшают одежду, покрывают выпечку.
Орнамент воспроизводят с помощью деревянных форм – печатей, называемых галибами. Их изготавливают либо из твердых пород дерева (груши или ореха), либо из стальных пластин. Рисунков великое множество, и каждый из них – это некий образ, имеющий конкретное значение. Объединенные в целостную композицию, они приобретают определенный или множественный смысл. Вы представляете, что это значит? Ведь каждый орнамент передает нам какую-то информацию. Надо только суметь ее понять! А для этого необходимо проникнуть в суть орнаментального кода. Именно поэтому мы и выбрали Баскал.
БАКУ: Люди, которые работают в мастерской при вашем музее, знакомы с символикой традиционных орнаментов или рисунок наносится механически, а его смысл давно утерян?
Р.И.: Мы создали наш музей в том месте, где все начиналось. Баскал – одно из тех редких древних поселений (в мире их единицы), где существовала система канализации. Керамические трубы под выложенными камнями узкими улочками отводили воду со дворов. Подобная система существовала в Древнем Риме. Помните, что такое клоака? Это система канав и желобов для стока нечистот. В Баскале такая древнейшая канализация, очевидно, и обеспечивала потребности ремесленников, производящих шелковые изделия. Размотка коконов, нанесение на шелк краски и рисунка требуют много воды. Промывать ткань приходится по многу раз, и многоцветную и грязную воду необходимо куда-то отводить. Натуральная шелковая ткань чиста и прекрасна. А рождается эта красота из такой грязи…
Баскальские семьи и сегодня представляют несколько поколений шелководов – кялагаичи. Это целые кланы, в которых на протяжении 10–15 поколений по наследству передавались навыки и правила, каноны и секреты ремесла. Люди, работающие в нашей мастерской, сохранили старинные печати с рисунками, которым не менее 300–400 лет. И смысл, таящийся в орнаментах, им понятен. Мастера, которые наносят рисунок на шелк, не просто орнаментируют ткань, они рассказывают историю. Это почти что космогоническая картина мира: горы, небо, человек, которого горы охраняют. Жизнь коротка… В орнаменте линия обязательно обрывается – это когда прерывается земная жизнь. Мастер всегда знает, где это место. Но это лишь мгновение, точка на бесчисленных линиях бытия. Начинается другая линия, которая связана с другой жизнью. Она насыщенная, но спокойная. От нее недалеко и до центра – пупа вселенной. А потом все возвращается к началу. И так бесконечно. Все это создает человек, который не имеет даже среднего образования. Наносит орнамент и рассказывает.
А потом эту историю другой человек уносит с собой и укрывает ею плечи. Шелк ведь обладает удивительными качествами: летом дарит прохладу, а зимой греет. Прикосновение к нему успокаивает. А какой он гигиеничный! Никакие вредные насекомые не способны удержаться на шелковой нити. Так что южанам этот уникальный материал исстари позволял комфортно себя чувствовать в непростом климате. Ведь совсем не случайно натуральный шелк был столь популярен и ценим в средневековой Европе, особенно в южных ее районах. А вы знаете, что в Азербайджане и мужчине было принято дарить на свадьбу шелковый платок, многократно сложенный по продольной нити? Кстати, платки кялагаи традиционно имеют форму квадрата и определенный размер – 150 х 150 или 160 х 160 см. Это модуль, который делят на четыре части и получают удобный платок для ежедневной носки. Сегодня такими платками не только покрывают голову, их повязывают и на шею.
БАКУ: Вообще-то я думала, что шелковый платок на свадьбу надевает женщина. Расскажите подробнее об этих платках. Ведь в вашей мастерской производят именно их…
Р.И.: На свадьбу невеста надевает красный кялагай из тончайшей шелковой ткани: он скрывает ее лицо и окутывает фигуру. А жениху платок накидывают на плечи. Но кялагай надевают не только на свадьбу. Цветовая палитра платков широка. Определенный цвет может быть связан и с событием, и с возрастом человека. Если в семье горе, надевали темные кялагаи (оттенки краски для них прежде получали из ореха). Незамужние девушки традиционно носили светлые платки (желтый цвет, например, давала кора яблони). Потом кялагаи стали покрывать орнаментом. Рисунок на них связан с традиционными формами передачи информации: он может быть растительным, изоморфным, геометрическим…
Главная фигура орнамента – бута (ее еще называют «огурцом», но не в Азербайджане). У всех народов Шелкового пути бута в орнаменте присутствует обязательно. На санскрите это слово означает «огонь». В виде трех язычков пламени бута присутствует на древнем гербе Баку. В Китае она считается половинкой символа инь и ян (если положить рядом две буты и одну перевернуть, этот символ как раз и получится). Инь и ян – женское и мужское начала.
Кялагаи для молодоженов с изображением буты символизируют неразрывность и прочность семейных уз, изобилие в будущей семье. Я думаю, они рассказывают о целостности бытия, ценности мягких и деликатных отношений. Ведь и в речи понятие шелка связано со всем позитивным. Говорят же: кожа гладкая, как шелк, или шелковый характер. Вся эта информация передается из поколения в поколение, и ее традиционно хранит кялагай.
Если Азербайджан и был всего лишь остановкой на Великом шелковом пути, то эта остановка пришлась как нельзя кстати. И даже когда Азербайджан был частью царской России, именно здесь развивались основные центры шелководства. Шелк азербайджанцы ткали везде, где селились, и изготавливали из него удивительной красоты изделия.
Читайте еще:
Нежное сердце Баскала: почему сюда стоит приехать весной
Как сохранить традицию: интервью с руководителем «Азерхалчи» Эмином Маммадовым
Текст: Наталия Бабинцева