Случайности не случайны.
Как часто мы имеем возможность видеть доказательства этой истины?
Как часто в нашей жизни происходят события, которые иначе как случайностью и назвать нельзя?
Как же относиться к таким событиям: радоваться как счастливым совпадениям или расстраиваться, называя злым роком?
Здесь каждый должен решить для себя. Одно достоверно: каждое событие в нашей жизни запускает череду новых, которые могут привести нас как к счастью, так и стать причиной горестей. Опаздывая утром на работу, не волнуйтесь: возможно, какие-то силы намеренно оберегли вас от предстоящих опасностей.
Возможно, ваш опоздавший автобус не попал в аварию или в него не сел какой-нибудь дебошир. Не спешите. Жизнь мудрее нас, и она точно знает, что ждёт нас за тем или иным поворотом. Именно так думал Михаил, хирург детского отделения областного клинического центра, когда утром проспал и ужасно опаздывал на работу.
— Я очень надеюсь, что у моего сегодняшнего опоздания какое-то высшее предназначение. Иначе меня новый начальник просто порвёт на тысячу маленьких медвежат.
— Мишенька, не торопись, ты всё успеешь.
Мама всегда была источником оптимизма. Она приехала в гости вчера, и до поздней ночи они проболтали обо всём на свете. Поэтому сегодня Михаил и не услышал будильник, но не жалел об этом.
Мама была уже старенькой, приезжала редко. Выбираться к ней в маленький городок, затерянный среди густых таёжных лесов, Михаил мог ещё реже. Учёба, практика, интернатура — свободного времени не было ни на что, даже на личную жизнь. Да и не стремился он её устраивать: работа для него всегда была на первом месте.
Он брал все внеурочные смены, нарабатывал практику, с удовольствием проходил многочисленные обучения и повышения квалификации. Именно поэтому никого не удивило, когда его пригласили возглавить детское хирургическое отделение в новом центре.
Так он стал заведующим отделением — самым молодым во всём центре и самым завидным холостяком, которому без конца сватали ту или иную симпатичную одинокую даму.
А симпатичные медсёстры и того чаще строили глазки.
Романа на работе он не хотел, поэтому в скором времени накопил знатное количество женских разбитых сердец и обид, а сам прослыл редким бабником и сердцеедом. Видимо, слухи распускали те, кому не удалось заарканить молодого симпатичного начальника.
Поздний ребёнок у родителей, он был очень близок с ними. А когда после продолжительной болезни ушёл отец, Михаил долго уговаривал маму переехать к нему, но та отказалась наотрез.
— Не хватало ещё, чтобы ты с мамой жил. Взрослый серьёзный мужчина, а девушку привести некуда. Нет, дорогой, я одна справлюсь. А ты живи своей жизнью. Отец давно болел, я постараюсь без него научиться справляться. Если что, соседи помогут. Мы уж все как семья давно, неужели не помнишь?
Михаил помнил, как была у него огромная компания друзей, как дружно и весело праздновали праздники всем домом, как поддерживали каждого, в чей дом стучалась беда. Не просто поддерживали, но и помогали, кто чем мог. Вот и похороны отца помогли организовать, хотя от прежних жильцов и осталась лишь малая часть.
Мишенька с детства был мальчиком слабым. Это, конечно, не мешало ему быть участником всех ребячьих проказ, а иногда и автором самых интересных. Но родители берегли его и очень за него опасались. По какой-то неизвестной тогда причине в младенческом возрасте умерли трое его старших братьев. Местные врачи не могли найти причину.
Предполагали, что выжить могли бы девочки, но Бог не давал родителям дочку. А потом и вовсе перестал слышать их молитвы о детях. И вот когда возраст родителей перевалил за сорок, наступила долгожданная беременность.
Протекала она довольно тяжело, маме часто приходилось лежать на сохранении. Врачи, знавшие её историю, не особо обнадёживали: вероятнее всего, этот мальчик тоже не выживет. О том, что может родиться девочка, никто даже не говорил.
Незадолго до родов в отделение поступил совсем молодой врач, которого заинтересовал случай мамы Михаила. Изучив все показатели, он предположил, что детская смертность может быть связана с несовместимостью матери и плода.
