Уголовный процесс в России напоминает игру в одни ворота, где у следствия есть все ресурсы, а у защиты — лишь право на жалобы. Но есть инструмент, который используется незаслуженно редко, хотя способен в корне изменить ход дела. Речь идет об активном поиске доказательств стороной защиты. Мы работаем там, где государственные органы проявляют формализм: выезжаем на место происшествия для фиксации деталей, проводим опрос лиц, владеющих информацией, и заказываем рецензии на сомнительные экспертизы. Каждое полученное нами сведение оформляется процессуально и приобщается к материалам дела. Такая работа позволяет выявить оговор или критическую ошибку в расчетах обвинения. Помните, что профессионально проведенное адвокатское расследование часто является единственным способом добиться прекращения дела на этапе следствия.
Уголовный процесс в России напоминает игру в одни ворота, где у следствия есть все ресурсы, а у защиты — лишь право на жалобы. Но есть инструмент, который используется незаслуженно редко, хотя способен в корне изменить ход дела. Речь идет об активном поиске доказательств стороной защиты.
Мы работаем там, где государственные органы проявляют формализм: выезжаем на место происшествия для фиксации деталей, проводим опрос лиц, владеющих информацией, и заказываем рецензии на сомнительные экспертизы. Каждое полученное нами сведение оформляется процессуально и приобщается к материалам дела.
Такая работа позволяет выявить оговор или критическую ошибку в расчетах обвинения. Помните, что профессионально проведенное адвокатское расследование часто является единственным способом добиться прекращения дела на этапе следствия.