Поэтому, когда слабый крошечный Миша родился, его перевели в детское отделение и запретили матери кормить его грудью. Как потом оказалось, это и спасло мальчику жизнь: именно с грудным молоком в организм детей попадали какие-то опасные вещества.
Тогда в маленьком провинциальном роддоме об этом говорили едва ли не как о колдовстве, а на самого молодого врача смотрели с подозрением. Однако, вопреки ожиданиям, маленький Миша выжил и окреп.
Мама часто рассказывала сыну эту историю. Тогда она решила довериться молодому доктору, интуитивно предположив, что он привёз новые знания, которые были недоступны старым и опытным врачам, не сумевшим найти причину ухода её сыночков. Именно это решение и подарило ей сына.
Позже маленький Миша, впечатлённый рассказами, твёрдо решил стать доктором. И не простым, а именно детским. Ведь лечить взрослого — это одна ответственность: человек сам может принять решение о лечении, о смене специалиста, больницы. А что может малыш? Только довериться взрослым. И он хотел, чтобы ему без страха доверяли самое дорогое — своих детей.
Родители уверенно поддержали сына в его решении. О Михаиле в новом центре быстро распространилась молва — как о первоклассном специалисте, обладающем уникальными знаниями. Каждый отпуск он отправлялся на стажировку за границу, где перенимал опыт уникальных операций.
Его мечтой было научиться диагностировать и исправлять операцией внутриутробные патологии плода.
Именно этому он и планировал посвятить предстоящий отпуск. Но мама немного подправила его планы: почувствовала себя плохо и решила навестить сына.
— Сынок, я к тебе на недельку приеду. Чувствую себя неважно.
— Мама, я тебе уже говорил, ты можешь приезжать и жить у меня столько, сколько тебе захочется. А можешь и насовсем перебраться, места хватит. Я дома и не живу практически. А что случилось? Почему плохо себя чувствуешь? Может, показать тебя врачам?
— Нет, не надо, не настолько плохо. Просто соскучилась.
— Приезжай, я тебе всегда рад. Будет кому меня кормить завтраками, а то я уже и забыл, когда в последний раз дома ел.
— Вот и плохо, пора уже и о семье подумать. Тридцать пять — не шутки. У друзей твоих уже давно дети взрослые, а ты всё бобылём ходишь.
Обычно мама не позволяла себе такого резкого вмешательства в личную жизнь сына, но сейчас, похоже, была серьёзная причина.
— Мама, я тебе уже говорил, мне не до личной жизни. Кто согласится жить с человеком, который практически всё время на работе? А работать меньше я не могу. Никто не хочет учиться делать те операции, которые умею я. Потому что у всех на первом месте собственная жизнь, а не чужая. Мам, я себе эту профессию выбрал с самого детства, ты же знаешь. Я не могу всё бросить, на меня надеются дети. Представь, если бы тому молодому врачу в роддоме было всё равно и он не стал бы вникать в твою историю.
— Я знаю, тебя не было бы, — маму всегда отрезвлял этот факт. — Но, сынок, пора и о себе думать.
— Как только появится возможность. Обещаю, до сорока постараюсь заняться этим вопросом. Я же у вас после сорока появился — и ничего, вырос.
— Ты у нас появился поздно. Но мы тряслись над тобой всю жизнь, боялись. Не надо так. Хотя бы жену найди молоденькую.
— Ага, чтоб потом её как ребёнка воспитывать, да по дискотекам вылавливать. Тогда уж лучше из детского дома сразу ребёнка усыновить. Да и не нравится мне никто особо.
— Небось Машку свою всё вспоминаешь.
— Мама, я просил…
— Прости, больше не буду напоминать.
Каждое упоминание о первой и единственной любви больно отзывалось в сердце. Он почти стёр из памяти образ голубоглазой одноклассницы, которая свела с ума половину мальчишек школы. Каждый день шли настоящие бои за то, кто сегодня будет сидеть с ней за одной партой и кто пойдёт провожать её домой.
А красавица, казалось, не замечала всех этих битв. Девочка была занята учёбой, стремилась вырваться из крошечного городка в большой мир. Машенька Орлова была дочкой небогатых родителей. Мама трудилась швеёй, из обрывков ткани создавая для дочки настоящие шедевры, не имея возможности купить ей красивые вещи. Отец работал на местном заводе и периодически позволял себе прикладываться к бутылке и срывать накопившуюся усталость, злобу и обиды на жене и дочери.
Мальчишки не понимали, но Маша намеренно игнорировала ухаживания, твёрдо решив для себя не связываться с мужчинами, не строить отношения и не выходить замуж. Психологическая травма, нанесённая отцом, не позволяла даже допустить мысли, что есть счастливые семьи, где мужья и отцы относятся к жёнам и детям иначе.
Едва закончив девятый класс, Машенька села в поезд и навсегда уехала в большой город, разбив мечты многих мальчишек. Постепенно все забыли красивую неприступную девочку и начали строить отношения, создавать семьи — все, кроме Михаила.
Машенька навсегда осталась в его памяти как идеал девушки: красивая, скромная, умная, начитанная, добрая. Он мог перечислять её достоинства бесконечно. Поэтому расставание с ней воспринял как личную трагедию: две недели парень не мог нормально есть и спать. Ходил к матери Маши, спрашивал её адрес, телефон. Писал письма и выбрасывал.
Родители видели, что творится с сыном, и не знали, чем можно помочь. Им уже перевалило за пятьдесят, мама только недавно вышла на заслуженный отдых. С сыном их разделяло целое поколение, а помочь ему могло только время. Именно оно постепенно, по кусочку, восстанавливало разбитое юношеское сердце, давало новые поводы для радости, дарило новых друзей.
Только через год парень смог прийти в себя, смог нормально дышать, не вспоминая Машу. Кто-то может сказать, что первая юношеская любовь — это несерьёзно, но ведь есть и те, кто проносит её через всю жизнь. Видимо, Михаил оказался из таких парней. Он не забыл Машу и не смог найти ей замену, хотя постоянно ловил себя на мысли, что всех девушек сравнивал именно с ней.
Знала ли девушка о том, что творилось в душе парнишки из-за неё? Знала, ведь не заметить это было просто невозможно. Другое дело, он не знал, почему она не отвечает ему взаимностью. О той трагедии, что разворачивалась в семье девушки, не знал никто. И мама, и Маша молчали и не жаловались, стараясь на людях быть улыбчивыми, жизнерадостными и счастливыми.
И ни у кого не возникло вопроса, почему молоденькая девушка так рвалась уехать из этой «счастливой» семьи и больше не вернулась в родной дом.
Спустя год Миша написал Машеньке письмо — уже не такое длинное, эмоциональное, как те, что писал ей в самом начале и не отправлял. Он просто рассказал о своих чувствах, переживаниях, пожелал девушке удачи и счастья в жизни, надеясь на ответ, на то, что когда-нибудь судьба снова сведёт их. Ответа не последовало.
Возможно, Машенька просто не получила его послание: почта иногда относилась к столь судьбоносной корреспонденции довольно прохладно.
Спустя полгода мама Маши, бросив мужа, уехала из городка. Говорили, что перебралась к дочери поближе. Так или иначе, последняя связующая ниточка порвалась, и Миша смирился с тем, что теперь его жизнь будет целиком и полностью посвящена работе.
Впоследствии он не раз этому порадуется. А пока он попросил у главного врача перенести отпуск, так как в гости приехала мама, а значит, отправиться на очередную стажировку он не сможет.
Кроме того, один знакомый врач подбросил ему отличную идею — проводить бесплатные консультации и операции в небольших городах и удалённых посёлках. Такая гуманитарная практика была пока недостаточно распространена: значительно больше врачей уезжали с гуманитарными миссиями в малоразвитые страны. А вот Михаила вдохновила идея создания подобной миссии в своей стране.
Семейные коллеги крутили пальцем у виска, искренне не понимая, как такой востребованный специалист ещё не перешёл в платную клинику и не зарабатывает огромных денег на благодарных пациентах.
Когда этот чудо-доктор объявил, что планирует ещё и отпуск тратить на бесплатные приёмы, о нём сложилось мнение (в основном среди коллег, желающих подзаработать на своей профессии), что у него не всё в порядке с головой, ибо не может современный человек так халатно относиться к деньгам и дополнительной возможности приумножить своё благосостояние.
продолжение